+7 (495) 720-06-54
Пн-пт: с 9:00 до 21:00, сб-вс: 10:00-18:00
Мы принимаем он-лайн заказы 24 часа*
 

Южная корея китай: Война за кимчхи. Как история и национализм сталкивают Китай и Южную Корею — Московский Центр Карнеги

0

как воспринимают Китай его восточные соседи? — Клуб «Валдай»

Однако в конце XIX века ситуация изменилась самым радикальным образом, причём это изменение произошло почти мгновенно, за два-три десятилетия. Вторжение западных империалистических держав, равно как и блестящий успех Японии, после революции 1868 года отбросившей традиционную конфуцианскую культуру и вступившей на путь радикальной модернизации и вестернизации, стали шоком для корейских элит, в первую очередь – для образованной элитной молодёжи. Любопытно, что в Корее так толком не возникло конфуцианского фундаментализма: почти никто не утверждал, что возрождение древнего конфуцианского благочестия поможет в борьбе с противником, на вооружении которого были броненосцы и пулемёты. Корея вступила на путь модернизации – и в этой обстановке Китай быстро превратился из культурного образца в символ ретроградства и отсталости, в воплощение всего того, чему не было места в прекрасной Корее будущего. Корейская молодёжь начала XX века не то чтобы возненавидела современный им Китай – скорее, она стала относиться к нему свысока, слегка его презирая (за хроническую бедность и кажущуюся неспособность построить современное государство) и слегка жалея. Впрочем, сохранялась и некоторая культурная инерция: изучение основ классического китайского языка оставалось важным элементом образования, и к древней китайской культуре (чем древнее, тем лучше) относились с немалым пиететом.

Ситуация в самом Китае в те годы немало способствовала такому высокомерно-скептическому отношению. Попытки модернизации страны оканчивались в лучшем случае частичным успехом, а после Синьхайской революции 1911 года Китай погрузился в пучину раздробленности, гражданских войн и анархии, из которой он начал выбираться только после 1949 года. Корейцы читали о хаосе в соседней стране, а время от времени сталкивались и с китайскими гастарбайтерами, которые приезжали в Корею работать на самых тяжёлых условиях.

Это высокомерное отношение к Китаю во многом сохраняется в Корее и до сих пор. Несмотря на все экономические успехи последних десятилетий, с точки зрения южных корейцев Китай остаётся бедной страной: ВВП на душу населения (c учётом покупательной способности) в Южной Корее примерно в два с половиной раза выше, чем в Китае, что примерно соответствует разрыву по этому показателю между Румынией и Швейцарией.

При этом после 1945 года и вплоть до 1990-х годов Китай, скажем так, исчез из ментального мира жителей Южной Кореи. С 1949 по 1992 годы Китай и Южная Корея даже не имели дипломатических отношений, да и в целом контакты между двумя странами были самыми минимальными. Правда, Китай принимал участие в Корейской войне, поддержав своими войсками Север, но даже это обстоятельство как-то мало повлияло на отношение к нему в Южной Корее. К старому Китаю и его высокой культуре в Корее продолжали относиться с уважением, но к новому Китаю не было ни особого любопытства, ни особой враждебности. «Культурная революция» и прочие эксперименты Великого кормчего лишь подтверждали сложившиеся к тому времени стереотипы, ещё больше укрепляя представление о Китае как о стране большой, но варварской и несколько несуразной, с великим прошлым, но жалким настоящим.

Ситуация стала меняться в 1990-е годы, когда реформирующийся Китай установил дипломатические отношения с Сеулом, а потом стал превращаться сначала в важного и, наконец, в ведущего внешнеторгового партнёра Южной Кореи.

На настоящий момент на Китай приходится примерно четверть всего внешнеторгового оборота Южной Кореи. Около полумиллиона граждан РК живут и работают в Китае, в то время как более миллиона граждан КНР (в основном – гастарбайтеры) проживает в Южной Корее. Немалое распространение получили смешанные браки, особенно в сельской местности: в корейских деревнях наблюдается острая нехватка невест, и его восполняют «импортом» девушек из китайской глубинки.

Китай и Южная Корея оставили охлаждение в прошлом

Начавшийся вчера четырехдневный визит президента Южной Кореи Мун Чжэ Ина в Китай ознаменовал собой окончательное завершение периода заметного охлаждения отношений между двумя странами, продолжавшегося последние полтора года. Конфликт, напомним, разразился летом 2016 года после объявления Сеула о том, что на территории Южной Кореи будут размещены американские противоракетные комплексы THAAD. Пекин посчитал, что истинная цель этого размещения — снизить китайский ракетно-ядерный потенциал и следить за военными базами на северо-востоке КНР. Власти Китая ввели против Южной Кореи негласные экономические санкции, стоившие компаниям из этой страны, по разным оценкам, от $6,4 млрд до $20,3 млрд. Разрядка началась после 31 октября, когда Южная Корея пообещала Китаю не наращивать противоракетную группировку, не интегрировать свою собственную ПРО в американскую военную структуру и не вступать в трехсторонний альянс с Японией и США.

Во время визита южнокорейского президента сопровождают местные кино- и поп-звезды, многих из которых в период похолодания в двусторонних отношениях не пускали в КНР. «Китайско-корейские отношения и ситуация на Корейском полуострове критически важны,— заявил вчера председатель КНР Си Цзиньпин.— Как друзья и близкие партнеры, мы должны сделать так, чтобы наше видение сотрудничества и взаимной выгоды принесло мир в регион и развитие нашим странам». «У нас есть пословица, что долгий путь не так труден, если идешь рядом с другом,— вторил ему Мун Чжэ Ин.— В Китае тоже есть пословица, что перед тем, как делать вместе бизнес, нужно сначала стать друзьями».

На переговорах ожидаемо обсуждалась ситуация с КНДР, которая в последние месяцы приобрела угрожающий характер. Лидеры двух стран пришли к согласию в том, что ракетно-ядерные испытания Пхеньяна должны быть прекращены, и пообещали друг другу приложить к тому все усилия. При этом Си Цзиньпин отметил, что мир на полуострове должен быть установлен исключительно политико-дипломатическими средствами. «Эту проблему необходимо решать через диалог и консультации»,— добавил он.

Михаил Коростиков

Южная Корея «планирует» разгромить Китай на море

Вслед за Японией свои военные амбиции решила продемонстрировать и Южная Корея. Как и соседка, она тоже предлагает при первом же подозрении на агрессию превентивно бить по потенциальным врагам. И также Южную Корею беспокоит Южно-Китайское море. Правда существенное «но» — в отличие от Японии, корейцы уже знают, кого бить и чем. «МК» узнал, на чьи корабли и базы могут быть направлены ракеты южнокорейцев. А главное выяснил, зачем Сеулу внезапная война.

Перераспределение ролей в Азиатско-Тихоокеанском регионе, видимо, не остановить. Так, вслед за Японией, которая хочет переписать военную доктрину и узаконить нанесение упреждающих или превентивных ударов, поиграть мускулами решила и Южная Корея. В СМИ и популярных блогах начала множиться информация о возможных сценариях боестолкновений с вероятным противником.

Место – Южно-Китайское море. Противник – Национально-освободительная армия Китая. Цель №1: китайский флот. В документах и планах фигурируют эскадры военных флотов КНР и Южной Кореи. Прорабатываются сценарии боестолкновений и большого морского сражения.

Главная условная цель южнокорейских ракет – китайский авианосец «Шаньдун». Это флагман китайского флота, единственный новейший полностью китайский авианосец. Он несет до 40 палубных самолетов J-15 поколения «4+» и сравним с российским Су-33.

Аналитики оценивают возможное поражение других крупных кораблей КНР – эсминцев типа 055 и 052D. Отметим, что тип 055 является крупнейшим среди эсминцев, уступая лишь американскому Zumwalt.

По замыслу авторов, в Южно-Китайском море южнокорейские эсминцы класса S, известные как KDX-III топят китайские корабли. Эсминцы KDX-III несут пусковые установки с противокорабельными ракетами SSM-700K. Их мощи хватит, чтобы стать убийцами авианосцев. Более того, на них легко встают и крылатые ракеты, способные ударить по наземным целям.

Южнокорейский удар эсминцев по флоту КНР, по сценарию военспецов, поддержат и ударом из глубин субмарины типа Dosan Ahn Changho, они же KSS-III. Это новейшие подводные крейсеры, на борту которых есть баллистические ракеты Cheonryong. Они в состоянии поразить цель на расстоянии до 500 км.

Появилась и первая одобрительная реакция на концепцию удара по китайскому флоту. Так, в соцсетях южнокорейские и, возможно, североамериканские пользователи об итогах сражения отзываются примерно так: «Браво RoKA!» (вооруженные силы Республики Корея. – «МК»)

Причина возможного вооруженного столкновения, которое сразу перешагивает в плоскость крупного регионального конфликта – усиление военных и экономических позиций КНР в Южно-Китайском море. Это очень не устраивает США, а Южная Корея – верный военный союзник Вашингтона.

Однако вопрос: почему Южная Корея именно сегодня проявила интерес к этому региону? Ведь Китай на него имеет свои виды уже как минимум 20 лет, если не больше. Ответ может крыться… в Японии! Точнее, в смене ее геополитического вектора.

Напомним, Токио не так давно отказался от, казалось бы, давно решенной закупки американской противоракетной обороны класса «Иджис» (Aegis Ashore). Естественно, это вызвало недовольство в США. 

США опасаются такой самостоятельности Японии, которая до сих пор была военно-политическим вассалом США в Дальневосточном регионе. В качестве дублера в этой роли очень подходит Южная Корея.

–Здесь торчат уши США, тут и говорить нечего, — утверждает военный эксперт Олег Желтоножко. – Очевидно, просматривается желание США убедить своих сателлитов часть военных функций в регионе брать уже на себя. Понятно, что у Вашингтона в Дальневосточном регионе на переднем плане противостояние с Китаем. При этом Южная Корея давно выстроила прекрасные экономические связи с Китаем. А значит, любой конфликт грозит просто колоссальными убытками. Но, тем не менее, США имеют на Южную Корею все еще огромное влияние, раз Сеул, несмотря на возможные экономические потери, может позволить себе проектировать какие-то удары и битвы с КНР.

На самом деле, Южной Корее не нужно какое-то доминирующее влияние в Южно-Китайском море. Эксперт уверен: вся эта околовоенная аналитика, допускающая возможность войны в Южно-Китайском море, Сеулу ни к чему. Но США грамотно используют возросшие в последние годы военные возможности Южной Кореи и теперь подталкивают ее к конфликту.

Более того, Штаты умышленно разыгрывают ставки, намекая южнокорейской власти о возможности быть сверхдержавой на Дальнем Востоке.

Действительно, в Южной Корее неплохая сухопутная армия, собственное военное производство. В распоряжении южнокорейской армии не только свое стрелковое оружие, но и самоходная артиллерия нового поколения 155-мм К9, новейшие танки последнего поколения К2 «Черная пантера», которые сравнимы с Т-90, «Абрамсом» и «Леопардом». И даже ракетное вооружение – баллистические ракеты «Хёнмю-2». Многие образцы идут на экспорт.

Сеулу, в отличие от Японии, не надо искать поставщиков вооружения или начинать разрабатывать какие-то свои образцы. Производство давно налажено.

У Южной Кореи все неплохо с боевым опытом. Ее боевой флот участник учений НАТО. Вспомним хотя бы прошлогоднее учение Sea Breeze в Черном море.

Что касается сухопутных сил, то у них опыт трех войн: во Вьетнаме в 1965-1973 годы, в Ираке в 2003 году и с 2002 года – в Афганистане.

То есть Южная Корея остается фактически самым боеспособным игроком в Азиатско-Тихоокеанском регионе после Китая.

–Пока южнокорейская армия способна лишь к крайне локальным действиям. Просто живой силы, танков и самолетов еще недостаточно для победы в вооруженном конфликте или войне. Все-таки без США, без их координации и управления они не способны к крупным сражениям. Даже одиночным морским, – добавил Олег Желтоножко.

Южная Корея получила нового президента: Юн Сок Ёль против Китая и за США

Консерватор Юн Сок Ёль от Партии народной власти станет следующим президентом Южной Кореи, после того как Ли Джэ Мён из Демократической партии признал свое поражение, сообщает CNN.

В ходе решающего голосования кандидат от оппозиции набрал 48,56% голосов, опередив Ли с 47,83%, при этом было подсчитано 99,99% от общего числа голосов, заявила в четверг Национальная избирательная комиссия Южной Кореи.

Действующему президенту Мун Чжэ Ину не разрешили баллотироваться на второй срок, поскольку в Южной Корее президентство ограничено единственным пятилетним сроком.

В речи в штаб-квартире Демократической партии в Сеуле Ли обвинил самого себя в поражении. «Соотечественники, мы сделали все возможное, но не оправдали ожиданий, — сказал он. – Я хотел бы принести свои извинения многим гражданам страны, которые оставили позади свою повседневную жизнь и были с нами. Спасибо за вашу страстную преданность».

«Это все из-за моих недостатков, – занимался самобичеванием проигравший кандидат. – Это не ваше поражение и не поражение Демократической партии. Вся ответственность лежит исключительно на мне».

Проигравший кандидат Ли великодушно поздравил своего удачливого соперника: «Поздравляю Юн Сок Ёля. Я искренне прошу избранного президента возвестить эру единства и гармонии за пределами разделений и конфликтов».

«Я все еще верю в наш народ. Наши люди были замечательными. Даже во время кризиса COVID-19 вы продемонстрировали высокое чувство демократии при высокой явке избирателей. Пока вы там, Корея будет продолжать двигаться вперед. Я надеюсь, что мы преодолеем кризис COVID-19 как можно скорее и вернемся к нашей повседневной жизни», — сказал Ли.

Триумфатор Юн Сок Ёль пообещал нации единство в своей победной речи. «Теперь конкуренция окончена, и мы должны объединиться ради народа и Республики Корея», — сказал он, добавив: «Сегодняшний результат — это победа великих людей».

Как отмечает POLITICO, Юн одержал «тонкую, как бритва, победу». В его кампании опасения по поводу имущественного неравенства и безработицы сочетались с растущей общественной антипатией к Китаю. Победа Юна дает ему политический капитал для переориентации внешней политики Сеула на более тесные связи с США и Японией, чтобы противостоять растущему влиянию Пекина в регионе.

Как рассказывает CNN, Юн Сок Ёль — новичок в политике, последние 27 лет своей карьеры он проработал в прокуратуре. Он начал свою политическую карьеру после того, как работал главным прокурором, руководившим громкими расследованиями коррупционных скандалов, от которых страдали помощники президента Муна.

Победа Юна возвращает корейское правительство в руки консерваторов, более чем через пять лет после того, как представитель консервативного лагеря Пак Кын Хе была привлечена к уголовной ответственности из-за собственного коррупционного скандала.

Как пишет The Guardian, Юн, который в ходе избирательной кампании надеялся извлечь выгоду из общественного недовольства по поводу роста цен на жилье в Сеуле, неравенства доходов и безработицы среди молодежи, обещал что будет решать растущие экономические проблемы с дозой фискального консерватизма, включая сокращение минимальной заработной платы и снятие ограничения рабочего времени.

Как общепризнанный «антифеминист» он пообещал упразднить министерство гендерного равенства, утверждая, что южнокорейские женщины не подвергаются системной дискриминации, несмотря на многочисленные доказательства обратного, отмечает The Guardian.

Политик также пообещал решить жилищный кризис с помощью налоговых льгот, пообещал поддержать малый бизнес и самозанятых, а также призвал частный сектор создавать рабочие места и строить миллионы новых домов.

Победителю Юну придется иметь дело с угрозой со стороны Северной Кореи, ростом напряженности в отношениях между США и Китаем и провести Южную Корею через следующий этап пандемии COVID-19.

Команда Юна заявила, что новый президент возобновит переговоры с Пхеньяном, повысив при этом сдерживающие возможности Южной Кореи, что может включать покупку дополнительной системы противоракетной обороны США, несмотря на критику со стороны Китая.

Как отмечает POLITICO, администрации Джо Байдена придутся по вкусу ключевые элементы внешнеполитической платформы нового южнокорейского президента, в том числе приобретение высокотехнологичных систем противоракетного вооружения и намерение присоединиться к США, Австралии и Японии в региональной геостратегической группировке под названием The Quad. Но такая политика рискует вызвать враждебность со стороны Китая и привести к ужесточению текущих экономических санкций против Южной Кореи за участие в возглавляемой США программе противоракетной обороны THAAD.

«Общественное мнение в Корее очень антикитайское из-за связанных с THAAD санкций и присвоения Китаем южнокорейской культуры на зимних Олимпийских играх. Так что у Юна есть возможность быть более жестким по отношению к Китаю», — утверждает эксперт Виктор Ча, бывший директор по делам Азии в Совете национальной безопасности.

Опубликованный в январе опрос общественного мнения Корейского института национального объединения показал, что 70 процентов южнокорейцев воспринимают Китай как «самую большую угрозу безопасности» (естественно, не считая Северной Кореи). Китай еще больше разжег южнокорейские националистические страсти, когда на церемонии открытия Олимпийских игр 2022 года в Пекине была представлена ​​молодая китаянка в традиционной корейской одежде ханбок.

Юн Сок Ёль сделал Китай ключевой частью своей кампании, рассказывает POLITICO. Он обвинил администрацию уходящего президента Мун Чжэ Ина в том, что она «поддалась китайскому экономическому возмездию за счет интересов собственной безопасности», и призвал Южную Корею более тесно согласовывать свою внешнюю политику с Японией и США.

Ответ Китая на развертывание на юге Корейского полуострова ракетной системы THAAD в 2016 году — включал запреты на импорт различных потребительских товаров. К концу 2020 года санкции стоили Южной Корее экономических потерь примерно в 7,5 миллиардов долларов.

«В отличие от предыдущих корейских правительств, которые пытались балансировать между США и Китаем, Юн определенно склонится в сторону США, а не Китая, и будет активно участвовать в стратегии Индо-Тихоокеанского региона, — прогнозирует Ким Хён Ук, профессор американских исследований в Корейская национальная академия дипломатии. – Позиция Юна разделит геостратегическую картину Северо-Восточной Азии между Китаем/Северной Кореей и Кореей/Японией/США».

Как полагает POLITICO, новый президент Южной Кореи должен будет сбалансировать свой обещанный поворот в сторону более тесных связей с США и Японией и откалибровать свою риторику в отношении Китая, чтобы снизить риски возможных репрессалий китайского правительства за резкие изменения политики.

У Китая огромные экономические рычаги воздействия на Южную Корею, поэтому вряд ли президент Юн может позволить себе вести себя агрессивно против Китая, считают эксперты.

Напомним, что еще при нынешнем президенте Мун Чжэ Ине Сеул присоединился к антироссийским санкциям в связи с украинским кризисом, а Республика Корея была внесена в составленный российскими властями список «недружественных стран». Похоже, что и при новом президенте, ориентированном на сотрудничество с США и соперничество с Китаем, Москве не стоит ждать более мягкой позиции южнокорейского руководства.

Санкции не решат проблему Корейского полуострова, считают в МИД Китая

https://ria.ru/20220113/kitay-1767623485.html

Санкции не решат проблему Корейского полуострова, считают в МИД Китая

Санкции не решат проблему Корейского полуострова, считают в МИД Китая — РИА Новости, 13.01.2022

Санкции не решат проблему Корейского полуострова, считают в МИД Китая

Санкции не помогут урегулировать проблему Корейского полуострова, все стороны должны проявлять осторожность в заявлениях и действиях, заявил на брифинге в… РИА Новости, 13.01.2022

2022-01-13T11:32

2022-01-13T11:32

2022-01-13T11:32

в мире

сша

оон

кндр (северная корея)

южная корея

мид кнр

ким чен ын

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdnn21.img.ria.ru/images/156339/70/1563397002_0:161:3071:1888_1920x0_80_0_0_582004614ddf32c153d8376e52a08a63.jpg

ПЕКИН, 13 янв – РИА Новости. Санкции не помогут урегулировать проблему Корейского полуострова, все стороны должны проявлять осторожность в заявлениях и действиях, заявил на брифинге в четверг официальный представитель МИД КНР Ван Вэньбинь.Ранее постоянный представитель Соединенных Штатов при ООН Линда Томас-Гринфилд заявила, что США предлагают ввести новые санкции ООН против Северной Кореи в ответ на пуски баллистических ракет в последние месяцы. Также, как сообщил РИА Новости американский дипломат, США предложили наложить санкции ООН на пятерых лиц из ранее внесенных в санкционные списки американского минфина за связи с КНДР.»Китайская сторона всегда выступала против того, чтобы какая бы то ни было страна, руководствуясь своим внутренним законодательством, вводила односторонние санкции и прибегала к применению так называемой экстерриториальной юрисдикции в отношении других государств», — заявил дипломат.Он подчеркнул, что использование санкций по любому поводу «не поможет урегулировать проблему Корейского полуострова». «Мы надеемся, что все соответствующие стороны будут проявлять осторожность в заявлениях и действиях, придерживаться правильного направления диалога и консультаций, прикладывать больше усилий для стабилизации обстановки, совместно продвигать процесс политического урегулирования проблемы Корейского полуострова», — добавил он.Ранее власти США ввели санкции против российской фирмы «Парсек», обвиненной в поставках товаров и технологий для северокорейской ракетной программы, и семи физических лиц — одного россиянина и шестерых граждан КНДР, которые проживают в РФ и Китае.Северная Корея во вторник произвела из внутренних районов страны в сторону Японского моря пуск одной, предположительно, баллистической ракеты. Позже КНДР подтвердила проведение испытания гиперзвуковой ракеты в присутствии лидера страны Ким Чен Ына и заявила, что снаряд поразил цель на расстоянии в 1000 километров, совершив при этом маневр протяженностью 240 километров.Объединенный комитет начальников штабов Южной Кореи официально подтвердил, что северокорейская ракета в этот раз пролетела минимум 700 километров, а наивысшая скорость на взлете составила 10 Махов при наибольшей высоте полета в 60 километров.Предыдущее испытание похожего снаряда прошло в КНДР 5 января. До этого Северная Корея провела испытательный пуск гиперзвуковой ракеты «Хвасон-8» в конце сентября 2021 года. Оба раза южнокорейские военные заявляли, что ракета пока находится на начальной стадии разработки, ее перехват возможен.

https://ria.ru/20220113/raketa-1767618663.html

https://ria.ru/20220112/sanktsii-1767543207.html

сша

кндр (северная корея)

южная корея

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2022

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdnn21.img.ria.ru/images/156339/70/1563397002_171:0:2902:2048_1920x0_80_0_0_4c759ef80a764d41080130222939be3d.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

в мире, сша, оон, кндр (северная корея), южная корея, мид кнр, ким чен ын

Санкции не решат проблему Корейского полуострова, считают в МИД Китая

Южнокорейцы теперь не любят Китай больше, чем Японию

На фото: Люди на улицах Сеула в августе. Антикитайские настроения настолько выросли в этом году, что Китай заменил Японию как самую нелюбимую нацию южнокорейцами, Simon Shin/SOPA Images, для LightRocket, для Getty Images

Список вопросов, касающихся выборов, которые определят президентскую гонку в Южной Корее в следующем году, длинный. Беглые цены на жилье, пандемия, Северная Корея и гендерное неравенство — это только начало. Но в последние недели появилось и маловероятное добавление: Китай.

Решение Южной Кореи позволить американским военным разместить на своей территории в 2017 году мощную противоракетную радарную системучасто подвергалось критике со стороны Китая. А в прошлом месяце кандидат в президенты Юн Сок Ёл сказал стране, чтобы она перестала жаловаться, если только она не захочет удалить свои собственные радарные системы возле Корейского полуострова.

Политические элиты здесь обычно стараются не противодействовать Китаю, крупнейшему торговому партнеру страны. Но резкая риторика г-на Юна отразила новый феномен: растущую антипатию к Пекину среди южнокорейцев, особенно среди молодых избирателей, которых консервативные политики стремятся привлечь на свою сторону.

Анти-китайские настроений выросли настолько, что в этом году Китай заменил Японию — бывший колониальный правитель — как страна считается наиболее неблагоприятной в Южной Корее, согласно совместному опросу по опросу компании Hankook Research и корейской новостной журнал SisaIN. В том же опросе южнокорейцы заявили, что они отдают предпочтение Соединенным Штатам, а не Китаю, шесть к одному.

Более 58 процентов из 1000 респондентов назвали Китай «близким к злу», и только 4,5 процента заявили, что он «близок к добру».

Негативные взгляды на Китай усилились и в других развитых странах, но среди 14 стран, опрошенных в прошлом году исследовательским центром Pew Research Center, Южная Корея была единственной, в которой молодые люди придерживались более неблагоприятных взглядов на Китай, чем предыдущие поколения.

«До сих пор ненависть к Японии была такой частью корейской национальной идентичности, что у нас есть общая поговорка: вы знаете, что вы настоящий кореец, когда чувствуете ненависть к Японии без какой-либо особой причины», — сказал главный аналитик Чон Хан Вул. в Hankook Research. «Согласно нашему опросу, люди в возрасте от 40 и старше все еще не любили Японию больше, чем Китай. Но люди в возрасте от 20 до 30 лет, поколение, которое возглавит Южную Корею в ближайшие десятилетия, склонили чашу весов против Китая».

Южная Корея избирает своего следующего президента в марте, и наблюдатели внимательно следят за тем, как молодые люди голосуют за политику страны в отношении Пекина.

Консерваторы в Южной Корее назвали все, что меньше, чем полную поддержку альянса с Вашингтоном, «про-северокорейским» и «прокитайским». Прогрессисты обычно поддерживают примирение с Северной Кореей и призывают к дипломатической «автономии» между США и Китаем. Молодые южнокорейцы традиционно голосовали за прогрессистов, но миллениалы нарушают эту модель и, возможно, превращаются в избирателей колеблющихся.

«Мы расстраиваемся, когда видим, как наше правительство действует бесхарактерно, в то время как Пекин ведет себя как хулиган», — сказал Чан Чжэ Мин, 29-летний избиратель из Сеула. «Но мы также не хотим слишком большой напряженности в отношениях с Китаем или Северной Кореей».

На протяжении десятилетий Южная Корея извлекала выгоду из военного союза с США, развивая торговые связи с Китаем для стимулирования экономического роста. Но этот баланс становится все труднее поддерживать по мере ухудшения отношений между Вашингтоном и Пекином.

Консервативные соперники президента Мун Чжэ Ина, такие как г-н Юн, жаловались на то, что неоднозначная политика Южной Кореи в отношении Соединенных Штатов и Китая сделала страну «самым слабым звеном» в возглавляемой США коалиции демократий, работающих, чтобы противостоять китайской агрессии.

«Мы не можем оставаться двусмысленными», — сказал г-н Юн южнокорейской ежедневной газете JoongAng Ilbo в прошлом месяце во время интервью, в котором он критически высказался о Китае.

Консервативная оппозиция давно обвиняет г-на Муна в «прокитайском». Его правительство утверждало, что Южной Корее — как и другим союзникам Америки, в том числе в Европе, — следует избегать отчуждения любой из этих держав. Хотя подавляющее большинство жителей Южной Кореи поддерживают союз с Вашингтоном, торговля страны с Китаем почти такая же, как ее торговля с США, Японией и Европейским союзом вместе взятых.

«Мы не можем выбирать чью-либо сторону», — сказал министр иностранных дел Чун Ый Ён.

Тем не менее, когда г-н Мун встретился с президентом Байденом в Вашингтоне в мае, оба лидера подчеркнули важность сохранения «мира и стабильности в Тайваньском проливе» и пообещали сделать свой союз «стержнем регионального и глобального порядка». Многие аналитики расценили это заявление как знак того, что Южная Корея более тесно сближается с Вашингтоном, рискуя вызвать раздражение Китая, который назвал Тайвань красной линией.

Основная консервативная оппозиция, Партия народной власти, уже начала использовать антикитайские настроения молодых избирателей для обеспечения победы на выборах.

В апреле молодые избиратели помогли партии одержать убедительные победы на выборах мэров в двух крупнейших городах Южной Кореи. В прошлом месяце молодой лидер партии, 36-летний Ли Джун Сок, заявил, что его поддерживающие южнокорейские миллениалы будут бороться с китайской «жестокостью» в таких местах, как Гонконг и Синьцзян, где Китай обвиняют в геноциде.

Старые корейцы, часто выступающие против коммунизма, склонны уважать китайскую культуру, которая тысячелетиями влияла на Корейский полуостров. Они также рассматривали страну как доброкачественного гиганта, быстрый экономический рост которого был благом для южнокорейских экспортеров. Молодые южнокорейцы не разделяют эту точку зрения.

Большинство из них выросли, гордясь своими экономическими и культурными успехами, достигнутыми в их стране. И поскольку внешняя политика Китая стала более настойчивой при президенте Си Цзиньпине, они начали рассматривать авторитаризм страны как угрозу свободному обществу. Они также критиковали то, как Китай справляется с коронавирусом, его экспансионизм в Южно-Китайском море и загрязнение мелкой пылью из Китая, которое регулярно покрывает Сеул.

«Они выросли в либеральной среде, которую предыдущие поколения создавали потом и кровью, поэтому им присуща антипатия к нелиберальным странам», — сказал Ан Бён Чжин, политолог из Университета Кён Хи в Сеуле. «Они болеют за политиков, критикующих Китай».

Нигде дилемма Южной Кореи между Вашингтоном и Пекином не была усилена так резко, как развертывание американского противоракетного радара, известного как Терминал высокогорной обороны или THAAD.

Когда южнокорейские официальные лица согласились на развертывание, они назвали это необходимостью защиты от Северной Кореи. Китай расценил это как часть продолжающейся угрозы со стороны военного присутствия Соединенных Штатов в регионе и в ответ ограничил туризм в Южную Корею и бойкотировал в стране автомобили, смартфоны, торговые центры и телешоу.

Ха Нам Сук, профессор китайской политики и экономики в Университете Сеула, следил за тем, как в последние годы в университетских городках и за его пределами проявляется растущая враждебность по отношению к Пекину, когда испытывающие нехватку денег южнокорейские университеты начали принимать все больше китайских студентов.

По его словам, южнокорейские и китайские студенты спорили о том, стоит ли поддерживать молодых продемократических протестующих в Гонконге. Они также поссорились в сети из-за к -поп и кимчи. В марте многие молодые южнокорейцы вынудили телеканал отменить драматический сериал после того, как в нем был показан древний корейский король, обедающий китайскими клецками.

«Наблюдая за тем, что делает Китай в таких местах, как Гонконг, — сказал г-н Ха, — корейцы начали спрашивать себя, каково было бы жить в большей сфере китайского влияния».

Перевод статьи New York Times.

MarketSnapshot — Новости ProFinance. Ru и события рынка в Telegram

По теме:

SEC: инвесторы покупают пустышки вместо акций китайских компаний

Экономисты ведущих банков снижают прогнозы роста экономики Китая

Иностранцы продали рекордный объем китайских акций с сентября

Bloomberg: власти Китая пытаются успокоить рынок после обвала последних дней

Развивающиеся рынки незаслуженно скучают без инвесторов

Китай, Южная Корея и Япония проведут трехсторонние переговоры // Смотрим

Приостановление переговоров о денуклеаризации и недавняя вспышка напряженности между США и Северной Кореей не выгодны Пхеньяну, заявил президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин председателю КНР Си Цзиньпину в Пекине в понедельник. Об этом сообщает Reuters.

Москва, 23 декабря — «Вести.Экономика». Приостановление переговоров о денуклеаризации и недавняя вспышка напряженности между США и Северной Кореей невыгодны Пхеньяну, заявил президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин председателю КНР Си Цзиньпину в Пекине в понедельник в преддверии трехсторонних переговоров между Китаем, Южной Кореей и Японией. Об этом сообщает Reuters.

Президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин (слева) и председатель КНР Си Цзиньпин. Фото: EPA-EFE/YONHAP

Мун сказал Си, что высоко ценит важную роль, которую Китай играет в решении корейского вопроса, заявил офис южнокорейского президента.

Ссылки по теме

«Недавняя ситуация, когда диалог между Северной Кореей и США был приостановлен и на полуострове усилилась напряженность, невыгодна не только нашим двум странам, но и Северной Корее, — отметил Мун. — Я надеюсь, что мы будем работать более тесно, чтобы эта редкая возможность принесла свои плоды».

Мун находится с визитом в Китае. Позднее в юго-западном городе Чэнду (провинция Сычуань) должна состояться трехсторонняя встреча между ним, премьер-министром Японии Синдзо Абэ и премьером Госсовета КНР Ли Кэцяном. Абэ должен встретиться с Си в Пекине в этот же день, прежде чем он также отправится в Чэнду.

Хотя стороны будут обсуждать различные экономические вопросы, а также напряженность в отношениях между Сеулом и Токио, Северная Корея, вероятно, будет доминировать в повестке дня.

Специальный посланник США по Северной Корее Стивен Бигэн встретился с двумя высокопоставленными китайскими дипломатами во время своего двухдневного визита в Пекин на прошлой неделе после аналогичной встречи в Южной Корее и Японии несколькими днями ранее, поскольку дипломаты предпринимают последние попытки предотвратить новую конфронтацию.

Северокорейский лидер Ким Чен Ын и президент США Дональд Трамп встречались три раза с июня 2018 г., но существенного прогресса достичь не удалось.

Как сообщали «Вести.Экономика», в ноябре Центральное телеграфное агентство Кореи заявило, что КНДР не будет безвозмездно идти на уступки президенту США.

Напряженность между Китаем и Южной Кореей разгорелась из-за разногласий по поводу зимних Олимпийских игр

Затем два южнокорейских конькобежца были дисквалифицированы в соревновании, которое в итоге выиграли китайские спортсмены. Протестующие собрались в Сеуле, рвя вручную китайские флаги. Даже поклонники суперзвезд K-pop группы BTS сплотились в защиту фигуристов. В ответ китайские комментаторы раскритиковали южнокорейских спортсменов и журналистов как «бессовестных».

История продолжается под рекламой

Олимпийские игры стали новым центром роста антикитайских настроений в Южной Корее, особенно среди молодых корейцев, возглавляющих онлайн-атаки.Противоречия выплеснулись даже на политическую арену, когда кандидаты в президенты присоединились к антикитайскому дискурсу, чтобы апеллировать к колеблющемуся голосованию молодежи, что усложняет будущее дипломатических и экономических отношений между двумя странами.

«Молодые и либеральные южнокорейцы считают Китай недобросовестным игроком на мировой арене, основываясь на том, что они видели о репрессиях Пекина против свободной прессы, общественной активности и демократических протестах в Гонконге», — сказал Ха Нам Сок, профессор. китайского языка и культуры в Сеульском университете.

Он сказал, что новая волна враждебности к Китаю среди молодых корейцев отличается от антикоммунистических настроений пожилых южнокорейцев времен холодной войны. Молодые корейцы возмущены очевидным нарушением «справедливости», основной ценности для тех, кто живет в условиях жесткой конкуренции капиталистической и демократической Южной Кореи, говорят эксперты.

Такое восприятие несправедливости нарастало с 2017 года, когда Южная Корея подверглась неофициальному экономическому возмездию со стороны Китая после того, как Сеул принял план развертывания США.С. противоракетная система, известная как Terminal High Altitude Area Defense, или THAAD. Южнокорейские компании с китайским присутствием столкнулись с бойкотами, командировки из Китая в Южную Корею были приостановлены, а исполнители K-pop исчезли с китайского телевидения.

Опрос, проведенный в конце прошлого года среди примерно 1000 южнокорейцев, показал, что Китай рассматривается как самая опасная страна, при этом 72 процента респондентов назвали своего азиатского соседа «самой большой угрозой». В анализе опроса Корейский институт национального объединения в Сеуле назвал «принудительное и неуважительное отношение Китая к соседним странам» причиной негативных оценок.

Продолжение истории под рекламой

Последняя ссора также произошла во время сезона выборов. После того, как на Олимпийских играх был замечен китайский исполнитель в ханбоке, кандидат в президенты от правящей партии Южной Кореи Ли Джэ Мён предупредил Китай, чтобы он «не завидовал культуре» Кореи. Главный кандидат от оппозиции Юн Сок Ёль сказал, что он «разделяет ярость и разочарование, которые испытывают южнокорейские спортсмены» по поводу «предвзятого суждения» в конькобежном спорте.

«В условиях жесткой гонки кандидаты используют антикитайские настроения для политической выгоды, что является рискованным шагом, учитывая, насколько Китай является важным экономическим и дипломатическим партнером для Южной Кореи», — сказал ученый Ха.

Экономика Южной Кореи сильно зависит от Китая, который является одновременно крупнейшим источником импорта и крупнейшим направлением экспорта. На дипломатическом фронте Южной Корее нужна поддержка со стороны союзника Северной Кореи Китая, чтобы убедить Пхеньян отказаться от ядерного оружия и способствовать мирным отношениям.

Культурный конфликт между соседями также является проблемой для Китая, поскольку Пекин стремится укрепить свои связи в Азии перед лицом растущей конкуренции со стороны Соединенных Штатов, Ян Яньлун, ученый из Шаньдунского университета в Китае, изучающий отношения между Китаем и Корея», — говорится в сообщении блога.

История продолжается под рекламой

Олимпийские игры — это упущенная возможность способствовать дружеским отношениям между двумя соседями, особенно в связи с нынешним ростом националистического купороса, сказал он.

«Мы должны осознать тот факт, что культурные и межличностные обмены между Китаем и Кореей сильно отставали от наших тесных экономических связей, что косвенно мешало укреплению политического взаимодоверия», — написал Ян.

Китайские комментаторы яростно отреагировали на южнокорейские атаки.Националисты возражают, что это корейцы веками присваивали культуру Китая. Они возродили старое прозвище Южной Кореи «страна воров», утверждая, что ханбок — это, по сути, китайское ципао, также известное как чхонсам. Другие жаловались на корейцев, которых они встретили в Китае, критикуя их как шумных и непослушных. Один пользователь спросил: «Корейцы — люди?»

История продолжается под рекламой

Посольство Китая в Южной Корее сообщило, что исполнитель надел ханбок, чтобы представить корейское меньшинство Китая, и что Китай уважает корейскую историю и культуру.Около 2 миллионов этнических корейцев живут на северо-востоке Китая.

Дисквалификация южнокорейских конькобежцев по шорт-треку Хван Дэ Хон и Ли Джун Со вызвала особый резонанс в стране, где этот вид спорта чрезвычайно популярен. 7 февраля они были оштрафованы за незаконный контакт в полуфинале мужского забега на 1000 метров. Китайские фигуристы в итоге взяли в финале золотую и серебряную медали.

Штраф в отношении двух фигуристов, особенно рекордсмена мира Хвана, заставил корейцев заявить о несправедливом судействе в пользу принимающей страны.Делегация Южной Кореи на Играх в Пекине подала обращение в Международный союз конькобежцев и Международный олимпийский комитет. Местные СМИ Южной Кореи также гневно отреагировали на это решение, а в Твиттере появилось грубое оскорбление китайцев.

История продолжается под рекламой

Позже в тот же день, согласно сообщениям местных новостей, китайский студент в южнокорейском городе Пусан подвергся нападению со стороны двух корейцев. Полиция Пусана заявила, что нападение не имеет явной связи с Олимпийскими играми, но министерство иностранных дел Пекина заявило, что «уделяет большое внимание этому вопросу».

Враждебность достигла такого уровня, что, когда два дня спустя южнокорейский фигурист Ча Мин Гю протянул руку, чтобы вытереть пыль с подиума, прежде чем встать на него, чтобы получить свою серебряную медаль, его действия были немедленно раскритикованы китайцами. комментаторов как жест неуважения в знак протеста против результатов гонки.

В ответ на последовательные разногласия Trigger Trend, китайский блог социального и экономического анализа, обвинил корейские СМИ в предвзятости, корейских пользователей сети в вульгарности, а корейскую общественность в целом в чрезмерной чувствительности и «стеклянных сердцах».

«Можно сказать, что отношение южнокорейской политики к Китаю никогда не было таким суровым, как сейчас», — говорится в статье.

«Дисгармония между Китаем и Южной Кореей во время зимних Олимпийских игр не случайна», — говорится в сообщении. «Можно сделать вывод, что это только начало».

Куо сообщил из Тайбэя. Мишель Йе Хи Ли из Токио и Лирик Ли из Сеула внесли свой вклад в этот отчет.

В Южной Корее вспыхнули антикитайские настроения в преддверии голосования

СЕУЛ, ЮЖНАЯ КОРЕЯ —

Враждебность по отношению к Китаю, которая давно кипела в Южной Корее, вырвалась наружу на этой неделе после пары споров во время зимних Олимпийских игр в Пекине.

Все началось с того, что женщина, одетая в розовый ханбок, традиционное корейское платье, несла китайский флаг во время марша на церемонии открытия Олимпийских игр. Многие южнокорейцы были возмущены, увидев в этом последнюю попытку Пекина заявить о своих любимых аспектах корейской культуры.

Как только начались соревнования, стало только хуже. В понедельник два южнокорейских конькобежца по шорт-треку были дисквалифицированы за движения, признанные незаконными, что позволило паре китайских конькобежцев продвинуться вперед и в конечном итоге выиграть золотую и серебряную медали.Южнокорейские СМИ поддержали недовольство, обвинив пекинских судей 2022 года в предвзятости в пользу Китая.

«Просто позвольте принимающей стране, Китаю, забрать все медали», — гласила статья в газете Seoul Sinmun , которая начиналась с повторения этой фразы 11 раз. SBS, крупная южнокорейская телекомпания, выпустила в эфир сюжет под названием « 10 худших моментов мошенничества со стороны Китая », в котором рассказывается о прошлых инцидентах с участием китайских спортсменов.

Шум против Китая разразился менее чем за месяц до ожесточенных президентских выборов.Оба основных кандидата в президенты высказались, заявив, что южнокорейские фигуристы были законными победителями, и что демонстрация ханбоков является последним доказательством того, что Китай занимается присвоением культурных ценностей.

«Не завидуйте культуре (чужих)», — предупредил кандидат от правящей партии Ли Чжэ Мён в Facebook. В своем посте в Facebook главный кандидат от консерваторов Юн Сок Ёл обвинил Пекин в широкомасштабных усилиях по «подчинению и включению корейской истории в Китай».

Растущая враждебность

Этот инцидент отражает растущую враждебность по отношению к тому, что многие южнокорейцы считают искажением истории Китаем, чтобы претендовать на южнокорейскую культуру, такую ​​как ханбок.В последние годы также наблюдались вспышки националистического гнева в связи с утверждениями китайских государственных СМИ о том, что кимчи, повсеместно распространенное в Корее блюдо из ферментированной капусты, родом из Китая.

В основе напряженности лежат более широкие опасения по поводу растущей экономической и военной мощи Китая, а также его более воинственной позиции по отношению к своим соседям, что, по мнению аналитиков, является попыткой Пекина восстановить свою позицию доминирующей региональной державы.

Не всегда все было так напряженно. По данным Pew Research Center, в 2015 году только 37% жителей Южной Кореи отрицательно относились к Китаю.К 2020 году эта цифра увеличилась более чем вдвое и составила 75%. Недавние опросы общественного мнения показывают, что отношение Южной Кореи к Китаю сейчас примерно такое же, как отношение к Японии, бывшей колониальной правительнице Кореи.

Отношения между Южной Кореей и Китаем особенно ухудшились после 2017 года, когда Сеул установил американскую систему противоракетной обороны Terminal High Altitude Area Defense, известную как THAAD, для противодействия угрозе, исходящей от Северной Кореи. Пекин возражал против развертывания и развернул болезненную кампанию экономического возмездия.

Восприятие Китая особенно ухудшилось среди молодых южнокорейцев, «которые родились во времена подъема Китая и повсюду ощущали его всеобъемлющее влияние», — говорит Го Мин Хи, преподающий политологию и международные отношения в женском университете Ихва в Сеуле.

Сложные корни

Для многих южнокорейцев демонстрация Китаем платья ханбок во время церемонии открытия Олимпийских игр задела особенно чувствительный нерв, хотя это противоречие может быть не сразу очевидно для сторонних наблюдателей.

Со своей стороны, Китай заявил, что демонстрация ханбоков не должна была служить заявлением о его культурном происхождении. Китайские официальные лица настаивали на том, что артист в ханбоке должен был представлять только этнических корейцев — одну из десятков групп этнических меньшинств Китая, представленных на параде.

Некоторые южнокорейцы симпатизируют этой точке зрения, говоря, что ханбок также должен принадлежать корейской диаспоре, включая около 2 миллионов этнических корейцев, проживающих в Китае. «Что именно должна была носить эта корейско-китайская участница?» — спросила редакционная статья в левой газете Hankyoreh .

Однако южнокорейцы были расстроены отчасти из-за давних попыток Китая объявить древние корейские королевства частью своей национальной истории. Территория корейских королевств, известных как Когурё и Балхэ, пересекается с тем, что сейчас является частью современного Китая.

С точки зрения корейцев, заявление об этих корейских королевствах как о небольшой части более крупного и важного исторического китайского образования является крайне оскорбительным, считает Дарси Драудт, научный сотрудник Института корейских исследований Джорджа Вашингтона.

«В основе всего лежит вопрос суверенитета. Корея была «небезопасной границей» с тех пор, как Япония колонизировала ее. А потом он был разделен, отрезав север и юг. А потом надо считать всех корейцев сейчас в Китае, Маньчжурии, России и других местах. Таким образом, в некотором смысле это становится связанным с национальным разделением», — добавила она.

Крупный политический вопрос

Споры вокруг Олимпийских игр стали главной темой предвыборной кампании в Сеуле, что повысило вероятность того, что антикитайские настроения могут быть использованы в политических целях в преддверии голосования 9 марта.

Юн, кандидат от консерваторов, уже высказался о Китае более резко. В декабре он заявил, что «большинство южнокорейцев, особенно молодежь, не любят Китай». Он также призвал к дополнительному развертыванию THAAD в Южной Корее.

Ли, кандидат от правящей партии, говорит, что Южная Корея должна поддерживать баланс в отношениях между США и Китаем. Но на этой неделе Ли также занял более враждебную позицию по отношению к Пекину, пообещав «решительно расправиться» с китайскими судами, нелегально ведущими рыбный промысел у берегов Южной Кореи.

Проблема Китая вряд ли станет решающей на выборах в Южной Корее, говорят наблюдатели, которые отмечают, что обе кампании по-прежнему сосредоточены на внутренних проблемах.

«Однако я думаю, что в долгосрочной перспективе разжигание антикитайских настроений приведет к обратным результатам», — сказал Го. «Сложность корейско-китайских отношений станет значительным бременем для новой администрации».

Китайско-южнокорейские отношения – The Diplomat

14 марта 2022 г.
С избранием Юна Китаю пора переосмыслить свою политику в отношении Кореи
Брайан Вонг и Ван Инлян кандидат означает, что Китай должен пересмотреть свой подход к Корейскому полуострову.

29 октября 2021 г.
Как китайско-американская конкуренция влияет на последний межкорейский рывок Муна
Сукджун Юн Участие в Индо-Тихоокеанской стратегии США.

15 сентября 2021 г.
Министр иностранных дел Китая проводит переговоры в Южной Корее
Шэннон Тиззи

Сеул хочет заручиться сотрудничеством Пекина по Северной Корее, но главным приоритетом Ван И является недопущение присоединения Южной Кореи к США.Коалиция С. против Китая.

13 августа 2021 г.
Поиски стратегического баланса и загадка Южной Кореи в Индо-Тихоокеанском регионе
Вонги Чхве

Сеул идет по тонкой грани, тщательно выверяя свое сотрудничество с инициативами США в Индо-Тихоокеанском регионе.

07 июля 2021 г.
Чему следующий президент Южной Кореи может научиться на дипломатическом вызове Муна
Автор Чон Ын Ли

Каждый президент столкнется с одной и той же трудностью: для продвижения политики в отношении Северной Кореи Сеулу необходимо иметь все основные игроков на его стороне.

05 апреля 2021 г.
Переговоры Южной Кореи с Китаем, Японией и США в дипломатическом шквале
Митч Шин

Министр иностранных дел Южной Кореи отправился в Китай, в то время как глава национальной безопасности страны присутствовал на встрече с представителями США и Японии коллеги в Вашингтоне.

05 апреля 2021 г.
Политика «китайской угрозы» в Южной Корее
By Dongwoo Kim

На фоне растущих антикитайских настроений в Южной Корее наблюдается несоответствие между народной волей и внешней политикой Сеула.

26 февраля 2021 г.
Корейский поэт — последний пример китайского «культурного империализма»
Автор: Чхве Сон Хён чтобы «украсть» корейские культурные иконы.

02 февраля 2021 г.
Дуён Ким о приоритетах внешней политики Южной Кореи
Шэннон ТиззиС.-Китайская холодная война.

27 ноября 2020 г.
Министр иностранных дел Китая посещает Южную Корею после двухдневного визита в Японию -в.

26 августа 2020 г.
Альянс США и Южной Кореи и китайский фактор
Автор Clint Work

В нынешнем контексте американо-китайской конкуренции стратегические предпочтения Вашингтона и стремление Сеула к большей автономии противоречат друг другу.

21 августа 2020 г.
Южная Корея стремится укрепить связи с Китаем с прицелом на Северную Корею
Габриэла Берналь

отложенный саммит.

Принятие Южной Кореей Австралии выходит за рамки Китая

Подъем «всеобъемлющего стратегического партнерства» между Южной Кореей и Австралией во время государственного визита президента Южной Кореи Мун Чжэ Ина в прошлом месяце заставил аналитиков задуматься о его импульсе.Южная Корея просто стремится расширить экономические связи? Или мы наблюдаем «тихий союз» с Австралией против напористого поведения Китая в регионе?

Хотя в обоих объяснениях есть доля правды, было бы ошибкой полагать, что единственная стратегическая оккупация Южной Кореи — это Китай. Более того, отношение Южной Кореи определяется ее непростыми отношениями с ближайшим соседом — Японией.

В то время как внимание всего мира по-прежнему приковано к напряженности между Китаем и США, в последние несколько лет отношения Южной Кореи с Японией можно охарактеризовать только как катастрофические.Обе страны, отмеченные нарастающей исторической напряженностью и беспощадным экономическим соперничеством, с 2018 года вовлечены в обостряющуюся торговую войну, которая продолжает угрожать важнейшим глобальным цепочкам поставок. В том же году Верховный суд Южной Кореи постановил, что японские компании должны компенсировать бывшим жертвам принудительного труда во время Второй мировой войны, что побудило тогдашнего премьер-министра Японии Синдзо Абэ ввести ряд торговых ограничений против ориентированной на экспорт экономики Южной Кореи.

Действия Японии не только затруднили двустороннюю торговлю, исключив Южную Корею из так называемого «белого списка», требующего индивидуальной проверки более 800 «чувствительных» экспортных товаров, но также отказали южнокорейским компаниям в высоких технические материалы, необходимые для производства микросхем памяти, полупроводников, телекоммуникационных продуктов и технологий безопасности.Карательные меры вызвали волну антияпонских настроений в Южной Корее и спровоцировали бешеные усилия администрации Муна по обеспечению безопасности и диверсификации своих цепочек поставок. Тем не менее, после трех лет скоординированных усилий по сокращению японского экспорта торговый дефицит Южной Кореи с Японией фактически увеличился на 9% в 2020 году и на 31% в первые шесть месяцев 2021 года

. Протестующие в Сеуле, 5 января, держат плакаты с надписью «официальные извинения» во время еженедельной антияпонской демонстрации в поддержку «женщин для утех», которых использовали в качестве секс-рабынь для японских солдат во время Второй мировой войны (Чон Ён Чже/AFP через Getty Images)

Однако ухудшение отношений между Южной Кореей и Японией затрагивает не только экономику, но и военную сферу.Через несколько дней после карательных экономических мер Токио Сеул пригрозил отменить пакт об обмене разведывательными данными, известный как GSOMIA, который считается необходимым для сотрудничества в области защиты от региональных угроз, таких как Северная Корея и Китай. Хотя Сеул условно воздержался от отмены соглашения в 2019 году, в то время как противодействие региональным амбициям Китая доминирует в повестке дня Канберры и Вашингтона, снижение доверия и стратегической координации в Северо-Восточной Азии все еще может привести к катастрофе.

В сочетании с карательными экономическими мерами Китая против Южной Кореи после ее спорного развертывания систем ПВО THAAD в 2016 году, не говоря уже о сохраняющейся напряженности в отношениях с Севером, Сеул сталкивается с враждебным климатом как в экономической сфере, так и в сфере безопасности. Для ресурсов, критически важных для быстро развивающегося технологического сектора Южной Кореи и гигантских амбиций в области зеленой энергии, Австралия предлагает рациональный — если не единственный — вариант расширения сотрудничества.

В извращенном смысле бурные дипломатические отношения Южной Кореи с ее восточным соседом предоставили Австралии уникальные возможности.

События в регионе, такие как Всеобъемлющее и прогрессивное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве (CPTPP) и четырехсторонний пакт между США, Индией, Японией и Австралией, возможно, также усилили чувство стратегической изоляции в Сеуле. После многих лет замечательных, но в значительной степени бесплодных усилий администрации Луны по налаживанию связей с Севером, Сеул оказался в отставании в быстро меняющейся архитектуре безопасности и экономики в более широком регионе. Архитектура, в которой, к возможному беспокойству Сеула, Япония представлена ​​гораздо лучше.

Удивительно прочные отношения Австралии с Японией, таким образом, представляют собой удобный черный ход для Южной Кореи, чтобы расширить свои собственные усилия по региональной экономической интеграции. Неслучайно визит Муна в Канберру сопровождался объявлением Южной Кореи о своем намерении присоединиться к CPTPP. После многих лет жесткого сопротивления со стороны Токио одновременная поддержка Австралией вступления Кореи в CPTPP, о чем стало ясно во время совместной конференции Моррисона и Муна в Канберре, стала неоценимой в качестве символического трамплина для преодоления региональных препятствий.

В извращенном смысле бурные дипломатические отношения Южной Кореи с ее восточным соседом предоставили Австралии уникальные возможности. Продолжающиеся торговые трудности Южной Кореи с Японией ускорили усилия Сеула по развитию отношений с богатыми природными ресурсами демократиями, включая Австралию. Канберра также оказалась в беспрецедентном положении, поскольку ее связи с Южной Кореей, а также с Японией продолжают укрепляться, выступая в качестве гармонирующего присутствия в хрупком балансе сил в Северо-Восточной Азии.В речи, произнесенной в 2019 году, Скотт Моррисон подчеркнул, что «Индо-Тихоокеанский регион станет еще сильнее, если Япония и [Южная Корея] смогут преодолеть недавнюю напряженность». Возможно, Австралии пора увидеть свою возможную роль в содействии или содействии этому процессу.

В то время как внимание в Австралии почти рефлекторно переключается на Китай, важно признать сложное и тлеющее соперничество, тлеющее между двумя другими крупными экономиками в регионе. Усилия Южной Кореи по укреплению связей с Австралией следует рассматривать не столько как подтверждение напористой политики Китая, сколько как попытку извлечь выгоду из потенциала Австралии как посредника и стратегического союзника в более широком регионе.

Новый «независимый» президент Южной Кореи использует жесткую позицию по отношению к Китаю к победе

Администрация Байдена будет приветствовать ключевые элементы внешнеполитической платформы Юна, включая приобретение высокотехнологичных систем противоракетного вооружения и намерение присоединиться к США, Австралии и Японии в региональной геостратегической группировке под названием The Quad. Но такая политика рискует спровоцировать Китай на усиление экономических санкций против Южной Кореи за участие в США.С. руководил программой противоракетной обороны THAAD.

«Общественное мнение в Корее очень антикитайское из-за санкций THAAD и присвоения Китаем южнокорейской культуры на зимних Олимпийских играх. Так что у Юна есть возможность быть более жестким в отношении Китая», — заявил Виктор Ча, бывший директор по делам Азии в Совете национальной безопасности. «Это связано с Северной Кореей в том смысле, что Юн не позволит, чтобы его внешняя политика диктовалась взаимодействием с Северной Кореей (как действующий президент), а это означает, что он не позволит Китаю держать над головой карабахскую карту все время. время.

Юн, бывший прокурор, сделал Китай ключевым звеном своей кампании. Он обвинил администрацию уходящего президента Мун Чжэ Ина в том, что она «поддалась китайскому экономическому возмездию за счет интересов собственной безопасности», и призвал Южную Корею более тесно согласовывать свою внешнюю политику с Японией и США. ответ на развертывание ракетной системы THAAD в 2016 году включал запрет на импорт различных потребительских товаров. Санкции обошлись Южной Корее примерно в 7 долларов.5 миллиардов экономических потерь к концу 2020 года.

Юн также высмеял так называемую политику Муна «три нет», направленную на то, чтобы учесть опасения Китая в области региональной безопасности, обязывая Южную Корею не развертывать дополнительные системы THAAD, не присоединяясь к сети противоракетной обороны США и не участвуя в трехстороннем военном союзе с Японией и Вместо этого Юн повторил риторику администрации Байдена, заявив, что Южная Корея «активно продвигает свободный, открытый и инклюзивный порядок в Индо-Тихоокеанском регионе.

«Юн — индивидуалист… [и] произошел внезапный поворот маятника общественного мнения Южной Кореи в сторону от Китая», — сказал Сон-Юн Ли, преподающий корееведение в Школе Флетчера в Университете Тафтса.

Президент Джо Байден позвонил, чтобы поздравить Юна поздно вечером в среду, согласно расшифровке разговора Белого дома. «Они подтвердили силу союза США и Республики Корея, который является стержнем мира, безопасности и процветания в Индо-Тихоокеанском регионе», — говорится в заявлении.«Президент Байден подчеркнул приверженность Соединенных Штатов защите Республики Корея и что он надеется на совместную работу для углубления сотрудничества в решении ключевых глобальных проблем, включая изменение климата, пандемию COVID-19 и цепочки поставок».

Опрос общественного мнения Корейского института национального объединения, опубликованный в январе, показал, что 70 процентов южнокорейцев воспринимают Китай как «самую большую угрозу безопасности» помимо Северной Кореи. Китай еще больше разжег южнокорейские националистические страсти, когда на церемонии открытия Олимпийских игр 2022 года в Пекине была представлена ​​молодая китаянка в традиционной корейской одежде ханбок.

«В отличие от предыдущих корейских правительств, которые пытались балансировать между США и Китаем, Юн определенно склонится в сторону США, а не Китая, [и] будет активно участвовать в стратегии Индо-Тихоокеанского региона», — сказал Ким Хён-вук, профессор американского учится в Корейской национальной дипломатической академии . «Позиция Юна разделит геостратегическую картину Северо-Восточной Азии между Китаем/Северной Кореей и Кореей/Японией/США».

Теперь на Yoon оказывается давление, чтобы он выполнил два ключевых предвыборных обещания, связанных с Китаем: приобретение дополнительных систем THAAD и движение к членству в Quad.Юн может рассчитывать на солидную поддержку Конгресса Республиканской партии в отношении очередной покупки THAAD.

«Жестокое нападение России на Украину напоминает нам о том, что союзникам и партнерам США, столкнувшимся с авторитарной агрессией, мы должны предоставить оружие и другие системы, в которых они нуждаются, до того, как произойдет нападение», — сказал член палаты представителей Майкл МакКол (республиканец от Техаса), главный республиканец по вопросам комитета Палаты представителей по иностранным делам. «Республика Корея, безусловно, попадает в эту категорию».

Юн, скорее всего, предпримет небольшие шаги к возможному членству в Quad, чтобы не напугать Китай, который является крупнейшим экспортным направлением Южной Кореи.«Южная Корея под руководством Юна, вероятно, расширит свое участие в деятельности Quad и будет менее неохотно относиться к влиянию, которое она может оказать на отношения с Китаем, но ограничения все же будут», — сказал Теренс Рериг, профессор по вопросам национальной безопасности в ВМС США. Военный колледж. «Юн будет более склонен сопротивляться действиям Китая, но связи РК и Китая остаются важными экономическими отношениями, которыми Южной Корее придется тщательно управлять».

Избрание Юна будет приветствоваться администрацией Байдена, поскольку она активно ищет союзников для поддержки Индо-Тихоокеанской стратегии администрации.Он направлен на противодействие усилиям Китая по созданию региональной «сферы влияния» посредством «принуждения и агрессии».

«Администрация Байдена может найти наиболее привлекательным акцент Юна на том, чтобы Корея активизировалась в мире, потому что администрация Байдена очень заинтересована не только в двусторонних отношениях, но и в том, чтобы союзники стали более сплоченными в многостороннем плане», — сказал Марк Токола, вице-президент Корейского экономического института Америки и бывший высокопоставленный сотрудник дипломатической службы США.

Юн должен будет сбалансировать свой обещанный поворот к более тесным связям с США и Японией и откалибровать свою риторику в отношении Китая, чтобы снизить риски потенциальных репрессалий китайского правительства за резкие изменения политики. Но негативное отношение общественности Южной Кореи к Китаю, скорее всего, превратит любые тактические изменения Юна в политический актив.

«У Китая огромное экономическое влияние на Южную Корею, поэтому я не думаю, что Юн может позволить себе вести агрессивную антикитайскую политику, — сказал Ли. «Это зависит от того, насколько далеко Китай подтолкнет его и Южную Корею, и если Китай вернется к экономическому давлению, Юн, вероятно, займет более жесткую позицию [по отношению к Китаю], что будет хорошо для его рейтингов.

Северная Корея, Китай и США внимательно наблюдают за выборами в Южной Корее

Сторонники ожидают прибытия кандидата в президенты Юн Сок Ёла от главной оппозиционной Партии народной власти во время президентской избирательной кампании 15 февраля 2022 года в Сеуле, Южная Корея. .

Чунг Сон Джун | Новости Гетти Изображений | Getty Images

Победа консерваторов на предстоящих президентских выборах в Южной Корее может привести к тому, что страна займет жесткую позицию по отношению к Северной Корее и Китаю, что может привести к новой напряженности в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Юн Сок Юль из консервативной Партии народной власти и Ли Джэ Мён из правящей Демократической партии (ДП) являются лидерами голосования 9 марта. Ряд опросов общественного мнения, проведенных исследовательской компанией Gallup Korea, показывает, что Юн и Ли бегут ноздря в ноздрю, что указывает на то, что впереди напряженная гонка. В одном опросе 1000 взрослых 25 февраля рейтинг общественного одобрения Ли составил 38% по сравнению с 37% Юна. Другой опрос, проведенный в начале февраля, показал, что у этих двоих равные 35%.

Экономические вопросы, особенно жилищный вопрос, находятся в центре внимания на этих выборах.Но, учитывая продолжающуюся ракетную деятельность Северной Кореи и антикитайские настроения внутри страны, ожидается, что вопросы внешней политики также будут влиять на общественные настроения. Поскольку у каждого кандидата разные взгляды на отношения с Северной Кореей, Китаем и Соединенными Штатами, геополитическая судьба Южной Кореи поставлена ​​на карту.

Северная Корея

Правительство Ким Чен Ына наращивает ракетные испытания, поскольку дипломатические переговоры с Соединенными Штатами и их союзниками остаются в тупике. Это не новое событие, но на фоне вторжения России в Украину оно усиливает опасения по поводу беспорядков в регионе.Совсем недавно, 27 февраля, Пхеньян запустил баллистическую ракету средней дальности, по словам официальных лиц Южной Кореи и Японии.

Как и его консервативные предшественники, Юн требует, чтобы Северная Корея сначала объявила о денуклеаризации, прежде чем две Кореи договорятся о мирных договорах и экономической помощи. В конце ноября он сказал южнокорейской газете Kookmin Ilbo, что рассмотрит возможность отмены Всеобъемлющего военного соглашения 2018 года, дипломатической вехи правления президента Мун Чжэ Ина, если Северная Корея не изменит свою позицию.

Кандидат в президенты Южной Кореи Ли Джэ Мён от правящей Демократической партии наблюдает за теледебатами перед президентскими выборами, которые состоятся 9 марта, в студии KBS 2 марта 2022 года в Сеуле.

Бассейн | Новости Гетти Изображений | Getty Images

В отличие от этого, Ли из DP поддерживает подход Муна к дипломатическому взаимодействию и экономическому сотрудничеству с Северной Кореей в качестве средства инициирования денуклеаризации. Он также поддерживает ослабление существующих санкций, если Северная Корея их выполнит.В отличие от Юна, Ли также готов объявить об окончании войны в Корее, чтобы вернуть Пхеньян за стол переговоров.

Однако, по словам аналитиков, несмотря на схожие взгляды, Ли вряд ли будет копировать политику Муна. «В то время как Мун лично вложил значительные средства в организацию межкорейского саммита и пытался построить устойчивые отношения сотрудничества с Северной Кореей, Ли, скорее всего, будет отстаивать принцип мирного сосуществования, не желая тратить слишком много политического капитала на попытки добиться этого, особенно если Пхеньян откажется от сотрудничества», — заявила CNBC старший научный сотрудник независимого аналитического центра Stimson Center Дженни Таун.Таун также является директором исследовательского подразделения Центра, ориентированного на Северную Корею, 38 North.

Еще больше усложняет ситуацию то, что Юн делает акцент на возобновлении совместных военных учений с Соединенными Штатами. Они были сокращены с 2018 года «из-за того, что Северная Корея восприняла эти маневры как подготовку к войне», — сказал CNBC Фей Сюэ, азиатский аналитик из Economist Intelligence Unit. Таким образом, возрождение, вероятно, разозлит Ким Чен Ына. Позиция Юна «достаточно сурова, чтобы заставить Северную Корею вообще отказаться от дипломатии, как это было во время правления Ли и Пака», — сказал Кханг Х.Ву, докторант и специалист по Восточной Азии в Бостонском колледже, написал в заметке, опубликованной Институтом Лоуи.

Китай и США

Волна антикитайских возмущений прокатилась по южнокорейским СМИ в последние недели после разногласий вокруг зимних Олимпийских игр в Пекине. В сочетании с более широкой озабоченностью по поводу агрессивной позиции Пекина по отношению к своим соседям в Южно-Китайском море и Индо-Тихоокеанском регионе азиатский гигант стал центральной темой для обсуждения на этих выборах.Позиция Южной Кореи в отношении Китая также тесно связана с ее отношениями с Соединенными Штатами, учитывая историческое соперничество Пекина и Вашингтона, а это означает, что Сеул часто оказывается в положении, в котором приоритет отдается одной из двух сверхдержав.

«Ожидается, что Ли будет придерживаться стратегически двусмысленных отношений с Китаем, желая сбалансировать безопасность и экономические отношения», — сказал Таун. Как и Мун, Ли понимает, что ему нужна поддержка Китая как в вопросе Северной Кореи, так и в экономическом плане.«Ли Джэ Мён больше обеспокоен экономическим влиянием Китая на Южную Корею и поэтому займет более нейтральную позицию», — повторил Сюэ. «Однако усиливающаяся напряженность в отношениях между США и Китаем сделает этот подход все более сложным», — добавил Сюэ.

Юн Сок-Юл произносит свою речь после победы в финальной гонке Партии народной власти по выбору своего кандидата в президенты на выборах 2022 года в Южной Корее 5 ноября 2021 года в Сеуле.

Бассейн | Новости Гетти Изображений | Getty Images

Юн тем временем стремится к более тесному сотрудничеству в области безопасности с США.S., в частности призывая к дополнительному развертыванию ПВО на высокогорных территориях, что, несомненно, вызовет экономическое наказание со стороны Китая. Установка американской противоракетной системы в Южной Корее привела к годичному противостоянию между Пекином и Сеулом с 2016 по 2017 год, когда туристическая, косметическая и развлекательная индустрии Южной Кореи пострадали от негативной реакции Китая. Юн также хочет подать заявку на членство в Четырехстороннем диалоге по безопасности, а также принять участие в программе обмена разведывательными данными «Пять глаз», «несмотря на возможную оппозицию Китая таким шагам», — сказал Сюэ.Однако готовность Юна открыто встать на сторону США будет поставлена ​​под сомнение, «если или когда Китай начнет оказывать давление на Сеул», сказал Таун.

Япония

Отношения с Токио ухудшились при нынешней администрации Мун Чжэ Ина из-за торговых разногласий и нерешенных вопросов, связанных с колониальным правлением Японии над Кореей с 1910 по 1945 год. Последние включают такие вопросы, как закупка Японией южнокорейских женщин для военных бордели. Кан Чан Ир, посол Южной Кореи в Японии, заявил в январе, что двусторонние отношения находятся на «худшем» уровне с 1965 года.

Ожидается, что ситуация улучшится при консервативном режиме. В телевизионных дебатах в прошлом месяце Юн сказал, что отношения Сеула с Вашингтоном и Токио ухудшились из-за «покорной дипломатии, которая является прокитайской и про-северокорейской», добавив, что он изменит эту динамику. Ожидается, что Юн отложит в сторону исторические споры с Японией, чтобы разрешить двусторонние торговые конфликты и наладить более тесное сотрудничество в области безопасности, сообщили CNBC несколько экспертов.

Хотя Ли согласен с важностью улучшения двусторонних отношений между Южной Кореей и Японией и открыт для переговоров, он настаивает на том, чтобы Япония приложила усилия для надлежащего разрешения исторических споров.

Рост региональной напряженности, вызванный напористостью Китая, усилиями США по сдерживанию Китая или ракетными и ядерными испытаниями дальнего радиуса действия Северной Кореи, сократит количество политических вариантов, которые может использовать следующий президент Южной Кореи.

Кханг Х. Ву

докторант и специалист по Восточной Азии

Природа азиатской геополитики

Хотя каждый кандидат предлагает принципиально разные взгляды на межкорейские отношения и У.Некоторые аналитики считают, что соперничество между США и Китаем, динамика безопасности и политики в Азиатско-Тихоокеанском регионе не допускает больших сдвигов во внешней политике.

«Рост региональной напряженности, вызванный напористостью Китая, усилиями США по сдерживанию Китая или ракетными и ядерными испытаниями Северной Кореи большой дальности, сократит количество вариантов политики, которые может использовать следующий президент Южной Кореи», — написал Ву. в его заметке. «К сожалению, такое ухудшение региональной динамики становится все более вероятным.

Город Стимсона Центра сказал: «Даже при попытке развивать более глубокие отношения с другими средними державами, как Южная Корея в настоящее время пытается создать некоторый буфер для себя на фоне растущего соперничества между США и Китаем, это долгосрочный процесс». Она добавила: «В ближайшей и среднесрочной перспективе Южная Корея будет по-прежнему сталкиваться со стратегической дилеммой, поскольку она пытается справиться с конкуренцией между США и Китаем, одновременно укрепляя свою собственную оборону против значительных улучшений в оружейных возможностях Северной Кореи.

Южная Корея ведет переговоры с Китаем на фоне ссоры с Тайванем официальный представитель примет участие в бизнес-форуме на прошлой неделе.

Заместитель министра иностранных дел Чой Чжон-кун и его помощники провели в четверг онлайн-встречу с группой во главе с заместителем министра иностранных дел Китая Ле Юйчэном, первую такую ​​встречу с июня 2017 года.

Стороны обсудили усилия по возобновлению зашедших в тупик переговоров с Северной Кореей по денуклеаризации, а также подготовку Пекина к проведению в феврале зимних Олимпийских игр 2022 года, сообщает агентство Yonhap со ссылкой на МИД Южной Кореи.

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters.com

Зарегистрируйтесь

Чхве повторил, что Сеул надеется на успех Олимпийских игр, сообщило министерство, не вдаваясь в подробности обсуждения участия южнокорейских официальных лиц.

Голубой дом президента Южной Кореи заявил, что не рассматривает возможность участия в дипломатическом бойкоте Олимпийских игр в Пекине под руководством США, но еще не обсуждалось с Китаем вопрос об отправке делегации.

Сеул сталкивается со все более сложным балансированием, поскольку Соединенные Штаты, его главный союзник, сосредотачиваются на объединении союзников и партнеров, чтобы противостоять тому, что они называют агрессивным и агрессивным Китаем, крупнейшим экономическим партнером Южной Кореи.

«Мы надеемся, что эта встреча может оказать положительное влияние на укрепление общения и взаимного доверия, а также на развитие двусторонних отношений», — заявил официальный представитель министерства иностранных дел Китая Чжао Лицзянь на очередном брифинге для прессы в преддверии переговоров в четверг.

Встреча состоялась в деликатное время, когда Тайвань подал протест в связи с отзывом Южной Кореей своего приглашения, направленного в сентябре министру цифровых технологий Одри Тан, чтобы выступить виртуально на конференции на прошлой неделе в Сеуле.

Китай объявляет демократически управляемый остров Тайвань своей собственной территорией и пытается дипломатически изолировать его за границей, усиливая давление, чтобы отстаивать свои претензии на суверенитет.

Министерство иностранных дел Тайбэя назвало отказ Южной Кореи от визита Тана «грубым» и вызвало исполняющего обязанности посла Южной Кореи, чтобы выразить свое неудовольствие.

Представитель Голубого дома президента Сеула заявил в среду, что организаторы встречи отменили приглашение в соответствии с «нашими дипломатическими принципами, а не из-за Китая».

«Наша позиция остается неизменной: мы будем продолжать развивать неофициальные экономические и культурные отношения (с Тайванем) и практические обмены через них», — сказал чиновник журналистам.

Зарегистрируйтесь сейчас и получите БЕСПЛАТНЫЙ неограниченный доступ к Reuters.com

Зарегистрируйтесь

Репортаж Хёнхи Шин с дополнительными репортажами Бена Бланшара в Тайбэе и Ю Лун Тянь в Пекине; Под редакцией Кларенса Фернандеса, Аны Николачи да Коста и Марка Хайнриха

Наши стандарты: Принципы доверия Thomson Reuters.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

2019 © Все права защищены. Карта сайта