+7 (495) 720-06-54
Пн-пт: с 9:00 до 21:00, сб-вс: 10:00-18:00
Мы принимаем он-лайн заказы 24 часа*
 

Не раскрылся парашют у солдата: Не раскрылся парашют: десантник из Волгограда погиб в Омске

0

Вечная память. Десантник разбился под Псковом во время прыжка с парашютом | ПРОИСШЕСТВИЯ

Страшная трагедия произошла на минувшей неделе в Псковской области. Военнослужащий из Мордовии погиб во время массового десантирования в 76-й Псковской дивизии ВДВ. Ему оставалось всего лишь две недели до демобилизации.

«Спи спокойно, брат»

ЧП произошло во время прыжка с парашютом. По предварительной версии, у десантника – 21-летнего Александра Рыбалко - сработали одновременно основной и запасной парашюты. В итоге стропы перехлестнулись, и началось неконтролируемое падение. При ударе о землю парень получил тяжелейшие травмы и скончался.

Но самое шокирующее в этой истории то, что момент гибели десантника сняли на видео.

На кадрах видно, как десантники один за другим  выпрыгивают из самолета, который летит высоко в небе. У каждого спустя несколько секунд раскрываются парашюты. У Александра не раскрылся. Он стремительно летит вниз и падает. Авторы видео комментируют: «Упал один, без запаски», очевидно имея в виду запасной парашют.

Тело десантника доставят на его родину в райцентр Дубёнки в Мордовию, где с ним простятся родные и друзья.

Никто из них не мог предположить, что, провожая молодого здорового парня в армию, обнимали его в последний раз.

«Товарищи по службе, личный состав соединения выражает искренние соболезнования родным и близким в связи с гибелью военнослужащего зенитного подразделения. Трагическая гибель Александра сильной болью отдалась в каждом десантном сердце, не оставив никого равнодушным. Спи спокойно, брат. Вечная память!», - написали сослуживцы десантника в группе дивизии в социальной сети «ВКонтакте».

Разбираться, что именно произошло и почему будет следствие. Массовое десантирование, по словам бывалых военных, это экстремальный и опасный вид боевой подготовки, требующий мужественности, смелости, и серьезной тренировки.

«Прежде, чем десантник допускается до прыжков, он более 100 часов проходит теоретическую подготовку, занимается на тренажерах, и только после этого его допускают к первому прыжку.

После 3-4 прыжков его допускают к десантированию с больших транспортных самолетов», - пояснил офицер с 20-летним опытом службы, который в своей время отвечал за воздушно-десантную подготовку в 76-ой десантно-штурмовой дивизии.

По мнению бывшего офицера, гибель десантника это роковая случайность.

Поддался панике?

«Предположительно молодой человек неправильно сгруппировался при отделении из самолета, или споткнулся и допустил беспорядочное падение после отделения из самолета, поэтому стабилизирующая парашютная система попала ему между ног. Десантников учат, что во время прыжков тело должно быть сгруппировано, руки в локтях прижаты к телу, а ноги плотно сжаты в коленях. Возможно, поддавшись панике, парень слишком рано открыл запасной парашют, что и стало ошибкой. И оба парашюта стали раскрываться одновременно, путаясь в воздухе», - пояснил он и предположил, что молодой солдат был просто недостаточно подготовлен и поддался страху, находясь высоко в воздухе.

Зачем вообще нужен стабилизирующий парашют? При прыжках из самолета он раскрывается практически сразу же, позволяя снизить скорость падения.

Таким образом, дает возможность основному парашюту раскрываться в отдалении от самолета через 3-5 секунд, когда у парашютиста меньшая скорость.

В социальных сетях стали предполагать, что причина была в неправильно уложенном парашюте. Однако это исключено, считает опытный десантник . Парашюты укладывают под строгим контролем командира взвода и офицера десантно-воздушной службы. Все это достаточно сложный процесс, отработанный  и проверенный десятилетиями.

Несмотря на жесткий контроль, десантирование всегда связано с риском, и были трагические случаи. Так, в 1980-х годах военнослужащие 76-ой воздушно-десантной дивизии участвовали в учениях в Белоруссии. Десантирование проходило в условиях густого тумана. Случилось так, что военные приводнились в озеро, которое было не видно с воздуха. Четверо не смогли своевременно освободиться от подвесной системы и утонули.

Напомним, о массовой гибели  нескольких курсантов-десантников  в 2013 году на полигоне в Стругах Красных во время проведения практических стрельб.

11 курсантов второго взвода 11-й роты Рязанского высшего воздушно-десантного училища имени генерала В. Ф. Маргелова  устанавливали мишени. Когда они возвращались, произошёл взрыв боеприпаса. В итоге погибли пять пятикурсников училища и сержант-контрактник, проходивший службу в части, расположенной во Владимирском лагере под Стругами Красными. Ещё двое курсантов получили ранения. 

Смотрите также:

«Мы все думали, что его последний прыжок состоялся 27 сентября» — Столица С

2 октября во время учений в Псковской области у 21-летнего солдата — срочника Александра Рыбалко не раскрылся парашют. Парень разбился. Тело десантника доставят в райцентр Дубенки 6 октября. До демобилизации ему оставалось 20 дней… Уроженец Мордовии был призван в армию 16 октября 2018 года.

В Интернет появилось видео рокового прыжка… «Мы все думали, что его последний прыжок состоялся 27 сентября, — рассказала корр. «С» мама Александра Людмила Рыбалко. – После прыжка прислал видео, где прокричал: «ВДВ! 26 дня до дома!» Он сам был доволен тем, что прыгнул и что огневая у него последняя была… Мы знали, что уже совсем скоро домой, я успокоилась. Даже билеты планировали покупать».

Приводим последнюю смс-переписку Людмилы с сыном.

«Привет! Чем занимаетесь?» — «Строевой воздушной подготовкой. Говорят я опять прыгать буду. С «ИЛ-76».— «Ты же прыгнул недавно. Зачем опять?» — «Просто нам сказали прыгать». «Я сильно расстроилась после этого сообщения, — вспоминает женщина. – Предчувствие было нехорошее. А он еще как назло игнорировал мой вопрос: «Зачем опять прыгать?» 1 октября ночью он позвонил. Сказал, что будет с контрактниками прыгать. К ним в это время какая-то проверка приезжала, вот, наверное, поэтому и ему и пришлось…»

Известно, что после 9 класса Саша пошел в местный аграрный техникум. 4 года проучился на механика. Всегда мечтал служить в ВДВ. Так как дяди, братья и друзья… Его страница в социальной сети «ВКонтакте» полна армейской музыки и соответствующими фотографиями. На одном из снимков есть надпись: «Я видел небо — с нами Бог…»

«Он с детства мечтал служить в ВДВ»: десантник разбился в Омске, выполняя первый прыжок с парашютом,

В 242-м учебном центре подготовки специалистов Воздушно-десантных войск в Омске погиб десантник из Волгоградской области Александр Воропаев. Он был призван в армию только в конце ноября и разбился, выполняя первый прыжок с парашютом.

Первое сообщение о трагедии с волгоградцем появилось в социальных сетях.

— В 242 УЦ ВДВ — "одуванчик". Не раскрылся парашют. 25 декабря погиб рядовой Александр Воропаев, из Волгоградской области. Вечная память, Братишка, земля пухом. Соболезнование родным и близким погибшего солдата, — написали в социальной сети.

Родственники волгоградца подтвердили эту информацию. Александр Воропаев действительно погиб, выполняя первый в своей жизни прыжок.

— Пока еще ничего не известно, следствие ведется, и нам толком ничего не сообщали, — рассказала сестра погибшего Вера Воропаева. — Мы с Сашей постоянно созванивались, ему очень нравилось учиться в центре подготовки младших специалистов ВДВ, всё было хорошо. Он с детства мечтал стать десантником, служить в ВДВ.

20 ноября, в день, когда Александр убыл к месту службы, сестра написала ему письмо.

— Дорогой брат, наступил твой час показать себя, насколько ты силен, мужественен и тверд. Я уверена, ты будешь уверенно добиваться своей цели, ты будешь смело и достойно отдавать честь государству, — писала Вера Воропаева. — Пусть в армии здоровье не подводит, начальство уважает и ценит, а сослуживцы помогают в трудную минуту. Стойко переноси все тяготы армейской жизни, время пронесется быстро, возьми от службы всё необходимое, а главное — жизненно важное. Тебе будет нелегко, но ты должен помнить, что все мы будем тебя очень ждать. Ты сильный, и я верю, что у тебя обязательно всё получится. Всем сердцем с тобой!

По словам сестры, Александр еще не успел принять присягу.

— Мы сами еще не верим, что эта трагедия произошла, — поделилась Вера. — Мы не можем понять, как это возможно, ведь даже если основной парашют не раскрылся, то запасной ведь должен был сработать, что-то же должно было раскрыться. Просто этого не произошло, и мы совершенно не понимаем, как это могло случиться. Мы говорили с ним последний раз в воскресенье, 20 декабря. Он был очень веселым, в ожидании своего первого в жизни прыжка. Но мы не понимаем, почему прыжок был так рано, почему его отправили прыгать, если он пока еще даже не прошел присягу, он отслужил всего месяц.

Трагедия произошла 25 декабря в 242-м учебном центре подготовки младших специалистов Воздушно-десантных войск. Как сообщили в пресс-службе Центрального военного округа, центр подготовки находится в Омске, но это отдельное подразделение, которое напрямую подчиняется Министерству обороны. Дозвониться до группы информационного обеспечения ВДВ пока не удалось. Корреспонденты V1.RU направили письменный запрос в ведомство.

Диана Бакулина, портал V1.RU

Новости на Блoкнoт-Камышин

ВЗГЛЯД / Погибшего десантника подвела редчайшая случайность :: Происшествия

Трагический инцидент произошел во Владимирской области: десантник погиб из-за нераскрывшегося парашюта. Парашют, который использовался – Д-10 – считается одним из лучших и самым надежным в мире. Что же могло стать причиной гибели рядового?

Во Владимирской области во время занятий по боевой подготовке погиб военнослужащий воздушно-десантных войск. Трагедия произошла 28 августа в 11.50 мск. Рядовой Владимир Безбородов, проходивший службу в Коломне в в/ч 40917, совершал прыжок с парашютом Д-10 с вертолета Ми-8 на высоте около 600 м в простых метеоусловиях с точкой приземления Киржач, сообщили источники газеты «Коммерсант».

Основной парашют военнослужащего не раскрылся, а запасным он попытался воспользоваться, по словам очевидцев, на высоте не более 70 м, которой недостаточно для его срабатывания. Мешала раскрытию «запаски» и беспорядочность падения. В результате рядовой погиб от удара о землю.

Предположительно, отказ основного парашюта произошел ввиду того, что карабин не зацепился за трос принудительного раскрытия парашюта. По словам источника «Коммерсанта», причиной ЧП могла стать либо халатность инструкторов, либо техническая поломка.

О ЧП было сразу доложено командующему ВДВ генерал-полковнику Андрею Сердюкову. Для расследования причин трагедии создана специальная комиссия. Дан приказ о прекращении прыжков с парашютом до особого распоряжения.

Десантный парашют Д-10 был принят на вооружение в конце 1990-х годов и считается одним из самых надежных.

«По степени надежности у него четыре девятки после запятой (коэффициент вероятности безотказной работы составляет 0,9999, т. е. на 10 тыс. прыжков один отказ – прим. ВЗГЛЯД). Нет таких надежных парашютов в мире, как наш Д-10»,

– заявил председатель комитета Госдумы по обороне, бывший командующий ВДВ генерал-полковник Владимир Шаманов газете ВЗГЛЯД.

Д-10 – парашют хороший, у него больше площадь и выше безотказность, чем у его предшественника Д-6, рассказал газете ВЗГЛЯД ветеран боевых действий, проходивший службу в ВДВ и спецназе ГРУ, майор запаса Андрей Коваленко. Он объяснил, что на Д-10 есть стабилизирующая система, которая обеспечивает стабильное падение парашютиста до выхода основного парашюта, а также предназначена для его раскрытия и введения в действие страхующего парашютного прибора.

При посадке в вертолет или самолет перед десантированием выпускающий закрепляет карабин камеры стабилизирующей системы каждого военнослужащего за направляющий трос, рассказал Коваленко.  Когда десантник покинул воздушное судно, он зацеплен за трос, и у него выходит маленький стабилизирующий купол. «Это простая и надежная система. Там даже нити, которыми все прошито, имеют прочность в тысячу килограммов на разрыв. Парашютист отсчитывает, как его учили: 501, 502, 503 – дергает кольцо ручного раскрытия и поднимает глаза, чтобы проверить, вышел ли купол основного парашюта. Если он сам этого не сделал, то за него парашют раскроет страхующий прибор», – подчеркнул собеседник.

При этом собеседник выразил сомнения, что карабин мог сломаться: «Я вообще никогда не встречал, чтобы карабин ломался. Он предельно прост и надежен, что с ним может случиться?»

Член президиума Совета ветеранов ВДВ Анатолий Буй также назвал чушью версию о поломке карабина. Он предположил, что подобную версию мог озвучить неспециалист. «Возможно, карабин не был застегнут за трос. А чтобы сломать – так не бывает, это глупость. Карабин невозможно сломать. Карабин даже трактор удержит», – сказал Буй газете ВЗГЛЯД.

При этом Коваленко отметил, что, прежде чем человека допустят к прыжкам, он проходит на земле тщательный инструктаж. Кроме того, всех парашютистов проверяет выпускающий на борту, который несколько раз сверяет количество зацепленных карабинов и десантирующихся. Опытные выпускающие для взаимостраховки еще показывают сидящим рядом десантникам, что их товарищ зацеплен. Также перед вылетом он со своей группой отрабатывает порядок десантирования. Выпускающим может быть только профессионал, за плечами которого сотни прыжков и который имеет звание «инструктор-парашютист».

«Но это стихия, здесь все может быть. Когда садятся в самолет, то застегивают карабины. Выпускающий проходит, каждому смотрит в глаза, проверяет все фиксаторы. Может, он прыгнул враскоряку. Десантник должен совершать прыжок сгруппировавшись, но бывали случаи, что ноги врозь раскинет, и карабин стабилизирующей системы оказывается между ног. Испугался, его заклинило, и он летит так до конца. То есть вина может быть и непосредственно его», – предположил Буй.

«Я не исключаю, что здесь мог сыграть человеческий фактор. Однако необходимо дождаться окончания расследования», – подчеркнул Владимир Шаманов.

«Это крайне исключительный случай. Наша техника и система подготовки очень надежны. Если брать статистику за последние 30–40 лет, это один–два случая при 700–800 тысячах прыжков в год. То есть явление крайне редкое», – добавил он.

Во время первого прыжка с парашютом погиб срочник

В 242-м учебном центре подготовки специалистов Воздушно-десантных войск в Омске погиб десантник из Волгоградской области Александр Воропаев. Он был призван в армию только в конце ноября и разбился, выполняя первый прыжок с парашютом, пишет издание V1.ru.

Первое сообщение о трагедии с волгоградцем появилось в социальных сетях.

— В 242 УЦ ВДВ — одуванчик. Не раскрылся парашют. 25 декабря погиб рядовой Александр Воропаев, из Волгоградской области. Вечная память, Братишка, земля пухом. Соболезнование родным и близким погибшего солдата, — написали в социальной сети.

Родственники волгоградца подтвердили эту информацию. Александр Воропаев действительно погиб, выполняя первый в своей жизни прыжок.

— Пока еще ничего не известно, следствие ведется, и нам толком ничего не сообщали, — рассказала сестра погибшего Вера Воропаева. — Мы с Сашей постоянно созванивались, ему очень нравилось учиться в центре подготовки младших специалистов ВДВ, всё было хорошо. Он с детства мечтал стать десантником, служить в ВДВ.

20 ноября, в день, когда Александр убыл к месту службы, сестра написала ему письмо.

— Дорогой брат, наступил твой час показать себя, насколько ты силен, мужественен и тверд. Я уверена, ты будешь уверенно добиваться своей цели, ты будешь смело и достойно отдавать честь государству, — писала Вера Воропаева. — Пусть в армии здоровье не подводит, начальство уважает и ценит, а сослуживцы помогают в трудную минуту. Стойко переноси все тяготы армейской жизни, время пронесется быстро, возьми от службы всё необходимое, а главное — жизненно важное. Тебе будет нелегко, но ты должен помнить, что все мы будем тебя очень ждать. Ты сильный, и я верю, что у тебя обязательно всё получится. Всем сердцем с тобой!

По словам сестры, Александр еще не успел принять присягу.

— Мы сами еще не верим, что эта трагедия произошла, — поделилась Вера. — Мы не можем понять, как это возможно, ведь даже если основной парашют не раскрылся, то запасной ведь должен был сработать, что-то же должно было раскрыться. Просто этого не произошло, и мы совершенно не понимаем, как это могло случиться. Мы говорили с ним последний раз в воскресенье, 20 декабря. Он был очень веселым, в ожидании своего первого в жизни прыжка. Но мы не понимаем, почему прыжок был так рано, почему его отправили прыгать, если он пока еще даже не прошел присягу, он отслужил всего месяц.

Трагедия произошла 25 декабря в 242-м учебном центре подготовки младших специалистов Воздушно-десантных войск. Как сообщили в пресс-службе Центрального военного округа, центр подготовки находится в Омске, но это отдельное подразделение, которое напрямую подчиняется Министерству обороны. Дозвониться до группы информационного обеспечения ВДВ пока не удалось.

Солдат спас жизнь товарищу во время прыжка с парашютом

Спасение на высоте 100 метров: брестский солдат-срочник совершил, без преувеличения, подвиг во время учебного прыжка с парашютом. Двое военнослужащих столкнулись в воздухе, и военное учение едва не закончилось трагедией. Счёт шёл на секунды. Однако солдаты не растерялись и смогли приземлиться.

Но тогда он даже не успел испугаться. Тот прыжок солдат-срочник Дмитрий Страчук запомнит на всю жизнь. Военные учения проходили на полигоне в Шумилинском районе и, если бы не реакция Дмитрия, могли бы закончиться трагедией. Нештатная ситуация произошла, когда до земли оставалось около 100 метров, ветер резко сменил направление, и двое сослуживцев столкнулись в воздухе. Купол одного из парашютов сложился, Дмитрий мгновенно среагировал и подхватил товарища.

Дмитрий Страчук, военнослужащий 38-й отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады: «Его парашют загас, и мы вместе с ним просто начали падать вниз. Тем временем он применил свой запасной парашют, который и помог нам вместе с ним приземлиться».

Во время жёсткой посадки рядовой Страчук отделался царапинами, а вот его сослуживцу повезло меньше. Сейчас он находится в одном из минских госпиталей. Но, по словам медиков, идёт на поправку. В родной деревушке Комаровка Брестского района Дмитрия считают героем. Мама солдата, Наталья Михайловна, работает почтальоном, и о том, что произошло, узнала из газеты.

Наталья Страчук, жительница д. Комаровка: «Читала я, конечно, со слезами о том, что случилось. И говорила “слава Богу, что только остались живы!”. Мы не думали, что он так… хотя он говорил “мама, я не знал, что будет, я жизнь ему спасал”».

Теперь газетную вырезку хранят как семейную реликвию. И ждут возвращения героя домой. Как рассказали в 38-й гвардейской десантно-штурмовой бригаде, к нештатным ситуациям в небе солдат готовят каждую неделю: занятия по имитации прыжков проходят на специальных тренажёрах. По словам специалистов, минимальная высота, при которой нужно раскрыть запасной парашют, – 100 метров. Если дёрнуть за кольцо позже, шансы выжить – минимальны. И всё же десантникам повезло, купол их запасного парашюта раскрылся в 60 метрах от земли. И то, что они смогли благополучно приземлиться, специалисты называют чудом.

Геннадий Лашкевич, начальник воздушно-десантной службы 38-й отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады: «Сложились купала. Сначала у верхнего парашютиста, потом – у нижнего. Здесь оба они достойны подвига. Отдельно оценивать обстановку сложно, потому что два парашютиста действовали в одной ситуации и вместе принимали правильные решения».

Руководство 38-ой бригады обратилось в Министерство обороны с ходатайством наградить солдат. К слову, это уже не первый подобный случай в истории современной белорусской армии. В 2004-м военнослужащий 5-ой отдельной бригады специального назначения во время учебных занятий также спас своего товарища. И был награждён медалью «За отвагу». У Дмитрия Страчука теперь – два дня рождения. До окончания службы солдату остался всего месяц, и после дембеля он первым делом решил встретиться с сослуживцем Евгением, которого отныне считает братом. 

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен и Telegram

Что привело к гибели десантников на Кубани

В конце ноября в Южном военном округе в ходе плановых прыжков погибли трое военнослужащих 7-й воздушно-десантной дивизии. Только через сутки после начала поисков спасатели достали со дна реки тело рядового срочной службы Александра Шаманова, позже обнаружили и его товарищей – сержантов Константина Костромина и Сергея Курилова. «Наша Версия» решила разобраться в обстоятельствах этого происшествия, а также выяснить, почему подобные ЧП становятся возможными.

В Темрюкском районе Краснодарского края, где подразделения 7-й воздушно-десантной дивизии регулярно отрабатывают прыжки с парашютом, 24 ноября случилось ЧП. В этот раз здесь проходили даже не учения – десантники из 108-го гвардейского десантно-штурмового полка выполняли обычные плановые прыжки. 80 бойцов десантировались в два захода по 40 человек, погибшие прыгали в первой группе. По предварительным данным, причиной несчастного случая могла стать ошибка пилота, который выбросил группу в неверной точке. Специалисты также не исключают, что мог иметь место просчёт выпускающего, отдавшего команду на покидание самолёта на минуту раньше положенного, что привело к отклонению от заданного места приземления на 3,5 километра. В результате парашютисты упали прямо в середину реки Кубань, ширина русла которой в данном месте составляет около 50 метров. Местные рыбаки пытались помочь десантникам, но поток был слишком сильным, и военнослужащих быстро унесло вниз по течению. По факту гибели десантников Военно-следственным отделом по Новороссийскому гарнизону СК России возбуждено уголовное дело по части 3 статьи 293 УК РФ (халатность, повлёкшая по неосторожности смерть двух или более лиц).

Десантники не справились с течением

Сослуживцы погибших сообщают, что для них это были уже не первые прыжки. Роковую роль могла сыграть низкая облачность, из-за чего при неожиданном падении в реку десантники не успели своевременно отсоединить парашютные системы. «По всей видимости, ребята настраивались приземлиться на твёрдую поверхность, к десантированию на воду они оказались не готовы, – рассказал «Нашей Версии» майор ВДВ в запасе Александр Кортунов. – Приводнение имеет ряд существенных особенностей: примерно за 10–15 метров до него необходимо приготовиться, а затем быстро отстегнуть систему. Нужно сделать так, чтобы купол парашюта не накрыл тебя в воде, в воде стропы превращаются в запутанные сети. К тому же в реке происходит так называемое протаскивание: стропы и купол парашюта устремляются по течению и создают дополнительную нагрузку. Но, даже если удастся правильно отстегнуть парашют, выплыть в полной выкладке, когда на тебе автомат и прочая амуниция, очень сложно. Справиться же с бурным течением быстрой Кубани сложно даже профессиональным пловцам. К тому же в это время, поздней осенью, вода очень холодная – всего 4 градуса выше нуля, организм в таких условиях выдерживает минут 15».

Ситуацию усугубило ещё одно обстоятельство: стоящий на вооружении ВДВ парашют Д-10 считается очень надёжным, однако при этом он плохо управляется. Потому у десантников не было возможности быстро изменить направление полёта и уйти в сторону от реки. Неоднократно сообщалось, что российские НИИ ведут разработку новой десантной системы «Листик» – этот маневренный парашют позволяет десантнику разворачиваться в ходе снижения, спускаться по ветру и против него, совершая безопасное приземление. Однако решение о принятии этой системы на вооружение постоянно откладывается, Министерство обороны в одно время приостановило финансирование проекта, начав рассматривать варианты закупки парашютов для ВДВ за рубежом. Теперь периодически звучат заявления, что новая парашютная система вот-вот поступит в войска, однако пока это только обещания.

По теме

4353

Почему в регион зачастили высшие чиновники

Трагедии случаются каждый год

Не менее серьёзным обстоятельством, способным привести к гибели десантников, могло стать отсутствие боевой подготовки. Серьёзные учения стали проводить лишь несколько лет назад, при этом командиры, чьё становление пришлось на «голодные» годы, не имеют достаточного опыта организации сложных учебных мероприятий. Не стоит забывать, что учебное десантирование остаётся одним из самых опасных этапов боевой подготовки десантников. Так, во время первых массовых учений, состоявшихся в 1934 году, из 3,5 тыс. парашютистов насмерть разбились 120. В Советской армии качество подготовки находилось на весьма высоком уровне – в 1988 году ЧП с летальным исходом приходилось на 40–60 тыс. прыжков.

Нынче же трагедии во время прыжков случаются практически каждый год. В той же 7-й воздушно-десантной дивизии в 2007 году при учебном десантировании погиб сержант, ещё один военнослужащий получил ранения. В марте 2012 года в Тульской области при десантировании разбился солдат срочной службы 106-й гвардейской воздушно-десантной дивизии Артём Бобриков. В 2013 году во время учений под Костромой во время прыжка с парашютом погиб военнослужащий Ивановской 98-й воздушно-десантной дивизии – у десантника произошёл перехлёст стабилизирующей системы под правой рукой, что не позволило раскрыться основному парашюту.

В Калининградской области во время военных учений на полигоне Хмелёвка под Балтийском погиб морской пехотинец – во время прыжка купол парашюта одного из военнослужащих вошёл в стропы парашюта другого десантника. То есть можно вести речь о тенденции.

ВДВ больше не нужны?

Однако, несмотря на все эти трагедии, в Минобороны заявляют, что военнослужащие ВДВ продолжат совершать прыжки, при этом их количество будет увеличиваться. В 2014 году десантники проводили сверхсложную и рискованную высадку в арк-

тической зоне на острове Котельный (Новосибирские острова). Бойцы Ивановской дивизии ВДВ были переброшены в район города Тикси для отработки эвакуационно-спасательных задач в районе Северного полюса близ ледовой базы Барнео при температуре окружающего воздуха ниже 30 градусов и скорости ветра у земли выше 7,5 метра в секунду. Также подразделения Ивановского, Уссурийского и Ульяновского соединений десантировались на остров Врангеля и полуостров Камчатка во время проведения учений «Восток-2014». Выброска происходила в экстремальных условиях на неизвестные площадки, сообщалось, что учения проходили штатно и обошлось без травм. Удалось бы выжить десантнику, который в таких климатических условиях приземлился бы неудачно, сказать сложно.

При этом стоит заметить, что сегодня массовое десантирование является скорее данью традициям ВДВ, поскольку эффект от выброски десанта в боевой обстановке неочевиден. Во всяком случае, в истории нет ни одной успешной десантной операции, которая не сопровождалась бы массовыми потерями. По мнению многих военных аналитиков, при современном развитии средств ПВО осуществить массовую высадку десантников становится практически невозможно, что подтверждается опытом последних военных конфликтов, в которых воздушный десант не применяется. Тем более не имеет смысла говорить о применении ВДВ против противника, обладающего современными средствами ПВО и авиацией: самолёты с десантом просто не долетят до места высадки. По сути, сегодня части ВДВ фактически превратились в обычную пехоту. Но при этом для их обеспечения необходимо содержать дополнительные части транспортной авиации, разрабатывать и закупать специальное вооружение и технику. Не случайно в рамках реформы ВДВ в 2009 году планировалось значительное сокращение частей и соединений ВДВ.

Анатолий Цыганок, руководитель центра военного прогнозирования Института политического и военного анализа:

– На подобных учениях, кода десантируется большое количество людей, должны жёстко соблюдаться меры безопасности. Если существует хотя бы теоретическая угроза, что десантирование может произойти на водную поверхность, в районе высадки должны находиться катера, а также вертолёты, которые смогут экстренно прийти на помощь. Видимо, эти меры безопасности не были предприняты, потому и стала возможной такая трагедия. Также подозреваю, что во время подготовки к учениям с десантниками мало занимались. Если предполагалось, что имеется вероятность приводнения, то необходимо было проводить дополнительные занятия.

Дефект парашюта привел к гибели солдата, говорится в армейском отчете

Смерть капитана Джеймса Ана 11 сентября 2015 года ошеломила сообщество специалистов по спецоперациям на совместной базе Льюис-Маккорд. Это была первая смерть, связанная с парашютом, для местного подразделения с 2005 года и девятая смерть в армии за последние пять лет. Сержант. Эндрю Робертсон Предоставлено Sgt. Эндрю Робертсон Такома, Вашингтон.

Капитан Джеймс Ан ступил на небольшой самолет со своей командой спецназа почти год назад, и неправильно настроил свой парашют, подготовив его к сложному прыжку.

Но не это убило солдата.

«Беспрецедентный» производственный дефект запасного парашюта его рюкзака - веревки, которую он потянул бы, если бы ему понадобился запасной, - остался незамеченным за четыре года использования.

Сочетания неисправного парашюта и других ошибок оказалось слишком много.

“Capt. Ан, вероятно, неправильно определил, какой парашют вышел из строя, и потерял тот небольшой шанс, который у него был на безопасную посадку », - написал военный следователь в отчете, полученном The News Tribune на основании Закона о свободе информации.

Смерть Ана 11 сентября 2015 года ошеломила сообщество специалистов по спецоперациям на совместной базе Льюис-Маккорд, авиабазе в Форт-Льюисе, штат Вашингтон. Это была первая смерть, связанная с парашютом, для местного подразделения с 2005 года и девятая смерть за год. Армия за последние пять лет.

Авария привела к 10-часовому поиску его тела в лесу около Шелтона.

Это также послужило поводом для расследования, в результате которого в 409-страничном отчете был сделан вывод о том, что дефект, в результате которого он погиб, остался незамеченным шестью профессиональными инспекторами компании, изготовившей парашют, и по крайней мере 22 армейскими такелажниками.

Ошибка была настолько неясной - производитель не сшил 4-дюймовое кольцо, которое направляет парашютные шнуры, - что экспертам из Центра безопасности армии потребовалось четыре дня, чтобы идентифицировать ее, когда они отправились в JBLM для расследования смерти Ана.

Он умер при использовании парашюта МС-4, стандартного оборудования армейского спецназа.

После того, как Центр безопасности обнаружил неисправность, министерство обороны приостановило использование своих 10 000 парашютов МС-4. Ни у кого не было такого дефекта, как у Ана.

«Дефект был беспрецедентным в парашютном спорте и не очевиден невооруженным глазом, но был смертельным», - написал следователь.

Смерть Ана отмечается в штабе 1-й группы спецназа, где его имя выгравировано на мемориальной стене.Его имя является новейшим дополнением к дань уважения Зеленым беретам, погибшим на полях сражений от Вьетнама до Ирака.

Вдали от армии близкие описывали Ана как спортивного, покладистого человека, преданного своей церкви и своей стране. Он тренировал молодежную баскетбольную команду и участвовал в молодежных министерствах.

«Я не знаю никого, кто хотел бы сказать о нем что-нибудь плохое, - сказал его друг Келли Маршалл, который вместе с Аном ходил в корейскую церковь, когда он жил в Вирджинии.«Все в нем было хорошо».

Маршалл был впечатлен примером, который Ан подал детям в церкви, и нашел его тихое, сдержанное поведение удивительным в свете того, что он был Зеленым Беретом.

Его бывшие товарищи по команде помнят его как преданного Зеленого Берета, который принял на себя ответственность подразделения наставлять союзников США по Тихоокеанскому региону.

Он добровольно участвовал в тренировках, которые от него не требовались, и часто преуспевал в упражнениях, которые, как известно, могли повредить его сверстникам.

«Он действительно хотел получить полную гамму опыта военных и спецназа», - сказал майор Винсент Энрикес. «Он был очень преданным, абсолютным профессионалом».

Ан вырос в Ла-Кресента, Калифорния, и выучил китайский мандарин, что позволило ему заводить связи и друзей, когда он и его товарищи по команде путешествовали, чтобы тренироваться с американскими союзниками в Восточной Азии.

Иногда эти связи получали приглашения его товарищей по команде на местные вечеринки.

«У него была широкая улыбка, и он всегда улыбался от уха до уха», - сказал мастер-сержант.- сказал Дэн Линдерман. «Он всегда находил время, чтобы что-то улыбнуться и подружился с нашими азиатскими коллегами. Они вцепились в него ».

Одна из любимых историй Ана была о том, как ему и корейскому офицеру пришлось пройти долгий путь, чтобы пополнить запасы боеприпасов. Когда они вышли на дорогу, они попросили корейского фермера подвезти его и предложили заплатить ему. Фермер отказался от денег и вместо этого попросил Ана поговорить с его сыном по-английски.

Ан и мальчик весело болтали остаток пути.

Во время недавнего перерыва в отпуске Ан взял личный отпуск, чтобы вылететь назад, чтобы посетить некоторых восточноазиатских союзников, которых он встретил на тренировках.

«Мы делаем это, потому что мы профессионалы, и мы хотим построить партнерство между военными», - сказал Энрикес. «Джеймс сделал все возможное и увидел в них друзей. Мы получили только смелые и положительные отзывы от людей, с которыми он работал ».

После смерти Ана несколько иностранных команд оказали ему свои услуги, чтобы отдать дань уважения.

Перед своим смертельным падением Ан участвовал как минимум в 50 прыжках с парашютом.

11 сентября 2015 года его команда использовала гражданский самолет авиакомпании Kapowsin Air Sports в Шелтоне. Компания часто работает с подразделениями специальных операций JBLM.

Команда села в тесный самолет в 10:50 утра. Они проверили стандартное оборудование и подготовились к прыжку, который произошел на высоте 18000 футов.

В прыжках в свободном падении парашютист разворачивает сам. Команда планировала сделать это на высоте 16 000 футов.

Ан был девятым в очереди, что сделало его предпоследним.

Чего он и его товарищи по прыжкам не заметили, так это того, что Ан случайно прикрепил свой рюкзак к тросу своего запасного парашюта. Когда Ан прыгнул, вес 39-фунтового рюкзака немедленно раскрыл запасной парашют.

Одна из четырех линий, соединяющих его с желобом, вышла из строя из-за производственного брака.

Ан, вероятно, полагал, что неисправен его основной парашют, и не понимал, что у него нет запасного парашюта в качестве запасного.

Он начал кружиться в воздухе. Мастер прыжков в самолете заметил, что у Ана проблемы, и попытался последовать за ним, но Ан упал слишком быстро.

Чтобы развернуть второй парашют, Ан сначала нужно было сбросить неисправный парашют, чтобы два купола не запутались. Очевидно, он использовал нож, чтобы разрезать три подвешивающие его веревки, оторвавшись от запасного парашюта.

Когда он пошел развернуть то, что, по его мнению, было резервным парашютом, следователи сказали, что он был бы сбит с толку, обнаружив, что он исчез, и, вероятно, вместо этого потянул за основной парашют.

К сожалению, он уже отделился от линий, соединяющих его с главным желобом, и тот улетел.

«В этот момент положение капитана Ана было неустранимым и не выжившим», - написал следователь.

При изготовлении запасных парашютов 4-дюймовую петлю временно удерживают горячим клеем, чтобы убедиться, что она правильно сложена, прежде чем ее навсегда сшивают.

Парашют Ана ни разу не прошивали.

Запасные парашюты осматриваются каждые 120 дней, а тот, который использовал Ан, последний раз осматривался 11 июня 2015 года. В отчете говорится, что за 4 с половиной года его повторно осматривали и переупаковывали 15 раз.

«Любые последующие инспекторы вряд ли заподозрят производственный дефект при каждой последующей проверке», - написали следователи.

Утром своего последнего прыжка Ан уговорил своих товарищей по команде позировать перед тем, как сесть в самолет.

Он сделал свое лучшее лицо крутого парня. Он соответствовал камуфляжной форме, боевому снаряжению и очкам ночного видения, которые носили он и его девять товарищей по команде.

Это была последняя фотография Ан.

Армейские парашютисты стремятся к безопасному приземлению> ДЕПАРТАМЕНТ ОБОРОНЫ США> Новости Министерства обороны

Для солдат 421-й квартирмейстерской роты «внимание к деталям» - не столько крылатая фраза, сколько формулировка миссии по спасению жизни.

парашютистов с 421-м, базирующимся в армейском резервном центре здесь, каждый месяц упаковывают сотни парашютов для использования резервными и действующими войсками на юге Соединенных Штатов. И парашют не бывает только одного вида. Существует более дюжины типов, каждый из которых имеет определенный метод упаковки, обеспечивающий правильное открытие.

Армия 1-й сержант. Ричард А. Дэвис из Musella, старший унтер-офицер подразделения, сказал, что одна ошибка парашютиста может привести к смерти или травме.

«Все должно быть точно»

«Многое может пойти не так, - сказал Дэвис. «Все, что мы делаем, чтобы собрать парашют, нужно делать поэтапно.Все должно быть точно ».

Военные прыжки обычно включают использование толстого троса, называемого статической линией, для открытия парашютов. Если статическая линия проложена неправильно, парашют не откроется. Если статическая линия неисправна и проблема не обнаружена, она может порваться, и парашют также не откроется. Если подступенки, соединяющие перемычку с желобом, перевернуты, его купол может открыться только частично, что приведет к тому, что солдат полетит к земле.

Army Master Sgt. Брайан В. Стеверсон из Bonifay, унтер-офицер по операциям, сказал, что только квалифицированным монтажникам разрешается собирать парашюты, и они должны оставаться профессиональными в своей работе.

«Очень важно оставаться в курсе событий, потому что каждый парашют - это система жизнеобеспечения», - сказал Стиверсон.

Тяжелый груз

Грузовые грузы могут быть еще сложнее. Из-за веса - примерно до 2 000 фунтов - желоб необходимо отрегулировать, чтобы развернуть его определенным образом, иначе удар от его открытия может его разорвать.Это отправило бы тяжелый груз дождем по ландшафту.

«Будем надеяться, что ниже этого никто не окажется», - сказал Стиверсон.

Чтобы стать квалифицированным парашютистом, солдаты должны пройти воздушно-десантную ориентацию, затем воздушно-десантную школу, затем школу риггеров, сказал он. В рамках выпускной школы такелажников, которая сама по себе длится 11 недель, солдаты пакуют свои парашюты и затем прыгают с ними.

«Когда они приходят к нам, у них уже есть шесть или семь прыжков», - сказал Стиверсон.

Боевые комплексы для роты соответствуют всем обычным требованиям для подразделения армейского резерва, включая тесты по физической подготовке, учет оборудования и классы. Но затем идет непрерывная барабанная дробь проверок безопасности, упаковочных лотков и подготовки к следующему прыжку.

Парашютисты должны поддерживать свой статус, прыгая каждые три месяца - как минимум.По словам Стеверсона, если они не сохраняют свой статус прыжка, им не разрешается упаковывать или проверять парашюты.

Несколько такелажников остаются в подразделении на действительной службе, чтобы продолжать процесс упаковки в течение недели, а также путешествовать с желобами при отправке в Калифорнию, Техас, Флориду, Южную Каролину, Джорджию и Алабаму. Эти парашюты позволяют членам этих воздушно-десантных подразделений сохранять свой собственный статус прыжка.

Сотни парашютов

Обычно каждый месяц упаковывается несколько сотен парашютов.Правильная упаковка одного парашюта может занять от 20 минут до часа, в зависимости от того, насколько опытен такелажник. Каждый парашют проходит 13 проверок такелажа, включая проверки перед его сборкой, перед упаковкой, пока он упакован, после того, как он упакован, и инспекцию капитаном на аэродроме - прежде чем они будут разрешены для использования в прыжке. .

Army Sgt. Дэвид С. Фрейди - один из постоянных парашютистов. Он занимается этим в течение восьми лет и наслаждается сложностью из-за множества полезных нагрузок и парашютов, с которыми им приходится управлять.Всегда нужно усваивать много информации, поскольку меняется и оборудование, и миссии.

Но это может повторяться. И они всегда остаются занятыми, сказал он.

«Вы пакуете 15 вещей в день и делаете это каждый божий день, пока не выполните требования миссии», - сказал Фрейди. «Это просто становится нормой».

Монтажники берут на себя ответственность

Имя парашютиста указывается на каждом парашюте, который он упаковывает, вместе с именами его инспекторов. После того, как парашюты доставлены, такелажник из блока остается, чтобы отслеживать и записывать прыжки.

Дэвис, который стал первым сержантом подразделения в 2014 году, сказал, что он был свидетелем пополнения запасов американских войск в Афганистане по воздуху, и это подчеркивало важность их работы для него.

«Мы помогаем», - сказал он. «Наша работа позволяет солдатам пополнять запасы и продолжать бой».

Аварии остаются редкими, сказал Дэвис. Он добавил, что парашютисты из 421-й квартирмейстерской роты лично относятся к своей миссии и гордятся своей работой.

«Это все еще сопряжено с высоким риском, но мы делаем все возможное, чтобы обеспечить безопасность», - сказал он.

Что делать, если парашют не открывается при прыжках с парашютом

Что происходит, если парашют не открывается при прыжках с парашютом?

Прыжки с парашютом - невероятно увлекательный вид спорта, который ежегодно привлекает тысячи людей в США. Иногда это ассоциируется с риском, когда прыжок с «совершенно хорошего самолета» (как говорится) считается рискованным и легкомысленным. Мы хотим демистифицировать одну распространенную проблему безопасности прыжков с парашютом, которую мы часто слышим: «Что произойдет, если парашют не раскроется?»

Правда о прыжках с парашютом в том, что он гораздо менее рискованный, чем вы думаете.От военного стиля, в котором тренируются парашютисты, до огромных вложений времени и денег, которые вкладываются в создание оборудования, до основных проверок безопасности, которые мы все проводим перед прыжками, - прыжки с парашютом сегодня безопаснее, чем когда-либо. По данным Совета национальной безопасности, человек с большей вероятностью погибнет от удара молнии или укус пчелы, чем во время прыжка с парашютом.

Но мы здесь не для того, чтобы говорить о безопасности. Мы здесь, чтобы ответить на вопрос, что произойдет, если парашют не раскрывается при прыжке с парашютом.И причина, по которой это не вопрос безопасности? «Неисправности», как их называют, когда парашют не раскрывается, являются совершенно нормальным явлением в спорте, и мы можем справиться с ними и исправить их.

Почему парашют не раскрывается?

Есть много факторов, которые могут способствовать тому, что парашют не раскрывается. Успешное развертывание парашюта зависит от правильной упаковки этого парашюта и зависит от любых изменений в этом процессе или от положения тела парашютиста, когда он собирается развернуться.

Вот почему все парашютисты полностью обучены правильным процедурам упаковки парашюта и положению тела, которое необходимо принять для успешного развертывания.

Но, несмотря на все принятые меры предосторожности и проведенную тренировку, парашют все еще может не раскрыться, попасть в него из-за ошибки или простой случайности. Как правило, не раскрывается один из тысячи парашютов.

Какова процедура безопасности при прыжках с парашютом, когда парашют не раскрывается?

Неотъемлемой частью обучения парашютистов является обучение тому, как управлять «неисправностью» и как исправить ситуацию.

«Ракеты» («рюкзак», который мы носим с парашютом) очень продуман по своей конструкции. В них есть не один, а два парашюта, один из которых является «основным», а другой «запасным».

Основной парашют соединяется с помощью «системы спуска с тремя кольцами»; Эта система из трех металлических колец использует основные принципы физики для распределения нагрузки веса человека на парашют таким образом, что при нажатии одной ручки быстро и эффективно соединение прерывается, и парашютист может «отсечь» неисправный парашют.

Поэтому, когда парашютист оказывается в положении, когда его основной парашют не открывается или открывается с ошибкой, он просто снимает этот парашют и вместо этого раскрывает свой запасной парашют.

Развертывание запасного парашюта

Запасной парашют обычно немного отличается по конструкции, чтобы сделать его более надежным и менее «спортивным» в полете. Он упакован так же, как и основной парашют, но с некоторыми ключевыми отличиями, которые исключают любые потенциальные проблемы, чтобы резервный парашют всегда открывался правильно.

Когда парашютисту необходимо использовать запасной парашют, он может сделать это и, следовательно, активировать развертывание самостоятельно, используя ручки, расположенные на передней части своего оборудования.

Если парашютист по какой-либо причине не может развернуть собственный запасной парашют - например, если он потерял сознание, - устройство автоматической активации (AAD - чаще всего Cypres) автоматически развернет запасной парашют. Существуют также системы поддержки, включая RSL (резервная статическая линия) и MARD (основное вспомогательное развертывание резерва), которые помогают развертывать резервный парашют и делают его еще быстрее и проще.

Мне нужно беспокоиться?

Вам действительно не нужно беспокоиться о том, что ваш парашют не раскроется. Если вы прыгаете в тандемном парашюте, ваш инструктор прошел обширную подготовку, чтобы убедиться, что он сможет справиться с любой ситуацией, которая может возникнуть.

Если вы учитесь прыгать с парашютом в одиночку или являетесь квалифицированным парашютистом, вы будете знать, что вы прошли высочайший уровень подготовки, чтобы справляться со всеми возможными непредвиденными обстоятельствами.

Если вы хотите узнать больше о прыжках с парашютом возле Атланты, поговорите с одним из членов нашей команды сегодня!

Джон М.Стил | Музей ВДВ

Джон М. СТИЛ 2-й взвод, минометное отделение F / 505 PIR 82 AB.

Джон Стил родился в Метрополис , штат Иллинойс, 29 ноября 1912 года.

Накануне Второй мировой войны Джон Стил вступает в воздушно-десантные войска. Он присоединился к 82-й воздушно-десантной дивизии роты F 505-го парашютно-пехотного полка и прибыл в мае 1943 года в Северную Африку.

Спустя несколько недель части 505-го ПИРа высадились на Сицилии в районе Гелы 9 июля 1943 года.Джон сломал левую ногу и был репатриирован в больницу Туниса. Вернувшись в Италию в сентябре 1943 года, он воевал от Салерно до Неаполя, а затем покинул страну, чтобы присоединиться к Британским островам в ноябре 1943 года.

В ночь с 5 на 6 июня 1944 года во время парашютирования десантников в районе Сент-Мер-Эглиз Джон Стил получил огнестрельное ранение в ногу. Он не мог управлять своим парашютом и наконец приземлился на шпиль церкви около 1:00 ночи. Джон качнулся и попытался освободиться от парашюта, когда на площади вокруг церкви бушевала битва.

Он тщетно пытался ослабить парашют. Спустя более двух часов два немецких солдата по имени Рудольф Мэй с помощью Альфонса Джекла освободили его из этой ситуации. Джон был взят в плен, и его ногу позаботили. Он сбежал и через три дня присоединился к войскам союзников и был переведен в госпиталь в Англии.

« Я был стрелком-базукой второго взвода роты F 505-го ПИР 82-й воздушно-десантной дивизии. В прыжке я был пятым или шестым парнем сразу после лейтенанта Гарольда Кэдиша, нашего прыгуна.Нас сбросили над Сент-Мер-Эглиз, площадь осветила пожар. Я приземлился на крышу церкви и висел на парашюте. Пока я пытался дотянуться до ножа, чтобы избавиться от ремней, другой десантник врезался в шпиль и тоже остался в подвешенном состоянии недалеко от меня. Его балдахин свисал с горгульи шпиля, это был мой друг Джон Стил… » Воспоминания Кеннета Рассела .

В сентябре 1944 года Джон Стил был спущен с парашютом в Голландию и участвовал в освобождении города Неймеген.В декабре 1944 года он участвовал в битве при Арденнах.

В апреле 1945 года он прибыл в Германию и участвовал в различных мероприятиях, направленных на пересечение Эльбы и завершение Второй мировой войны в этом районе. Поэтому он был переведен в 17-й воздушно-десантный полк и отправился в Марсель (Франция), чтобы сесть на лодку, которая должна была привести его в Соединенные Штаты, чтобы наконец обрести мирную жизнь в сентябре 1945 года.

За свои действия и травмы Джон Стил был награжден медалью Бронзовой звезды за храбрость и медалью Пурпурного сердца за ранения в бою.

Его действие в Сент-Мер-Эглизе было рассказано в фильме «Самый длинный день».

Впоследствии Джон несколько раз возвращался в Сент-Мере-Эглиз во время празднования высадки в Нормандии.

Он умер от рака горла 16 мая 1969 года в городке Лафайетвилл, Северная Каролина.

ирландских солдат погибло в результате крушения с парашютом во время отпуска в Нидерландах

Вчера следователи пытались установить, как ирландский солдат погиб в результате несчастного случая во время прохождения гражданского курса парашютного спорта во время отпуска с армейскими друзьями в Нидерландах.

Пте Шейн О'Нил (24 года), родом из Лимерика, но проживавший на 123 Маунт-Небо-авеню, Гурранабрахер, город Корк, был убит вчера утром во время тренировочного прыжка на Текселе, острове у побережья Голландии. .

Texel - известный центр парашютного спорта, который часто используется военными для тренировок.

Понятно, что парашют Пте О'Нила не раскрылся должным образом после того, как он покинул трамплин на высоте более 3000 футов. Он попытался освободить парашют, но запутался в нем. Его запасной парашют также не раскрылся.

Он был одним из восьми солдат четвертого пехотного батальона, расквартированных в казармах Коллинз в городе Корк, которые прошли недельный курс частной парашютной подготовки во время отпуска.

Пте О'Нил прибыл в центр в прошлую пятницу и обучался в наземной школе в субботу и воскресенье.Вчера он совершил свой первый прыжок в 10.15 утра по ирландскому времени, и было замечено, что у него проблемы с парашютом до того, как произошла авария. Представитель Сил обороны заявил, что Пте О'Нил не проходил ранее обучение парашютному спорту.

Армейский пресс-атташе комдт Киран МакДэйд сказал, что известие о смерти Пте О'Нила шокировало и опечалило его товарищей. «Они были абсолютно опустошены. Все они прыгали вместе, когда около 11 лет произошла трагедия.15:00 по местному времени »

Солдаты должны были сделать еще четыре прыжка на этой неделе.

«Они все были в восторге от прохождения этого курса. К сожалению, это обернулось трагедией. Они должны были вернуться в субботу, но, учитывая то, что произошло, его товарищи покинули курс и возвращаются домой», - сказал Комдт МакДэйд.

Пте О'Нил последовал за своим отцом Юджином в армию четыре года назад.Понятно, что он был помолвлен.

Он только что завершил боевую службу в Ливане, где служил в составе 86-го батальона, четверо своих бойцов погибшего в автокатастрофе в апреле прошлого года.

«Он был отличным солдатом и служил действующим капралом, находясь в Ливане», - сказал комдт МакДэйд, отметив, что смерть Пте О'Нила наступила менее чем через две недели после того, как способный механик Робби Дин был потерян за бортом с LE Eithne.

«Это очень печальный повод для нас снова на этой неделе сообщить, что член наших Сил обороны был убит», - сказал Комдт МакДэйд. Он добавил, что, хотя он умер во время отпуска, Пте О'Нилу будут оказаны полные воинские почести.

Вчера вечером министр обороны г-н Смит сказал, что он был шокирован и опечален, узнав о смерти Пте О'Нила.Он выразил соболезнования семье, друзьям и товарищам погибшего солдата.

Стажер в школе подготовки парашютистов погиб после погружения с высоты 12000 футов в Агре

Другой солдат, LNK Сунил Кумар, также погиб в аналогичном инциденте в зоне высадки Малпура около семи месяцев назад, когда он прыгнул с высоты 8000 футов, но его парашют не открылся.

Хардип должен был уехать в Патиалу, свой родной город, чтобы встретиться со своей семьей после завершения прыжков.

ГЛАВНОЕ

  • Полковник Апурв Тьяги (в отставке) сказал, что иногда струны запутываются и желоб не открывается полностью
  • Он сказал, что парашюты не раскрываются редко и не должны удерживать кандидатов от попыток
  • Хардип Сингх житель Патиалы, Пенджаб

Школа парашютно-десантной подготовки в Агре известна на всю страну как главное учебное заведение для подготовки спецподразделений всех трех воинских частей - армии, авиации и флота.

Член спецназа может заработать желанный темно-бордовый берет и крылья десантника только после пяти прыжков в зоне высадки Малпура в Агре.

Подполковник Махендра Сингх Дхони (TA) - один из немногих прыгунов-знаменитостей, заработавших здесь крылья парашютиста, прыгнув с высоты 1250 футов.

Несмотря на то, что тысячи солдат без происшествий проходят обучение в зоне высадки, иногда случаются непредвиденные происшествия, в результате которых погиб отважный солдат, который прыгнул с самолета, полагая, что его парашют откроется, но этого не произошло.

Смерть 26-летнего солдата Хардипа Сингха в зоне падения Малпура во время прыжка с высоты 12 000 футов в четверг шокировала тренеров, а также учеников престижной школы парашютистов. Они утверждают, что, хотя такие инциденты, как не раскрытие основного парашюта, могут произойти из-за ошибки при складывании парашюта, редко бывает, что и основной парашют, и аварийный парашют не открываются.

Хардип Сингх был жителем Патиалы, Пенджаб. Его отец Бхупендра Сингх живет в доме их предков.Хардип вскоре отправился в Патиалу, чтобы встретиться со своей семьей после завершения прыжков.

Полковник Апурв Тьяги (в отставке) сказал, что за 33 года службы он совершил сотни прыжков, и случаи, когда парашюты не раскрываются, редки и не должны сдерживать честолюбивых солдат, желающих вступить в ряды десантников.

Он сказал, что хотя парашют открывается сам по себе при прыжке, иногда струны запутываются, и парашют не открывается полностью или не открывается совсем. В таких случаях следует незамедлительно выбросить основной желоб и открыть аварийный желоб. Хардип Сингх, вероятно, запаниковал, когда его главный парашют не открылся и у него не было возможности открыть аварийный парашют.

Между прочим, другой солдат, LNK Сунил Кумар, также погиб в аналогичном инциденте в зоне высадки Малпура около семи месяцев назад, когда он прыгнул с 8000 футов, но его парашют не открылся.

Сунил был жителем округа Палвал в Харьяне и на момент своей смерти был женат два года назад.

Также прочтите: Космический экипаж пережил драматическую аварийную посадку на Землю после отказа российской ракеты

Также прочтите: Окружной магистрат написал слезливое письмо пятимесячной девочке-мученику солдату

Наблюдайте: 2 джавана, 1 журналист убит в результате нападения наксалов в Чхаттисгархе

Свидетельства о вторжении в день "Д" из первых рук

Кевин М.Хаймель

Каково было быть десантником времен Второй мировой войны, прыгнувшим с парашютом в Нормандию в первые минуты дня 6 июня 1944 года - дня «Д»? Почти 1000 транспортных самолетов C-47 доставили с небес над северной Францией более 13000 десантников 82-й и 101-й воздушно-десантных дивизий. На каждом самолете находилось до 16 десантников, каждый весил от 125 до 150 фунтов снаряжения.

Когда самолет приблизился к зоне приземления, пилот зажег красный свет возле открытой задней двери. По команде «встать, подключиться, проверить снаряжение» десантники встали, прикрепили свои статические тросы к якорному тросу, идущему по всей длине кабины, и проверили снаряжение человека, находившегося перед ними.Затем они подождали, пока красный свет не станет зеленым.

Ниже приводится компиляция опыта более 80 десантников, которые пережили прыжки с парашютом в Нормандии, от прыжка до падения и приземления.

Прыжок

Когда загорелся зеленый свет, прыгун крикнул: «Вперед!» и мужчины вытолкнули открытую дверь. Большинство мужчин выбрались без происшествий.

Дэвид Кеньон Вебстер, 101-я воздушно-десантная дивизия: «Я вскочил, посмотрел вниз и остановился, ошеломленный.Все, что я мог видеть, это вода, мили и мили воды. Но это был день «Д», и никто не вернулся в Англию, и многие пехотинцы, которые ехали на открытых баржах, страдая морской болезнью, к пляжам во время отлива зависели от нас, чтобы отвлечь немцев от дамб и артиллерийских батарей, и поэтому . .. Я схватил оба стороны двери и выбросился ».

Эльмо ​​Белл, 82-я воздушно-десантная дивизия: «Я повернулся к Цайтнеру, чтобы сказать ему, что мы набираем высоту, и когда я позвал его по имени, он вышел за дверь. Ну, понимая, что мое крикливое имя спровоцировало его прыжок, я тоже прыгнул - и, конечно же, остальная часть палки последовала за мной.”

Американский парашютист времен Второй мировой войны спускается на землю во время тренировочного прыжка в 1942 году. Перед рассветом 6 июня 1944 года парашютисты будут иметь гораздо более тяжелое вооружение.

Берт Коллиер, 101-я: «Когда загорелся свет, я уже вытащил голову и часть меня из самолета, а затем меня выбили за дверь, и я ушел».

Другие испытали быстрый переход от шумного самолета к относительно тихой ночи.

Роберт Уэбб, 101-й: «Когда я освободил дверь, самолет раскачивался, как сумасшедшая лошадь, а трассеры были такими толстыми, что напоминали стену пламени.”

Уильям Уолтон, военный корреспондент TIME: «Я выскочил из двери самолета, счастлив, что покинул корабль, который шел навстречу зенитной артиллерии и другим немцам».

Кеннет Мур, 101-й: «Самолет начал раскачиваться и прыгать, и когда [его товарищ-десантник Второй мировой войны] упал, загорелся зеленый свет. Они все прыгали, а он с трудом пытался выбраться за дверь, поэтому я схватил его и выбросил за дверь ».

Кен Рассел, 82-й: «Когда мы вышли из самолета, у нас была зенитная артиллерия, пулеметный огонь и все остальное, потому что мы были сидячими целями.”

Том Поселла, 82-й: «С ревом двигателей в ушах я вышел за дверь в тишину ночи. Я понял, что совершил прыжок во тьму ».

Тюрк Селье, 82-й: «Когда я покинул дверь, самолет пошел вниз, и я увидел, как его хвост пролетел в нескольких футах над моей головой».

Солдаты 82-го полка регулируют снаряжение перед посадкой в ​​транспорты 5 июня 1944 года.

Дональд Бергетт, 101-й: «Согнувшись пополам и схватившись за свой запасной парашют, я почувствовал порыв воздуха, услышал треск купола, когда он разворачивается, и последовал за ним. по шипящим стропам подвески, затем за свистом соединительных звеньев за спиной моего шлема.

Другим десантникам было трудно выбраться за дверь. Некоторым приходилось лечить других болезней десантников.

Лесли Кик, 82-й: «Тогда мы выходим, поскользнувшись от рвоты, но сохраняем равновесие, крепко держась за статическую защелку».

Эд Боккафогли, 82-й: «Я выпал. Меня вырвало. Некоторых парней рвало от нервов, и когда мы развернулись, мои ноги вылезли из-под меня, и я перевернулся ».

Немецкий огонь не позволил некоторым мужчинам выйти из самолетов.

Вирджил Данфорт, 101-я: «Когда мы стояли в дверях, готовые к прыжку, наш самолет подлетел к самолету, который бросил людей в дверь таким образом, что моя голова была снаружи, а плечо было внутри, и я был зажат. в таком положении, чтобы я не мог встать. С помощью человека позади меня мне, наконец, удалось нырнуть головой вперед из двери.

Гарри Моул, 101-й: «Я вошел в дверь и собирался выйти, когда самолет накренился и отбросил меня через проем обратно к хвосту.Я быстро поднялся и изо всех сил схватился за край двери.

Дэн Ферлонг, 82-й: «Повсюду были статичные стропы и парашюты. Я думал, что самолет вот-вот рухнет, и кричал, чтобы ребята вылезали, и они наконец поняли сообщение и ушли. Я был последним. Я упал в дыру в полу одной ногой, прежде чем добрался до двери, а потом просто нырнул головой ».

Рэй Гроссман, 82-й: «Загорелся зеленый свет, и мы выбросили первый груз.Пилот наклонил самолет вправо и поставил меня и первого человека в палке на пол. Когда мы выпрямились и прыгнули, первую нагрузку на дверь не смогли найти до полудня следующего дня ».

Кларенс МакКелви, 82-й: «Пилот снова дернул самолет. Капрал Бейтс вылетел за дверь - я вылетел за дверь - головой вперед, задницей над чашками.

Джек Шлегель, 82-й: «Я помню, что я был… последним, кто вышел из самолета… самолет падал. Я двинулся так быстро, как мог, чтобы выбраться, и после выхода увидел, как самолет поднялся в огненном шаре.”

Другие пытались выжить, когда их самолет перевернулся на 180 градусов.

Луи Э. Траукс, 101-я: «Мое левое плечо врезалось в окно… Я был удивлен, что окно не разбилось». После того, как самолет выровняли, «Я был потрясен видом, который меня встретил - я был единственным, кто стоял. Четверо мужчин лежали грудой на полу. Первым из дверей выскочил один мужчина. Я перешагнул через двух мужчин. Ближайший к двери мужчина выполз головой вперед. Я схватил пояс с боеприпасами человека, которого считал следующим, и первым высунул ему нос.Следующий человек заставил его ползти своей собственной силой.

Ричард Глисон, 101-й: «Когда я стоял у двери, снаряд разорвался под левым крылом, и старый '47 'сделал стойку на руках на правом конце крыла, и меня отбросило обратно через кабину. Была сумасшедшая борьба, чтобы выбраться за дверь, но я смог попасть туда первым, поэтому я не запутался ни в каких статических линиях ».

Гарольд Каньон, 82-й: «Когда я подошел к двери, крыша самолета открылась. В него попал какой-то разрывной снаряд.Когда я свернул в дверной проем, самолет начал уклон правого крыла, войдя в смертельную спираль. Мне потребовалось все, чтобы переступить порог. Мне показалось, что порог был чуть выше груди, когда я перевернулся и вышел. Я был последним, кто вышел из самолета ».

Один человек, Томас Роджерс из 82-го полка, выбрался из своего самолета, но не упал далеко. Его резервный рюкзак распахнулся внутри самолета. По словам свидетеля, «он поднял его и прижал к талии.Из зоны высадки вывалились шесть человек, но, пока Роджерс, шаркая, шел по проходу, связка парашюта высвободилась и зацепилась за часть сиденья. Он все равно прыгнул, но подвесные линии с пределом прочности на разрыв 450 фунтов отказались уступить ни дюйма, и он обнаружил, что висит на высоте 600 футов над враждебной территорией ». Шесть последовавших за ним парашютистов нырнули на него, пытаясь вырваться. «Роджерс, казалось, смирился с тем, чтобы существовать как маятник». Последний десантник приземлился на него и вырвал его, когда «статическая веревка Роджерса натянулась и сорвала его рюкзак.Его основная линия парашюта расцвела, и вскоре после этого израненный и разбитый парашютист отправился на поиски вермахта ».

Капля

После очистки самолета парашюты десантников раскрылись, и противник прицелился. У некоторых мужчин парашюты открывались настолько низко, что они даже не заметили падения.

Кларенс МакКелви: «Мы не знали, как высоко мы были, но я почувствовал три вещи подряд: мой шлем сорвался с моей головы, я почувствовал, как мой парашют раскрылся, я посмотрел вниз и увидел землю.”

Дэвид Роджерс, 101-й: «Когда мой парашют раскрылся, я был прямо над шпилем церкви в Сен-Мари-дю-Мон. Была полная луна, и были рассеянные облака, которые делали все на земле хорошо видимым. Когда я посмотрел вниз, я увидел Сен-Мари-дю-Мон. Это было похоже на картинку, которую я так внимательно изучал в Аппоттери ».

Ральф Робинс, 101-я: «Я пролетел сквозь облако, которое, как я думал, было приземным туманом, и ожидал приземления в любой момент. Однако, пролетев сквозь облако, я увидел, как лунный свет отражается в большом водоеме.Рядом была земля, но ветра не было ».

Джон Тейлор, 101-я: «Я вышел хорошо, мой парашют открылся, я проверил его… Я посмотрел вниз и увидел дымку. Я предположил, что этот туман был на земле, и приготовился приземлиться. Когда я прошел сквозь дымку, к моему удивлению, я был все еще на высоте добрых 600 футов. В этот момент я мог видеть то, что выглядело как пятна на земле и зеркало - большую площадь воды ».

Бригадный генерал Джеймс Гэвин, 82-й: «Примерно с трехсекундной задержкой мы вышли, огонь из стрелкового оружия шел с земли, когда открылся желоб - обычная стрельба по всей местности.Справа от линии полета был очевиден значительный выстрел и зенитная артиллерия. Я полагал, что это, вероятно, было в районе Этьенвилля, где предполагалось разместить единственные известные в этом районе тяжелые зенитные установки ».

Некоторые из самолетов летели слишком быстро для безопасного прыжка. Результатом стал ужасающий удар при раскрытии парашютов.

Эд Типпер, 101-й: «Шок при открытии был таким сильным, что он сорвал мою сумку-мюзет».

Дик Винтерс, 101-й: «Сорвал мою сумку для ног, а также практически все снаряжение, которое я нес.

Эти парашютисты из 101-й воздушно-десантной дивизии готовятся к взлету на самолете C-47 Skytrain в день "Д". Их лица выражают самые разные эмоции.

Том Поселла: «Когда желоб открылся, моя голова резко дернулась вперед, а ноги поднялись. Мой шлем упал мне на лицо ».

Марион Гродовски, 101-я: «У меня был сильный дебютный шок. Пистолет 45-го калибра, который я держал в кобуре на бедре, как и фляга, оторвался. Я посмотрел вверх и увидел в своем парашюте взорванную панель ».

Элмер Бранденбергер, 101-й: «Разбивной шок вырвал винтовку из моих рук.Я до сих пор помню, как мелькнула у меня в голове мысль, что она ударит какого-нибудь чертова краута и ударит его по голове.

Рэй Эбишер, 101-й: «Толчок от первого удара был более сильным, чем обычно. В ту же секунду, когда желоб открылся, мой ножной рюкзак вырвался из ремней вокруг моей ноги. Все мое снаряжение, кроме одного траншейного ножа и фляги с водой, прикрепленной к моей ленте с патронами, рухнуло на землю, и меня больше никто не видел ».

Бенджамин Вандервурт, 82-й: «Он сорвал мою сумку-мюзет и засветил ослепляющими вспышками перед моими глазами.Мы были слишком высоко и улетели из зоны высадки ».

Дональд Бергетт: «Мышцы моего тела инстинктивно напряглись перед открывающим ударом, который почти разъединил меня, когда купол открылся. С того момента, как я вышел за дверь, до открытия парашюта прошло менее трех секунд ».

Turk Seelye, 82-й: «Когда винт выдувал воздух в мой парашют, я получил самый сильный толчок при открытии. Желоб открылся с такой силой, что пистолет «Беретта», который я взял у итальянского морского офицера на Сицилии, вырвался вместе с моей новой безопасной бритвой.”

Дэвид Кеньон Вебстер: «Внезапно великан ударил меня хлыстом за конец, мой парашют раскрылся, и я обнаружил, что бешено раскачиваюсь на ветру. Подкрученные при падении, мои стояки раскручивались и раскручивали меня. Они прижали мою голову вниз подбородком к верхней части футляра для винтовки и не дали мне взглянуть и проверить свой фонарь. Я решил, что все в порядке, потому что, по крайней мере, я свободно парил в великой тишине, которая всегда следовала за открывающим ударом. В течение нескольких секунд я казался подвешенным в небе без движения вниз, а затем внезапно весь водоем закружился и бросился на меня.”

Гердон Уолтхолл, 101-я: «Когда мой желоб открылся, я подумал, что он разорван пополам. Я почувствовал рывок в ноге. Когда я посмотрел вниз, у меня на ноге уже не было…. Все, что я мог видеть, - это трассирующие снаряды, мчащиеся из каждого угла каждой живой изгороди, а также грохот минометов и 88-х снарядов на поле внизу ».

Лесли П. Круз, 82-й: «Желоб затянулся в моей промежности, когда самолеты гудели над головой, и я знал, что мой парашют открылся, хотя едва мог смотреть вверх, чтобы увидеть это. Я внезапно замедлился, когда парашют полностью открылся, и я парил в космосе.… Отрывистый звук пулеметного огня прервал мой транс. Это было слева. Нет, это было справа от меня, поскольку я продолжал вращать свой парашют. Я не мог сказать, откуда это.

Некоторые люди едва не попали под удар своих самолетов и товарищей.

Рой Кинг, 82-й: «Я был очарован видом летящих повсюду трассеров, когда я увидел огромный взрыв, расцветающий прямо подо мной… Самолет между мной и землей. Нет, беда была не у меня! Я был над потоком самолетов, которые только что сбросили свои войска и оборудование.Меня больше всего беспокоило то, что меня могут разорвать на куски пропеллеры приближающихся самолетов. Я яростно пытался повернуться лицом к приближающимся самолетам, чтобы увидеть, как безопасно маневрировать через них. Я благополучно прошел сквозь них, несмотря на почти истерическую борьбу ».

Уильям Данфи, 82-й: «Оглянувшись, я заметил Джима Биверса рядом со мной и наше оборудование, связанное с одной стороны. Затем, посмотрев вниз, я увидел летящие под нами С-47. Это меня до чертиков напугало, и я начал их ругать.Я не хотел, чтобы наши собственные военно-воздушные силы превратили меня в гамбургер. … Спускаясь, я восстановил самообладание, так как казалось, что мы собираемся спуститься целыми ».

Чарльз Миллер, 82-й: «Это было похоже на большое празднование Четвертого июля. Все небо озарилось большим шоу ».

Рой Зербе, 101-я: «Небо было наполнено огнем, и это было похоже на Четвертое июля. Я предполагаю, что мы были низкими, около 500 футов. Вдалеке я видел пожары ».

Гай Ремингтон, 101-я: «Черные пастбища Нормандии наклонились и повернулись далеко подо мной.Первая немецкая сигнальная ракета вырвалась вверх, и тут же из углов поля начали стрелять пулеметы и сорокамиллиметровые орудия, осветив ночь желтыми, зелеными, синими и красными трассерами. Я скатился через дикое Четвертое июля. Огонь пронзил небо и пылал вокруг высоко вздымающихся транспортных средств. Я видел, как некоторые из них уходили в пламя. Один из них упал с солдатом, парашют которого застрял в хвостовой части, и он вылетел назад. Я услышал громкий поток воздуха: всего в нескольких ярдах от меня пролетел человек, его парашют рухнул и загорелся. Другие парашюты, с людьми, чьи ноги были сброшены, провалились в ремнях безопасности, плавно плыли к земле ».

Эдвард К. Краузе, 82-й: «Пока я спускался, подо мной прошли четыре корабля, и я очень пережил».

Остальные помнили, как их встретил сильный немецкий огонь.

Клэнси Лайалл, 101-й: «Немцы открыли по нам огонь из артиллерии и стрелкового оружия, пока мы еще были в небе. Зенитная артиллерия была такой толстой, что по ней можно было упасть.

Джим «Пи-Ви» Мартин, 101-й: «Я вышел на лестницу из зенитных и трассирующих снарядов.Слава Богу, я пропустил все ступеньки на пути вниз ».

Фрэнк Брамбо, 82-й: «Я не мог видеть большую часть земли - это было более или менее размыто, - но я наблюдал за всеми этими трассерами, разрывами снарядов и всем в воздухе вокруг меня. Поток трассеров, явно из пулемета, выглядел так, как будто он шел прямо на меня. Интеллектуально я знал, что меня не видно с земли под маскировочным желобом, но поток трассеров все еще шел прямо на меня. Я полагаю, это был явно бесполезный, но нормальный жест.Я широко раздвинула ноги и схватилась обеими руками за пах, как бы защищаясь. Эти пули из пулемета прошли по внутренней стороне моей ноги, попали в пах, но раскололи штаны, и обе мои коробки с сигаретами Pall Mall упали на землю Франции ».

Все, что осталось от С-47, который разбился и сгорел в Нормандии. Некоторые десантники вспоминали, что едва успели покинуть свои транспорты, когда они были поражены вражеской зенитной артиллерией или видели, как другие транспорты вместе со всеми находящимися на борту падали.

Эрл МакКланг, 101-я: «Это было ужасно.Похоже, все происходило прямо между твоими глазами. Вокруг немцы. Пулеметные патроны, стрелковое оружие, трассирующие снаряды ».

Джон Уолш, 82-й: «Я думал, что стрелок Джерри собирался выстрелить мне по ногам - трассеров просто не хватало. Я ускользнул, но он продолжал.

Томас Роудс, 101-й: «Меня ударили, когда я выходил за дверь над Сент-Мер-Эглиз, но смог сосчитать семь парашютов, следующих за мной, прежде чем я упал на землю».

Роберт Флори, 101-й: «Я помню, как небо было испещрено трассирующими пулями и зенитными огнями.Шум был ужасным. Я посмотрел вниз и сразу впал в шоковое состояние. Я был над водой. Первой моей мыслью было, что пилот сбросил нас над Ла-Маншем. Я посмотрел направо и увидел пасущееся стадо дойных коров ».

Эдвард Исбелл, 82-й: «Пули трескались вокруг меня. Когда мы спускались, я видел вспышку их винтовок и знал, что приземлюсь им на колени. Я обмяк, опустив руки, как будто меня ударили.

Винс Окчипинти, 101-й: «Я мог сказать, что подо мной происходило много вещей.Раздался ужасный шум, и я видел, как за мной летят трассирующие пули. Фактически, я знал, что все немецкие солдаты на земле видели, как я прыгнул, и нацелили все свои орудия в мою сторону. На каждой пятой-седьмой пуле из пулемета любой может увидеть трассирующее средство, то есть вы можете увидеть, куда он летит, и улучшить свою цель. Других пуль я не видел. Вот пришел еще один трассирующий, еще и еще. Я мог видеть, как они идут на меня со всех сторон. Что было самым ужасным, так это то, что между каждым из этих трассеров находилось пять или шесть других пуль.”

Некоторые из мужчин опасались, что их парашюты не выдержат натиска.

Зейн Шлеммер, 82-й: «Небо« изобиловало розовыми, оранжевыми и красными трассирующими пулями, которые грациозно поднимались вверх, а затем проносились мимо небольшими рывками, проходя через купол парашюта ».

Гарольд Каньон: «Когда я почувствовал толчок открывания желоба, скорее по привычке, чем что-либо еще, я посмотрел вверх, чтобы проверить желоб, и я помню, как увидел скопления трассеров, проходящих через него».

Джордж Коскимаки, 101-й: «Я заметил, что цветные трассеры тянутся ко мне, как отчаянные пальцы, цепляющиеся вверх.Я слышал, как мужчины кричали друг другу на иностранных языках - и это не было похоже на французский. Меня и навес били из стрелкового оружия. Я поднял глаза и заметил, что желоб все еще был заполнен воздухом, хотя в нем было больше отверстий, чем было предусмотрено производителем ».

Кертис Джонсон, 82-й: «Во время прыжка я видел, как везде летают трассеры, и некоторые из них начали раскачиваться в его сторону [товарища-десантника]. Я ничего не мог поделать, а мой парашют был полон дыр, и прежде, чем я упал на землю, было перерезано пять или шесть строп.”

Джеймс Идс, 82-й: «Трассировка прошла через навес моего желоба, как дыра от сигареты в шелковом носовом платке, тлеющая и ярко-красная. Дыра с течением времени становилась все больше. Я схватил передние стояки и прижал их к талии. Я чертовски торопился спуститься, пока парашют не превратился в факел. Пули, в которых смешались трассеры, все еще щелкали вокруг меня. Казалось, они повернутся в сторону, когда собираются ударить меня. Я был настолько очарован этим, что забыл отпустить стояки и очень быстро рухнул на землю.”

Эдди Ливингстон, 82-й: «Я слышал, как пули выскакивают из тесного купола. И они злобно трещали у меня в ушах. Я видел, как они дергали мой комбинезон, две свободные одежды, брюки и куртку с большими карманами. Всю дорогу я наблюдал за приближающимися трассировщиками, определяя их местоположение для использования в будущем ».

Некоторые люди стали свидетелями гибели своих товарищей-десантников.

Гердон Уолтхолл: «Я видел, как трассирующий снаряд прошел сквозь парня подо мной, и я действительно начал вспотевать, получив попадание, прежде чем я достиг земли.”

Эд Маузер, 101-й (смотрит другой самолет): «Я думал, что самолет собирался приземлиться; он ударился о живую изгородь и взорвался ».

Tom Alley, 101-я: «Я видел огонь возле площади в Сент-Мер-Эглиз. Не знаю, дом это или сарай. Я сдвинул свой парашют вправо изо всех сил, чтобы не упасть в огонь. Пулеметные трассеры были такими толстыми, что по ним можно было спуститься до земли ».

Кен Рассел: «Я увидел то, что никогда не хотел видеть в своей жизни.Я посмотрел направо, увидел парня, и тут же спустился пустой парашют. Какой-то снаряд, должно быть, попал в одну из его гранат Гаммона. Он был сбит с толку . .. Я пытался спрятаться за своим запасным парашютом, потому что было слышно, как стреляют снаряды. Мы все сидели, утки спускались. Один парень угодил в огонь [в Сент-Мер-Эглиз]. Однажды я слышал, как он кричал, прежде чем попал в огонь. Я видел, как он приземлился в огне. Все эти парашюты тянуло к огню тепло от огня.”

Тяжеловооруженные десантники 101-й воздушно-десантной дивизии ждут сигнала встать и подключиться. Их лица затемнены, чтобы замаскировать их во время ночного нападения.

Один мужчина чуть не задушился, когда спускался вниз.

Берт Коллиер, 101-я: «Я пытался повесить свою сумку-мюзет, потому что во время полета обнаружил на ней сломанный ремешок, и все время думал, могу ли я залезть под рюкзак одной рукой и зацепиться за него. … Я случайно потянул за один из шнуров на той стороне моей Мэй Уэст [надувное плавучее устройство, которое обвивало шею и грудь], которая находилась под моей подвеской.Когда он надулся, я не мог дышать, пока не упал на землю, не нашел свой нож и не проткнул его ».

Посадка

Выжившие после падения высадились в Нормандии. Они приземлялись на поля, в изгороди, деревья и на строения. Некоторым не повезло приземлиться в воде. Рядом с реками и ручьями по всей Нормандии немцы затопили районы, где, как они подозревали, союзники могли разместить воздушно-десантные войска.

Лу Мерлано, 101-я: «Я, должно быть, прыгнул примерно на 300 футов, потому что после 1 1 /2 колебаний я ударился о землю с глухим стуком.Я был в Нормандии на поле, обозначенном «Минен». В то время я не знал, что это фиктивное минное поле, и продвигался через него очень осторожно ».

Tom Alley: «Я приземлился на пастбище или в саду - на самом деле, в открытом поле. Его освещало горящее здание всего в нескольких сотнях ярдов к северу от меня. Я пригнулся, вытащил траншейный нож и сумку с винтовкой. Я собрал винтовку, как было на три части для прыжка. При этом я наблюдал, как иногда пролетает самолет, из которого выпрыгивают люди.”

Джон Тейлор: «Я просто выскользнул из парашюта как можно дальше от большого водоема. Я думал, мое время пришло. Я приземлился на узком участке земли всего в 25 футах от него. Я сильно ударился о землю. Ящик с пулеметными патронами, который я засунул под правую ногу, ударил меня по ноге, когда я приземлился.

Дональд Бергетт: «Я раздвинул подступенки, чтобы проверить купол, и увидел, как через него прошли трассирующие пули; в тот же момент я ударился о землю и отскочил назад с такой силой, что был на мгновение ошеломлен.”

Зейн Шлеммер: «Я ударился о живую изгородь, у меня появились очень болезненные, ушибленные ребра от удара всего моего оборудования, которое я привязал к своему телу».

Роберт Джеймс, 101-й: «Я протянул руку, схватился за задние стояки и как можно сильнее скользнул по парашюту, чтобы спуститься быстрее. Не думаю, что когда-нибудь перестану скользить по парашюту, потому что я ударился о землю, как мешок с цементом, и увидел множество звезд. Мне даже не было больно; Я был чертовски напуган ».

Эд Пеппинг: «Когда я приземлился, у меня не было ничего, кроме ножа. Как медик, я все равно никогда не носил с собой винтовку, но скорость прыжка и открывающий шок оторвали мое медицинское оборудование, но досадно было то, что мне было не с чем работать. Вы можете себе представить, многие из увиденных ран были катастрофическими ».

Ричард Глисон: «Земля быстро приближалась, и, как обычно, я как-то развернулся и пошел назад. Это как бы рассыпало мое оборудование в том направлении, в котором я собирался, но приземление задом наперед спасло меня от травм. Я расстегнул ремни безопасности, взял свое снаряжение, зацепил все на место и направился к живой изгороди примерно в 30 ярдах от меня.”

Clayton Storeby, 101-я: «Я приземлился в воронке от бомбы примерно 10 футов глубиной, только мой окопный нож был прикреплен к моей ноге, а несколько взрывных устройств были прикреплены к моей подмышке».

Элмер Бранденбергер: «Я приземлился посреди открытого поля и, лежа на спине, глядя вверх, чтобы определить направление полета, я видел, как над головой распускаются парашюты, и пулеметные трассеры танцуют среди них, как светлячки».

Крис Канарас, 82-й: «Я так сильно ударился о землю, что онемел на пару секунд.Я перевернулся на живот и увидел на поле большой пожар и взрыв. Должно быть, это были наши свертки.

Кларенс МакКелви: «Я ударился о землю… Я лежал на спине, пытаясь отцепить все эти ремни. Наконец меня осенило - у меня окопный нож на правой ноге. Итак, я получил это, и я пил ремни, чтобы выбраться, и я услышал этот голос, говорящий: «Кто ты?»

Джим «Пи-Ви» Мартин: «Самое одинокое чувство в мире было, когда я упал на землю, а рядом со мной не было другой души.Я лежал на спине, болезненно расстегивая ремни безопасности ».

Уильям Э. Экман, 82-й: «Я не помню приземление, потому что был очень ошеломлен. Когда я приземлился, я был среди крупного рогатого скота ».

Винс Окчипинти: «Внезапно земля оказалась там, и - бац - я ударился… Я лежал на земле и начал работать над застежками, которые соединяли ремни безопасности в моем паху.… Однако я обнаружил, что я не мог освободить ремни безопасности, потому что не мог достать под желобом, чтобы освободить его. Некоторое время я боролся с обоими. Я потянулся, чтобы засунуть кинжал под свое снаряжение, но не смог его достать… Я услышал шум не слишком далеко от себя. Внезапно рядом возникла большая фигура. Он сказал: «Му». Корова просто стояла и смотрела на меня ».

Гарольд Янг, 101-й: «Было очевидно, что я собираюсь приземлиться в поле длиной примерно 100 на 250 ярдов, и мои глаза почти вылезли, когда я увидел от 40 до 50 фигур, которые, как я сразу принял, были людьми, а следовательно, и немецкими солдатами. . Оказалось, что это около 20 коров, которые совершенно не обращали внимания на самолет, парашюты, пулеметы и пулеметы - и были совершенно безразличны ко мне, когда я приземлился.Они продолжали жевать жвачку ».

Генерал-майор Максвелл Тейлор, командир 101-й воздушно-десантной дивизии: «Я плыл на парашюте к вершине высокого дерева. Не желая застрять в нем и стать легкой мишенью для немецкого стрелка, я приложил все усилия, чтобы избежать веток, и мне удалось приземлиться на небольшом поле, окруженном непроходимой живой изгородью.

Эдвард Езёрски, 82-й: «Я врезался в землю, и меня тут же прижали к пулемету. Невозможно было подняться.Каждый раз, когда я пытался повернуться, автомат открывался ».

Чарльз Сэммон, 82-й: «Я приземлился на спину в небольшом фруктовом саду, совершенно измотанный и настолько скованный оборудованием, что едва мог двигаться».

Лесли Круз, 82-й: «Проезжая мимо живой изгороди высотой 20 футов, я приземлился с глухим стуком, когда я упал назад, ударился о землю и ударился головой о нормандский газон. Я надел шлем на глаза, что на мгновение ослепило меня ».

Дик Винтерс: «Я ударился о землю с глухим стуком.Это был единственный прыжок, который я когда-либо совершал, после чего в течение недели у меня были черно-синие синяки на плечах и ногах. Когда я лежал в поле на окраине Сент-Мер-Эглиз, я мог слышать, как в ночи звенел церковный колокол, призывая местных жителей тушить пожар, вспыхнувший на окраине города… Вооруженный только ножом. Я застрял в ботинке и ударил в общем направлении, в котором, как мне казалось, приземлилась сумка для ног ».

Палка десантников ударилась по Европе. Во время прыжка в Нормандии многие палки разъединились, и людям было сложно найти свои подразделения в темноте.

Марион Гродовски: «Я увидел отражение воды под собой и начал сильно скользить по желобу, чтобы избежать этого. Из-за взорванной панели и резкого движения парашюта у меня было очень жесткое приземление. Удар о сушу был настолько сильным, что я подумал, что сломал ногу ».

Джеймс Элмо Джонс, 82-й: «Приземление было очень тяжелым. Но раньше я выучил много прыжков, чтобы не кувыркаться с таким количеством снаряжения, потому что это было невозможно, и почти без исключения нога или рука были бы сломаны.Итак, я просто подтянул ноги, попытался приземлиться как можно больше на оборудование, и мой парашют опустился над моей головой. И первое, что я подумал, даже не пытаясь выйти из парашюта, было: «Черт, я только что сломал Атлантическую стену».

Гус Лиапес, 101-я: «Я упал в куче в поле; вражеские солдаты атаковали поле боя с закрепленными штыками. Я резала и рубила упряжь в безумной попытке убраться с дороги. Они были почти на мне, когда я взял свой Томми и выстрелил в них.”

Джеймс Монтгомери, 101-й: «Я видел трассеры, которые, казалось, летели прямо на меня, а затем отклонялись. Я потянулся к передним подступенкам и поскользнулся, как никогда раньше. К счастью, у меня хватило ума остановить скольжение до удара, но примерно в 20 футах от земли я понял, что я так напряжен, что мои ноги совершенно неподвижны. Я расслабился, но даже в этом случае довольно сильно ударился о землю. Освободившись от ремня безопасности, я пополз с поля в тени живой изгороди ».

Гай Ремингтон: «Я попал под перекрестный огонь из пулемета, когда приближался к земле.Казалось невозможным, что они будут скучать по мне. Одно из орудий, спрятанное в здании, стреляло по моему парашюту, который уже был сильно порван; другой нацелился на мое тело. Я потянулся, схватил левые подступенки парашюта и натянул их. Я быстро скользнул, но трассеры последовали за мной. Я удерживал скольжение, пока не оказался примерно в 25 футах от земли, а затем отпустил подступенки. Я приземлился на изгородь в маленьком саду в задней части немецкой казармы. В одной штанине моих штанов было четыре трассирующих дырочки, две - в другой, а еще одна пуля вырвала оба моих нагрудных кармана, но царапины у меня не было.”

Четыре члена 82-го полка входят во французскую деревню Сент-Мер-Эглиз после ужасного падения.

Ральф Роббинс: «Меня буквально толкнуло в сторону земли такой сильный ветер, который, должно быть, унес меня под углом 45 градусов от вертикали. Если бы не тот ветер, я не думаю, что [Ральф] Провенцано приземлился бы на мелководье, а я первым упал на сушу ».

Генри Бек: «Я приземлился в поле у ​​дороги. Еще пять членов моего самолета приземлились в поле.Помню, при лунном свете я увидел рядом установленный дорожный знак с указанием расстояния до Сент-Мер-Эглиз ».

Гарри Уолш, 101-я: «Я упал над горящим самолетом, который ранее разбился. Жара заставила мой парашют взлететь вверх, прочь от огня и запутался в живой изгороди. Я упал рядом с живой изгородью.

Деревья были одновременно и благословением, и проклятием. Они смягчили падения некоторых мужчин, но также оставили их незащищенными от врага.

Эд Типпер: «Я упал почти сразу.Я прошел сквозь дерево и приземлился невредимым. У меня в рюкзаке было ружье, разделенное на три части, и я держал базуку - не знаю, как я мог ее удержать, но держал. У меня было оружие, но очень мало боеприпасов ».

Джеймс Идс: «Так же, как я проверил горящую дыру в своем желобе и увидел, что она теперь была примерно 18 дюймов в диаметре, я ударился о землю, пробивая ветви дерева. Я врезался в землю. Большую часть удара я принял на себя задним концом. Затем мой парашют лениво накинулся на дерево.Когда я начал садиться, чтобы выбраться из парашюта, я снова быстро соскользнул. После еще двух или трех попыток и вдохновения воздуха я наконец обнаружил, что лежу в коровьем навозе ».

Ник Кортезе, 101-й: «Я приземлился на самое большое дерево в Нормандии. Какой запутанный беспорядок! Мой рюкзак на ногах с радиостанцией SCR-300 находился в одной части дерева, в то время как я находился ниже в ветвях. В пятидесяти ярдах сильно горел стог сена, а на некотором расстоянии от него было гнездо вражеских пулеметов.Стрелок стрелял от меня по другим самолетам и десантникам и, видимо, меня не видел. Через несколько часов я освободился от ремня безопасности и спустился со скакалки ».

Рой Зербе: «Мне удалось приземлиться на яблоню, и я был подвешен всего в нескольких дюймах от земли. Пытаясь освободиться, я услышал звук, похожий на приближающуюся армию в саду. Мой карабин был в сумке на бедре, и я изо всех сил пытался добраться до него. Я оглянулся на [шум] и, к своему облегчению, увидел, что это была группа коров, которые с любопытством приближались.”

Девитт Лоури, 101-я: «Я не упал на землю. Я ударился о дерево и повис там. Это было большое старое дерево… и я видел, как по два пулемета в каждом углу поля стреляли в меня. Эти пули пролетели мимо меня сквозь листья и ветки. Похоже, они стреляли по сараю ... Мои приятели позаботились о пулеметах. Я, должно быть, был возле фермерского дома или чего-то такого, потому что после этого подошел большой старый ротвейлер и прижал меня к тому дереву. Какая-то дама вышла в ночной рубашке и увела собаку.Я отрезал патроны от ноги и позволил им упасть, позволил своему автомату упасть, затем вылез из ремня безопасности, и вот так я упал ».

Бад Эдвардс, 101-я: «Я был недалеко от земли, но в путанице ремней и строп. Я боролась около 30 минут и не могла выбраться из упряжи или дерева. Приехали трое солдат из 82-го и спросили, не нужна ли мне помощь. Я сказал им, что да, и они сняли меня с ремня безопасности и помогли мне спуститься ».

Уильям Уолтон: «Я приземлился на грушу, довольно хороший амортизатор.Но настоящая проблема была в том, что мой парашютный парашют соскользнул с моей шеи в удушающий захват, прикрывая нож в нагрудном кармане. Я был беспомощен, идеальная мишень для снайперов, и некоторых из них я мог слышать неподалеку. Хриплым испуганным голосом я продолжал шептать пароль, надеясь, что кто-нибудь услышит и поможет. Рядом я услышал голоса. Я замер на мгновение, затаив дыхание. Друзья. Затем я услышал их более отчетливо. Никогда еще акцент Среднего Запада не звучал лучше. Я крикнул громче. Сержант Ож, мой знакомый, тихонько выполз из-за изгороди, потянул за ветки и своим стикером перерезал мои подвесные тросы.Я упал, как перезрелая груша ».

Некоторые приземлились на искусственные сооружения.

Дэн Ферлонг: «Когда мой парашют раскрылся, мои ноги ударились о деревья…. Большая ветка оборвалась, когда я прошел сквозь дерево и приземлился на спину в цементном корыте для коров. Он был полон воды ».

Рэй Эбишер: «Приземлился с глухим стуком на бетон во дворе церкви. Я помню, как снял парашют, схватил траншейный нож и медленно двинулся к двери церкви ».

Эрл МакКланг: «Я приземлился на крышу небольшого сарая за церковью….Когда я спустился, двое немцев бежали ко мне по дорожке, стреляя по моему парашюту. Это не было соревнованием. Я всегда прыгал с винтовкой в ​​руках, готовый к работе ».

Десантник времен Второй мировой войны залезает на дерево, чтобы помочь срезать удачливому приятелю с парашюта. Другим десантникам повезло меньше, и они были убиты или захвачены врагом в беспомощном состоянии.

Томас Родос: «Я приземлился на городской площади (Сент-Мер-Эглиз). Меня ударили в рот, и у меня было довольно сильное кровотечение.Через несколько минут после приземления двое французских гражданских помогли мне подняться на ноги и не позволили немецкому солдату застрелить меня на месте ».

Кен Рассел: «Когда я ударился о крышу [церкви Сент-Мер-Эглиз], пара моих подвесных тросов или, может быть, больше прошла вокруг церковного шпиля, и я соскользнул с крыши. Я висел на краю крыши с правой стороны церкви… Я порезал подступенки, выбросил нож и упал на землю ».

Джон Стил, 82-й: «Я пытался увернуться от горящего здания и не увидел шпиля.Я действительно ударился о крышу церкви, а затем мой парашют зацепился за шпиль. Вокруг церкви шла борьба ».

Микки Шеридан, 101-й: «Я хорошо приземлился - прямо на крыше фермерского дома. Я быстро соскользнул через борт и упал на землю без травм ».

Билл Копп, 82-й: «Я прошел через телефонные провода вдоль проезжей части, и мой навес завис на проводах; Я оказался в полусидячем положении. Я помню панику, когда услышал, как шипованные сапоги бежали ко мне по дороге.Я не мог освободиться от ремня безопасности, пока, рыдая от страха и разочарования, не перерезал стояки траншейным ножом и не залез в канаву у дороги ».

Некоторым мужчинам не посчастливилось приземлиться на суше.

Рой Линдквист, 82-й: «Это было хорошее начало и мягкое приземление на глубине около двух с половиной футов».

Стефан Крамер, 82-й: «Я насчитал« одну тысячу, две тысячи », и у меня было не более двух тысяч, и я был в воде так глубоко, что это было выше моей головы! Со всем моим снаряжением я никак не мог держать голову над водой.Как только я вернулся на поверхность воды, я потянул за тросик на моей Мэй Уэст. Он мгновенно заполнился ».

Пэт Линдсей, 101-я: «Я пытался целиться в маленький палец земли, на котором стояла большая бункера. Я попытался направить свой парашют на выступ земли, но ветер не помогал. Я попал в воду - полностью погрузился в мягкое липкое дно, пробился наверх и взмахнул руками, чтобы остаться на плаву, со всем моим снаряжением, пытающимся затащить меня под воду. Поднимающийся парашют, действуя как парус, нес меня к суше.Я ударился о воду примерно в 150 ярдах от берега, и «парусник» унес меня в пределах 75 футов от береговой линии ».

Лесли Кирк, 82-й: «В лунном свете это выглядело как красивый гладкий луг для приземления, но вместо этого это был всплеск. Я не мог расстегнуть набедренные ремни, поэтому разрезал их траншейным ножом. Ветер развевал мой парашют, и я набрался много воды, прежде чем освободился ».

Роберт Флори: «Я приземлился в воду по грудь. Я был в солончаке. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я смог вырваться из своей упряжи и перейти вброд на сушу.

Пол Вачо, 101-й десантник: «Я сделал один или два удара и приземлился в воде… Вода была по грудь, где я приземлился. Пришлось разрезать лямку на моей сбруи, потому что она была слишком тугой. Я сделал это, уткнувшись лицом в воду, потому что немцы вели огонь прямо над водой на высоте около двух футов ».

Немцы затопили километры сельской местности Нормандии, утопив множество десантников, таких как этот солдат 82-й воздушно-десантной дивизии.

Гарольд Шутис, 82-й: «Я попытался выскользнуть из парашюта, но ветер был слишком сильным, и я приземлился в центре реки.Ветер подхватил мой парашют, который, вероятно, спас меня от утопления, и я переправился через реку, как моторная лодка. Меня потащили на берег примерно на 30 футов, прежде чем я успел обрушить свой парашют ».

Том Порселла: «Я ударялся о воду стоя, и когда мои ноги касались дна, я наклонялся вперед. Я сумел выпрямиться и понял, что вода была над моей головой, и мне пришлось подпрыгнуть, чтобы получить воздух ».

Луи Чионе, 101-я: «Над водой я схватился за свой нож, и парашют уловил ветер примерно в то же время.После скольжения по воде я наконец освободил желоб ».

Дэвид Кеньон Вебстер: «Я видел воду на 20 футов ниже. Я подумал. Проклятый воздушный корпус. Я протянул руку, схватился за все четыре стояка и резко дернул вниз, чтобы наполнить купол воздухом и замедлить спуск. Незадолго до удара я закрыл глаза и глубоко вдохнул воздух. Мои ноги плескались в воде. Я затаил дыхание, собираясь утонуть над головой и задаваясь вопросом, как я собираюсь сбежать из подводной упряжи - и ударился дном на три фута ниже.Мой парашют отлетел от меня на легком ветру и рухнул на поверхность. Я пошел на работу, чтобы освободиться от снаряжения. Безмерно обрадовавшись безопасному приземлению, я расстегнул запасной механизм и выбросил его, выдернул поясной ремень, отстегнул набедренные ремни и нагрудную пряжку, снял футляр с винтовкой и позволил ремню погрузиться в болото. Наконец-то я остался один.

Остальные получили травмы в результате жестких приземлений.

Эд Пеппинг: «Я упал задом и приземлился посреди поля.У меня не было достаточно времени, чтобы подтянуться на стояках и уменьшить шок от приземления. Задняя часть моего шлема ударилась мне по затылку. Тогда я этого не знал, но у меня сломались три позвонка, и я получил сотрясение мозга ".

Марк Александр, 82-й: «Я приземлился на пень на поляне возле фермерского дома. Ложа моего карабина первой попала в культю, ударилась мне в подбородок и прорезала полдюймовой раны в челюсти.

СиБи Маккоид, 82-й: «Сначала я был ошеломлен, но вскоре смог проверить свои травмы.Я обнаружил, что у меня сломана правая коленная чашечка, где уже была рана от зенитного снаряда, попавшего в наш самолет ».

Джозеф О’Джибвей, 82-й: «Мы так сильно ударились, приземление произошло боком - меня чуть не вырубили, а левая нога была сильно повреждена».

Дональд Эллис, 82-й: «Я поскользнулся, пытаясь не заметить эту корову, соскользнул с ее спины и сломал одну ногу».

Бенджамин Вандервурт: «Когда я спустился, я выбрал небольшое поле с пучком куста в центре и сдвинул свой желоб к тени кустов, чтобы иметь возможность скрыть себя, вылезая из упряжи.Я приземлился на 45-градусном склоне - сильно ударил, почувствовал, как у меня сломалась лодыжка, и сразу понял, что она сломана.

Джордж Якобус, 82-й: «Когда земля начала проясняться, справа от меня появилось немецкое пулеметное гнездо. Слева от меня было небольшое здание. Я изо всех сил дернул за подступенки, чтобы уйти налево от пулеметного гнезда. Я сделал это и врезался в здание, как тонна кирпичей, на землю, на спину. Что-то попало мне в левый глаз. Я сразу понял, что сломал левую ногу.Это было жутко, когда я лежал среди запутанных полос савана и вылезал из желоба ».

Лу Саккетти, 101-я: «В воздухе меня ударили по правому глазу. Кровь текла по моему лицу, было трудно увидеть и отцепить парашют ».

Мертвые американские десантники собираются в поле службой регистрации могил перед захоронением.

Зейн Шлеммер: «Я ударился о живую изгородь, и у меня появились очень болезненные, ушибленные ребра от удара всего моего оборудования, которое я привязал к своему телу.”

Свидетели трагедии

Оказавшись на земле, некоторые из мужчин наблюдали за смертью своих товарищей.

Роберт Флори: «Я видел, как один самолет получил прямое попадание и взорвался в воздухе».

Лесли Круз: «Иногда появлялась одна большая вспышка, и я видел силуэт самолета, летящего над землей. «Боже мой, - подумал я. «Идет целый самолет ребят».

Дональд Бергетт: «Другой самолет пролетел низко и по диагонали над полем. На фоне более светлого неба вырисовывался силуэт большого корабля с длинными языками выхлопного пламени, вспыхивающими по обеим сторонам корпуса.Потоки трассеров из нескольких пулеметов устремились вверх и сошлись на нем. Затем я увидел расплывчатые, призрачные фигуры падающих вниз войск. Их желоба выдвигали лотки и только начинали разворачиваться, когда они ударялись о землю.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

2019 © Все права защищены. Карта сайта