+7 (495) 720-06-54
Пн-пт: с 9:00 до 21:00, сб-вс: 10:00-18:00
Мы принимаем он-лайн заказы 24 часа*
 

Америка готовится к войне с россией: НАТО призвали готовиться к войне с Россией в Восточной Европе

0

НАТО призвали готовиться к войне с Россией в Восточной Европе

https://ria.ru/20210906/nato-1748817380.html

НАТО призвали готовиться к войне с Россией в Восточной Европе

НАТО призвали готовиться к войне с Россией в Восточной Европе — РИА Новости, 06.09.2021

НАТО призвали готовиться к войне с Россией в Восточной Европе

Ускоренная модернизация вооруженных сил России сигнализирует о росте военной угрозы со стороны Москвы, что должно побудить НАТО заняться серьезным укреплением… РИА Новости, 06.09.2021

2021-09-06T09:49

2021-09-06T09:49

2021-09-06T09:49

в мире

украина

грузия

польша

нато

восточная европа

россия

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e5/04/04/1604175959_0:0:2128:1197_1920x0_80_0_0_e72e9cc86abc775ef64230f35e3a203e.jpg

МОСКВА, 6 сен – РИА Новости. Ускоренная модернизация вооруженных сил России сигнализирует о росте военной угрозы со стороны Москвы, что должно побудить НАТО заняться серьезным укреплением оборонительного потенциала в Восточной Европе. Таким мнением поделился вице-президент Института Лексингтона в штате Вирджиния и бывший сотрудник Пентагона Дэниэл Гуре на портале 19fortyfive.По его словам, совершенствование навыка быстрого развертывания войск вдоль западной границы позволяет России провести быстрые атаки в любой точке от Прибалтики до Черного моря.Беспокойство также вызывает масштабное размещение техники на этом направлении, отметил эксперт.Так, недавно Россия объявила о создании двадцати новых воинских подразделений в западной части страны, а уже на следующей неделе пройдут совместные военные учения с Белоруссией, которые, как подчеркивает автор, ничем не отличаются от реального развертывания сил для наступления на Украину, Польшу и страны Балтии.Специалист заключает, что с нынешним российским военным потенциалом НАТО может не хватить времени мобилизовать и отправить свои войска для защиты восточного фланга.В связи с этим он ссылается на статью специалистов из Центра анализа европейской политики (CEPA), которые предлагают четыре шага для проведения более последовательной политики в этом регионе.Прежде всего НАТО необходимо признать стратегическое значение Черноморского региона, повысить ситуационную осведомленность и готовность предпринять быстрые политические и военные шаги в ответ на возможные провокации, а также оказывать поддержку партнерам организации в регионе, а именно, Украине и Грузии, «при одновременном увеличении инвестиций в их экономическое развитие».Особое внимание уделяется Польше, которая, по мнению авторов, представляет ключевое значение для усиления обороны НАТО в Восточной Европе. Таким образом, они предлагают обеспечить постоянное военное присутствие сил США в этой стране для противодействия российской угрозе.

https://ria.ru/20210818/voyna-1746180445.html

https://ria.ru/20210904/chernomortsy-1748580475.html

https://ria.ru/20210812/nato-1745437906.html

украина

грузия

польша

восточная европа

россия

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2021

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdnn21.img.ria.ru/images/152631/67/1526316778_254:0:1793:1154_1920x0_80_0_0_ff5248074a36e20a586bde64240fcffd.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

в мире, украина, грузия, польша, нато, восточная европа, россия

НАТО призвали готовиться к войне с Россией в Восточной Европе

В Киеве признали, что вместе с НАТО готовятся к войне с Россией

Украина вместе с НАТО готовится к войне с Россией в Черноморском регионе, заявил представитель Киева в Трехсторонней контактной группе по Донбассу Алексей Арестович. По его словам, именно этот сценарий будет отрабатываться на крупнейших за последние десятилетия учениях стран НАТО Defender Europe 2021, которые пройдут в мае-июне.

На военных учениях стран НАТО Defender Europe 2021, намеченных на май и июнь нынешнего года, будет обыгрываться сценарий войны с Россией, сообщил представитель Украины в Трехсторонней контактной группе по Донбассу Алексей Арестович в эфире UKRLife.TV.

«Defender Europe 2021 — переводится как «защити Европу». Их смысл, что на акваториях от Балтийского до Черного морей отрабатывается — ну давайте прямым текстом — война с Россией, тема вооруженного противостояния с Россией», — приводит РИА «Новости» слова дипломата.

По его словам, страны Североатлантического альянса стягивают войска к месту проведения маневров.

«Основной фокус — это Балканы и Крым, и все, что севернее Крыма. Это открытые источники, никто этого не скрывает», — уточнил дипломат.

В одних из крупнейших за последние десятилетия военных учений под руководством армии США примут участие 28 000 военнослужащих из 27 стран. Defender Europe 2021 будет включать «почти синхронные операции на более чем 30 тренировочных площадках» в десятке стран, говорится в сообщении американского командования.

«Мы внимательно следим за ситуацией с COVID. Мы доказали, что можем безопасно тренироваться, несмотря на пандемию. Несмотря ни на что, наши союзники рассчитывают на то, что наши войска будут готовы защищать мир», — прокомментировал учения генерал Кристофер Каволи, командующий армией США в Европе и Африке.

По его словам, эти многогранные, рассчитанные на несколько месяцев учения продемонстрируют способность Соединенных Штатов и их союзников реагировать на международные угрозы.

«Учения дадут нам прекрасную возможность отточить наши возможности вместе с нашими союзниками и партнерами в стратегически важном Балканском и Черноморском регионе, чтобы мы коллективно были готовы реагировать на любой кризис, который может возникнуть», — добавил американский военачальник.

Военно-воздушные силы и флот США планируют показать «новые высокотехнологичные возможности» средств противовоздушной и противоракетной обороны, навыки бригад по поддержке сил безопасности в Европе.

Из 28 000 участников учений примерно 2100 являются представителями Национальной гвардии и еще 800 — армейского резерва США.

Сейчас США перевозят свои оборудование и персонал в Нидерланды, Италию и Германию.

Учения пройдут в несколько этапов: Swift Response («Стремительное реагирование») стартует в начале мая. В ходе этого этапа будут проводиться воздушно-десантные операции в Эстонии, Болгарии и Румынии с участием более 7000 военнослужащих из 11 стран.

Immediate Response («Немедленное реагирование») пройдет с середины мая по начало июня. В ходе маневров более пяти тысяч военнослужащих из восьми стран на 31 полигоне в 10 странах проведут боевые стрельбы и совместные операции по материально-техническому обеспечению фронта на суше.

Командно-штабные учения начнутся также в июне. Руководимые штабом две тысячи военнослужащих многонациональных сухопутных сил будут проводить операции в комбинированных учебных условиях, а также осуществлять реальные операции в 14 странах на двух континентах — Европе и Африки, переходя из одного подчинения в другое, оказывая взаимную поддержку партнерам НАТО.

Днем ранее пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков указал, что «по периметру рубежей России идет повышенная активность вооруженных сил стран НАТО, других объединений, отдельных стран».

«Это все обязывает к тому, чтобы быть начеку», — констатировал он, ответив таким образом на вопрос, почему Россия в последние дни перемещает свои войска к Черноморскому региону.

«Российская Федерация предпринимает необходимые меры для обеспечения безопасности своих рубежей», — добавив представитель Кремля.

Вокруг России сжимается турне врагов – Газета Коммерсантъ № 64 (7026) от 13.04.2021

Министр обороны США Ллойд Остин начинает большое европейское турне, ключевым пунктом которого в среду станет его встреча в Брюсселе с генсеком НАТО Йенсом Столтенбергом. Главная тема — «борьба альянса с дестабилизирующим поведением России». Одновременно с Ллойдом Остином в штаб-квартиру НАТО летит госсекретарь США Энтони Блинкен, который накануне поездки дал понять: если в случае эскалации в Донбассе Россия поведет себя «агрессивно и безответственно», ей придется столкнуться с обещанными президентом Джо Байденом «последствиями». На этом фоне в ближайшие недели НАТО начнет у западных границ России крупнейшие со времен холодной войны учения Defender Europe-2021 c участием 40-тысячной группировки.

Европейское турне министра обороны США Ллойда Остина начнется во вторник в Берлине, где он встретится со своей германской коллегой Аннегрет Крамп-Карренбауэр и советником канцлера по внешней политике и политике безопасности Яном Хеккером. Заявленная Пентагоном тема переговоров — «пагубное воздействие стратегических соперников и продолжение диалога о положении американских сил в Германии и других странах». Из Берлина Ллойд Остин полетит в Брюссель на запланированную на среду встречу с генсеком НАТО Йенсом Столтенбергом, в ходе которой стороны обсудят, «как альянс борется с дестабилизирующим поведением России». Завершит же европейскую поездку господина Остина визит в Лондон, где глава Пентагона проведет переговоры со своим британским коллегой Беном Уоллесом, чтобы «подтвердить сохраняющуюся важность оборонного сотрудничества США и Великобритании для решения глобальных проблем безопасности».

Встречи и переговоры Ллойда Остина в европейских столицах пройдут после его первого общения с коллегами по НАТО, прошедшего в феврале в формате видеоконференции. Тогда новый глава Пентагона впервые принял участие во встрече министров обороны стран НАТО, на которой одной из главных тем стала будущая модель сдерживания России.

В связи с обострением ситуации на востоке Украины долгоиграющая тема противостояния с Москвой еще более актуализировалась.

Особое внимание на Западе обратили на передвижение войск РФ в Крыму и на восточной границе Украины, расценив его как очередное проявление «российской агрессии».

В связи с этим перед переговорами с Ллойдом Остином генсек НАТО намерен во вторник встретиться в Брюсселе с главой МИД Украины Дмитрием Кулебой, чтобы услышать последнюю версию Киева о том, что происходит в Донбассе.

Комментируя публикации о перемещении российских военных по Ростовской области «с заклеенными номерами» и отвечая на вопрос, не могут ли военные «заблудиться, как в 2014 году», пресс-секретарь президента РФ Владимира Путина Дмитрий Песков сообщил: «Никто не блуждал и не блуждает. Российская армия передвигается на российской территории в тех направлениях, в которых считает нужным, в том виде, в котором считает нужным. Для обеспечения надежной безопасности нашей страны. Это не должно ни у кого вызывать ни малейшей обеспокоенности».

«Вы знаете, что по периметру рубежей России наблюдается повышенная активность вооруженных сил стран НАТО, других объединений, отдельных стран и так далее и тому подобное. Это все обязывает быть начеку»,— добавил господин Песков.

Однако это разъяснение не успокоило, а еще больше накалило страсти. «Игра мускулами в формате военных учений и возможные провокации вдоль границы — это традиционное дело России»,— подхватил тему президент Украины Владимир Зеленский. В этой ситуации замглавы МИД РФ Сергей Рябков был вынужден признать, что «в тональности и перспективе», предложенной США, Россия больше вести диалог не будет и администрации Байдена придется удовлетвориться полученными ранее разъяснениями Москвы.

Однако уже после разъяснения господина Рябкова Вашингтон снова указал на то, что считает неприемлемой максимальную с 2014 года концентрацию российских войск на границе с Украиной и будет активно работать над мобилизацией союзников по НАТО для противодействия Москве. В минувшее воскресенье госсекретарь США Энтони Блинкен в интервью телеканалу NBC сделал новые громкие заявления с угрозами в адрес Москвы. «Вопрос в том, продолжит ли Россия действовать агрессивно и безответственно. Если да, то президент дал понять: за это придется платить, будут последствия. Вы можете рассчитывать, что он сдержит свое слово»,— пообещал он.

В течение всей прошлой недели глава американской дипломатии проводил активные консультации, обсудив «наращивание военной мощи» России в регионе с главами МИД Франции, ФРГ и Великобритании. После этого агентство Bloomberg сообщило, что на этой неделе госсекретарь Блинкен, который 23–24 марта уже принял участие во встрече министров иностранных дел стран НАТО, снова срочно летит в Брюссель «для дополнительных встреч с должностными лицами НАТО». По данным источников Bloomberg, переговоры госсекретаря США в Брюсселе продлятся почти всю неделю и, таким образом, совпадут с визитом в штаб-квартиру НАТО министра обороны Ллойда Остина. «В Брюсселе госсекретарь Блинкен присоединится к министру обороны США Ллойду Остину для консультаций с нашими союзниками и партнерами НАТО по целому ряду совместных приоритетов»,— подтвердили в понедельник в Госдепартаменте США.

Отправка на переговоры с союзниками двух ключевых членов команды Джо Байдена свидетельствует, что администрация США считает сложившуюся ситуацию в отношениях с Россией в связи с эскалацией конфликта в Донбассе критической.

Еще одним подтверждением этого станет идущая полным ходом подготовка к стартующим в ближайшие недели учениям НАТО Defender Europe-2021, которые пройдут у западных границ России и, как ожидается, станут самыми масштабными со времен холодной войны. Основная фаза маневров запланирована на май—июнь. Предполагается, что в них примут участие около 40 тыс. военнослужащих из стран—членов НАТО и партнеров альянса (включая Украину), половину из них составит 20-тысячный контингент США. География маневров Defender Europe-2021, в которых будет задействовано 15 тыс. единиц вооружения и военной техники, охватывает 16 государств и значительную территорию — от Балтийского до Черного морей.

По оценкам военных экспертов, участники маневров будут отрабатывать сценарии вооруженного конфликта с РФ, включая ракетные удары по российским военным объектам, наносимые стратегическими бомбардировщиками ВВС США, взлетающими с британской военно-воздушной базы Фэрфорд, а также корабельными и артиллерийскими ударными группами альянса в Черном море.

«НАТО ведет подготовку к войне с Россией, в частности, на это направлены учения Defender Europe-2021»,— не скрывал своего удовлетворения в эфире YouTube-канала UKRLife.TV представитель Украины в Трехсторонней контактной группе по Донбассу Алексей Арестович. При этом он пригрозил россиянам «большими потерями в случае нападения на Украину», пообещав, что Киев «прольет столько крови, что им не понравится».

В свою очередь, как сообщило Минобороны Украины, на 2021 год запланировано проведение как минимум семи совместных учений на украинской территории с различными странами НАТО.

Как заявил по этому поводу министр обороны Андрей Таран, привлечение Киева к учениям говорит о растущем доверии к нему членов альянса. «Мы много лет во время совместных учений и тренировок, участия в органах военного управления приобретали взаимную совместимость с НАТО. Украинские военные приобрели хорошую репутацию профессиональных, находчивых и смелых среди коллег из альянса»,— заявил господин Таран. И сделал главный вывод: «Это признание трансформировалось в доверие и готовность привлекать украинцев к отработке коллективной обороны, которая для НАТО заключается в том, что нападение на любую из стран-членов рассматривается как нападение на всех».

Сергей Строкань

«Третья Мировая Война Уже Началась»

Интервью LIGA.net с главой МИД Украины Павлом Климкиным из зоны АТО.  

 

От Киева до передовых позиций украинской армии под Широкино у Азовского моря — около 800 километров.

От Брюсселя до украинской столицы — больше 2000. Политикам в ЕС российско-украинская война кажется отдаленным и непонятным событием. Министр Климкин взялся сократить расстояние и возит европейских коллег на передовую. Главы МИД Франции и Германии уже посетили Донбасс. На этот раз приехал глава внешнеполитического ведомства Люксембурга Жан Ассельборн. На очереди — главы МИД стран Вышеградской четверки. В дороге — в машинах, самолетах, вертолетах и по возвращению в Киев — министр рассказал LIGA.net о себе и своих деньгах, об отношениях с президентом Порошенко, НАБУ и рисках потерять поддержку Запада, переговорах на случай нового полномасштабного вторжения российских войск и третьей мировой войне, которая давно разверзлась над Европой. Хотя пока еще немногие находят в себе силы это признать.

 

 

— Переговоры в Минске стоят на месте. Россия и Украина отказываются идти на компромисс. Вы говорили, что украинцам следует привыкать, что этот процесс на годы. Возможно, стоит признать, что дипломаты и политики не справились. Возможно, решение вопроса надо отдать в руки военных?

— Представьте себе, что дипломаты или политики признали, что не могут решить проблему, и с завтрашнего утра решение отдают в руки военных. Что дальше? Я считаю, что политики не должны мыслить шагами, которые они делают, а только потом смотреть, что получится. У политиков должна быть стратегия. Я физик по образованию. Начинал с разработки программного обеспечения. На каждый случай должна быть стратегия. Достигнем ли мы военным путем успеха? Освободим ли мы Донбасс и Крым, если отдадим решение конфликта военным? Надо реально понимать и оценивать положение.

Минск не работает не потому, что он плох по содержанию. Да, он не идеален. Но он не работает потому, что Москва не хочет ничего делать, потому что сам по себе ей Донбасс абсолютно не нужен. И его жители тоже. Москве хочется захватить то, что она считает фундаментально важным для легитимизации российского политического проекта — вернуть нас в свою зону влияния. Да и своих проблем в России хватает, от которых надо внимание отвлекать — начиная от экономики и заканчивая демографией. Эта война России против Украины экзистенционально важна для режима в Москве. И если так, то решить весь этот конфликт можно только в более глобальном контексте при участии Европейского Союза и США. Поэтому важна политика и дипломатия.

— Пока дипломаты не могут найти компромиссное решение — каждый день умирают люди. Может ли Украина позволить себе ежедневные жертвы и десятки раненых? Скажите военным и их семьям, почему солдаты должны умирать в окопе, а не в наступлении?

— Я могу ответить. Хотя понимаю, что это ответственность, но не только политическая, но и во многом личная. Россия будет продолжать войну против Украины во всех проявлениях и направлениях. Могут быть периоды затишья, но они будут только тогда, когда Россия будет пытаться использовать другие методы, тогда, когда лобовое наступление РФ будет мешать параллельным сценариям агрессии против Украины. Я имею в виду внутреннюю дестабилизацию. Какое бы компромиссное решение не было принято — главная цель РФ от этого не изменится. Но если мы можем политико-дипломатическим путем добиться прекращения огня — мы должны все для этого сделать. Однако необходимо быть готовым к тому, что в отличие от Приднестровья Россия в Донбассе будет продолжать активно использовать военный компонент. 

— Но огонь не прекращается и жертв меньше не становится. Есть ли шанс додавить Москву теми методами, которые применяются сейчас?

— Однозначно, да. Для этого мы должны усилить наблюдателей, усилить ОБСЕ, привлечь вооруженный компонент, который повлияет на способность РФ вести военную агрессию. Первоочередное — прекращение огня. И только после этого мы сможем говорить обо всем остальном, что было согласовано в Минске. Но мы понимаем, что главная цель РФ — уничтожить нас любым способом. Без международных усилий Россия не пойдет на то, чтобы прекратить огонь. 

— Что с обсуждением дорожной карты: как она выглядит и звучит на сегодняшний день по пунктам?

— У нас есть общая позиция с Германией и Францией. И логика дорожной карты очень простая. Первое — это элемент неотложных действий, которые надо выполнить: прекращение огня, полная свобода действий для ОБСЕ, включая границу. Если послушать тот маразм, который представители РФ озвучили в Гааге о российском оружии, которое террористы якобы в шахтах нашли, то, очевидно, нужно теперь подумать об отдельных группах представителей ОБСЕ, которые будут за шахтами следить. Вы понимаете, конечно, что это сарказм. А если серьезно, то ОБСЕ должна получить полный и неограниченный доступ на оккупированные территории, включая круглосуточное наблюдение за захваченным отрезком украинско-российской границы. 

— Это первые пункты дорожной карты?

— Да. И, конечно, освобождение заложников. Без этого мы дальше двигаться не можем. Потом должно быть четкое понимание, как все эти незаконные вооруженные группы на оккупированных территориях будут разоружены — под чьим контролем, что будет с оружием. И только после этого мы включаем логику переходного периода: кто будет помогать готовить выборы, кто будет контролировать безопасность. Это все надо аккуратно прописать. Будет ли это дополнительный компонент ОБСЕ или нынешняя миссия, которая будет работать с новой миссией? Это все мы обсуждаем.

— В сентябре заканчивается срок действия принятого закона об особенностях местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей. Что это означает для переговоров в Минске

— Это означает, что придет момент, когда нам надо будет смотреть, что дальше. Моя логика проста. Есть закон об особенностях местного самоуправления в Донбассе. Заработать он может лишь в случае проведения всеми признанных реальных выборов. В законе говорится о локальной милиции, возможности заключать экономические соглашения. Ну, какая может быть локальная милиция, если для этого никакого законодательства нет? То есть честные выборы, которые все признают — это один шаг. И только после этого можно будет говорить о новом законодательстве под остальные пункты. Никто эти вещи еще не обсуждал, потому что их и обсуждать-то не с кем — настоящих представителей Донбасса нет, никто никакой власти не выбирал. Но еще до этого мы должны определиться с тем, кто будет обеспечивать переходный период, кто будет готовить и организовывать выборы, кто и как будет возобновлять работу реестров избирателей, кто будет обеспечивать безопасность. Вопросов масса.

— Москва признала документы, выданные террористическими организациями «ДНР/ЛНР». Президент Порошенко в ответ призвал Запад усилить санкции. Но никто этот призыв не услышал. Разве это не переломный момент?

— На Западе ситуация всем понятна. Все понимают, что это умышленное повышение ставок Россией, которая разыгрывает несколько сценариев между признанием и непризнанием. Запад держит паузу, чтобы не поставить под вопрос те переговорные треки, которые есть. Но я не могу раскрывать все детали текущих переговоров.

 

— Когда вы в последний раз общались с Лавровым?

— В Мюнхене во время нормандской встречи министров (вначале февраля, встреча глав МИД Германии, Франции, Украины и РФ — ред.) Я с ним уже достаточно давно не общался в двустороннем формате. Последний разговор касался освобождения политических заключенных. Было бы нечестно с моей стороны сказать, что эти разговоры дают реальный результат. Но, тем не менее, мы делаем все возможное для освобождения украинцев из заключения.

— Когда-то Лавров был неплохим дипломатом.

— С точки зрения профессионализма как такового он им остается. А что касается личных оценок, то я воздержусь. Я стараюсь не говорить того, что не поможет ситуации. То, что звучит от него на тему Украины — это полностью определяется внутриполитической логикой, которая не имеет ничего общего с реальностью. Как правило, профессионалы понимают реальность. 

— Лавров ее понимает?

— Я скажу в целом. Если посмотреть на сегодняшнюю российскую дипломатию, то это, к сожалению, не то, что можно было бы назвать авангардом России. Сегодня это, увы, просто машина по тиражированию пропаганды. Любые возможные исключения это правило только подтверждают.

— То же самое можно сказать о Чуркине или о Захаровой. Выглядит так, что Захарова, например, озвучивает то, что никто вменяемый в МИД РФ не возьмется комментировать в таких тонах и тем более как дипломат.

— Мы следим за тем, что произносится в РФ. В случае с Чуркиным, я считаю, была перейдена грань дозволенного. Второго персонажа я вообще не комментирую.

— Вспомните и опишите самый сложный момент переговоров с Россией за годы войны. Возможно, когда приходилось просыпаться среди ночи и срочно связываться с партнерами на Западе и с Россией.

— Было очень много таких моментов. В 2014-м году военные звонили ночью и докладывали о том, что происходит. И нам всем приходилось очень много работать именно ночью. Еще, наверное, не пришло время рассказывать детали, как это происходило, потому что ничего еще не закончилось.

Я никогда не забуду, когда мы были на заседании СНБО, когда сообщили, что сбит Mh27. Было много эпизодов Минске. Я в принципе считаю себя человеком сдержанным. Но был момент, когда на переговорах министров я список заключенных через стол бросал. Наверное, как дипломат я о таких вещах должен сожалеть. Но как человек — не сожалею. 

Многие говорят о новом мировом порядке и угрозе третьей мировой войны. Я считаю, что с точки зрения гибридных угроз эта война уже идет. Многие этот тезис не разделяют. Но кто этого не видит, тот просто не в состоянии оценивать происходящее. Если бы Европа ввела санкции против РФ во время начала российско-грузинской войны, возможно, история развивалась бы иначе и того, что произошло в Украине, не было бы.

— Начавшийся процесс в Гааге против России: какова главная цель Украины и что мы планируется получить в результате этого суда? И независимо от итога этого разбирательства — сможем ли мы использовать прецедент этого суда в дальнейшем?

— Во-первых, я считаю, что мы достигнем успеха. У нас достойная юридическая позиция. Но даже сам факт того, что Москва сейчас отвечает за свои действия в международном суде ООН — это уже влияет на ее действия. Посмотрите на аргументацию. Не считая бредятины об оружии из шахт, сама логика РФ сводится к тому, что все это военные действия, а не терроризм. Это якобы должно им помочь доказать, что вопрос должен решаться не в Гааге. Но тут России очень не повезло. Несколько дней назад Суд справедливости ЕС в Люксембурге, который рассматривал абсолютно другое дело, касающееся другого региона, четко сказал: одновременно могут быть как элементы военных действий — то есть непосредственное применение регулярной армии и оружия, так и элементы осуществления террористической деятельности. То есть то, что мы обвиняем Россию именно в нарушении Конвенции о запрете терроризма — выводит дискуссию в юридическую плоскость. Оценка действий России МСООН изменяет сам характер «дискуссии» c этой страной. 

Второй момент — Россия боится этого расследования. В последнем заявлении российский представитель Колодкин уже начал давить на суд, когда сказал, что если будет принято решение, то «сколько у вас дел будет перед судом ООН?». Москва пытается провести линию, что, мол, все обязательства по конвенциям касаются внутреннего законодательства.

Это дело — поворотный момент для нас в том, что мы используем против России. Именно по этой причине мы и готовились к суду более двух лет. Меня постоянно спрашивали — а где суды, а где суды. Вот теперь мы их начали. Я считаю, что мы в шаге от того, что можно будет назвать поворотным пунктом и для международного права. Создается ситуация, когда мы сможем хотя бы частично вернуть уважение международному праву. Международное право дает нам уникальный инструмент и влияния, и давления на Россию. И происходящее, разумеется, можно будет использовать дальше.

Суд, конечно, полностью не пойдет нам навстречу по каждому пункту. Но сам факт и его результаты будут иметь фундаментальное значение. И то, что россияне сейчас пытаются сделать, то, какие силы привлекают, говорит о том, что они тоже понимают, какое влияние окажет их поражение в суде.

— О военных преступлениях. Международные группы расследователей собрали факты, которые доказывают, что за уничтожением рейса Mh27 стоит Москва. Недавно появились доказательства того, что за расстрелом гражданских под Волновахой тоже стоят россияне. Доказательств агрессии РФ — огромное количество. Есть ли шанс, что когда-нибудь руководство РФ предстанет перед судом и за эти преступления?

— Суд в Гааге — фундаментальный прецедент. Но что важно понимать: мы сейчас подали лишь первый всеобъемлющий пакет доказательств. Этот пакет направлен на то, чтобы подтвердить нашу позицию на слушаниях по так называемым срочным мерам, которые надо принять неотложно. Сейчас мы занимаемся гораздо более всеобъемлющим пакетом доказательств, который послужит нам в самом судебном процессе. По содержанию он будет тот же, но по глубине в разы детальнее и глубже. Над всем этим работает множество людей и организаций — где-то МИД, где-то ГПУ, где-то спецслужбы, где-то военные. Общую координацию проводит МИД.

— Выглядит так, что визит президента Порошенко в США откладывается. Почему?

— Нет, он не откладывается. Просто должно быть содержание и логика договоренностей. Кроме того, по ряду вопросов американская администрация находится в состоянии формирования. А происходящее сегодня заслуживает не поверхностного подхода, а очень щепетильного и глубокого рассмотрения. Поэтому эту встречу надо хорошо подготовить. Я был в США, провел встречи в Госдепе и СНБ, где еще не все назначения осуществлены. Другими словами, когда мы все будем готовы — будем работать над деталями личной встречи двух президентов. 

Мы иногда фокусируем внимание на факте формальной встречи, и напрасно. Ведь встреча — это резюме подготовки. А за всем этим — результат серьезной работы. 

Если говорить о контактах, то президент уже дважды говорил с Трампом. Первый разговор президента был одновременно поздравительным и содержательным. Но второй разговор был действительно глубоким по смыслу. Трамп был подготовлен. Он не какие-то тезисы зачитывал, которые ему подготовили помощники. Это был живой разговор, он очень много спрашивал, внимательно слушал. Это было важно. 
Кроме того, была встреча с вице-президентом США. Мы действительно на очень серьезном детальном уровне поговорили. То есть, я считаю, что вопрос не в формальной дате, а в глубине контактов. Сейчас мы все подходим к возможности провести встречу с максимально глубоким содержанием и реальной отдачей.

— Как вы оцениваете контакты Вашингтона и Москвы? Недавно президент Порошенко в очередной раз заявил, что Украина не допустит договоренностей без участия Украины. Я так понимаю, он это не просто так говорит, а это реакция на какие-то вещи, которые, возможно, не всем очевидны. Есть какие-то опасения?

— Это связано с желанием РФ согласовать с США пакетную логику отношений по всем ключевым направлениям. Речь о так называемой большой сделке — the big deal.

— То есть, это реакция на поведение Москвы?

— Не только. Даже в Украине спекулируют на теме о том, что Россия может где-то там под сукном договориться с США об Украине. Такого не будет. Во-первых, потому что интересы США и РФ фундаментально расходятся. Во-вторых, никто в мире уже не верит России. Нет даже минимального доверия. Оно абсолютно отсутствует. Отношение к российским заявлениям —всем известно. И доверие не вернется ни сегодня, ни завтра. Россия доверие утратила на годы.

Другой разговор — ситуативные вещи, координация в каких-то вопросах. Но посмотрите последние заявления США в части сокращения стратегических наступательных вооружений в адрес РФ. Желание Москвы «развести» Вашингтон и вооружиться новыми образцами — это что? Это не то, что позволит вернуть доверие, это только усугубляет положение РФ. 

— Если говорить о доверии, то ни для кого не секрет, что Украина делала ставку на Клинтон. И хотя наш посол в США пытался выстроить отношения и с командной Трампа, в целом позиция Украины читалась прозрачно: Клинтон для нас лучше Трампа. Кто несет ответственность за эту провальную ставку?

— Во-первых, такой ставки не было. Я никогда не говорил и не делал ничего, что могло бы читаться в адрес одного или другого кандидата. Победа Трампа меня не удивила. Например, когда начался процесс Brexit, в частных беседах я говорил, что это произойдет. Я работал в Лондоне. У меня есть свое восприятие Великобритании. Я говорил: голосование будет иррациональным, потому что зиждется на двух вещах: желании вернуть то, что было раньше — старую добрую Англию, и беспокойстве о мигрантах. Эти два фактора у старшего поколения победили. В случае со Штатами — похожая история. Опросы, которые были перед выборами там — я считаю, что в нынешней политической реальности опросы как таковые следует рассматривать не только с точки зрения науки, а и искусства — показывали, что шансы были приблизительно сбалансированными. Да, я видел политиков, которые в Украине ставили на победу Клинтон. Но это никогда не было линией МИД. Это не так. Это можно отследить по всем публичным месседжам и встречам.Так или иначе, никаких проблем в этом смысле у нас нет. Мы нормально работаем с командой Трампа.

— О Европейском Союзе. В Нидерландах на выборах победили еврооптимисты. Что это означает для будущего ЕС?

— Вот этот результат, на мой взгляд, как раз был очень предсказуем. И он крайне важен для будущего ЕС. Будущая коалиция, вероятнее всего, будет проводить политику единой Европы. Для Украины это хороший сигнал. После окончательной ратификации Соглашения об ассоциации я рассчитываю поехать туда. 

— Когда в вопросе ратификации будет точка?

— Через несколько недель рассмотрение вопроса в комитете, а затем, скорее всего, быстро, будет и ратификация Сенатом. Сомнений у меня нет. 

Что касается будущего ЕС. Сейчас в Евросоюзе обсуждают новые идеи о том, как будет развиваться Союз. И хоть идеи обсуждают сейчас, но решение будет принято после французских и немецких выборов. Рассматриваются разные варианты развития. Я склонен считать, что ЕС станет более дифференцированным союзом: с одной стороны — разноскоростная модель участия стран в европейских событиях, с другой — сетевая модель, когда отдельные страны будут объединяться вокруг неких общих инициатив, совместных проектов в отдельных сферах. И в таком Евросоюзе для Украины будет больше возможностей.

— Как на будущем ЕС скажутся выборы во Франции?

— От результатов выборов во Франции во многом зависит будущее европейского проекта. Но он не перестанет существовать, предположим, если президентом станет Ле Пен. Выглядеть, конечно, будет существенно иначе, с акцентом на то, что условно называется «Европа наций».

— Возможно, мы уже стремимся не в тот союз, который хотели видеть?

— Мы ориентируемся на ЕС, потому что это ценности, которые мы хотим разделять. И это пространство верховенства права. Я многим друзьям в ЕС говорю: в Магдебурге нет памятника Магдебургскому праву. А в Киеве такой памятник есть. На территории Украины в средние века более 200 городов были под этим правом. И это один из элементов, который отличает нас от тех, у кого этого не было.

Я считаю, что сейчас Европа подходит к пониманию, что надо быть готовыми к абсолютно новым вызовам. Не получится удерживать такой же уровень стабильности и благополучия без фундаментальных усилий. Так не выйдет. И многие европейские политики это начинают понимать. Вопрос в том, готовы ли они сказать это вслух. И в этом проблема. 

— Есть ли место Украине в обновленном Евросоюзе? Как нам выстраивать отношения с ЕС?

— В будущем ЕС станет более гибким. Будет пространство для маневров. Будет база из четырех свобод и общих ценностей, но глубина взаимодействия будет различаться. В перспективе в ЕС, и это мое личное мнение, могут появиться сетевые формы взаимодействия, когда отдельные страны будут взаимодействовать глубже, чем другие.

— Чем тот формат интересен Украине? 

— В нем мы будем иметь больше шансов. В странах Евросоюза усиливается позиция, согласно которой Украина являет собой «добавленную стоимость» в сфере безопасности — как понимания угроз, так и способности им противостоять. Этот дух — наш большой плюс. Вопрос безопасности чрезвычайно важен для ЕС. Но это лишь один маленький пример. Вместе мы можем сделать много. Как ни парадоксально, но именно современные вызовы многим в ЕС открыли глаза на то, что Украина может быть частью ЕС. До этого такого понимания не было, потому что все считали нас буфером, априори коррумпированным, без шансов на будущее. Сейчас многое изменилось. 

— Несмотря на некую западную поддержку, Украина фактическиостается одна в войне с Россией. Почему мы не обратимся к нашим ближайшим соседям и союзникам, например к Польше, с просьбой о прямой военной поддержке? Третий год войны, а Украина все ещеопасается спровоцировать Москву?

— Сейчас скажу то, что могу сказать. Это не означает, что я скажу что-нибудь, что не соответствует действительности. Но хочу, чтобы вы правильно поняли: в ответе на этот вопрос я могу сказать не все. 

Так вот. Во-первых, именно в тех условиях, которые сложились сейчас — я не говорю, что это не может измениться завтра или послезавтра — даже наши ближайшие союзники и соседи не будут воевать на нашей территории. Но они понимают, что мы важны для них не только как барьер — это прошло, или частично прошло. Они понимают, что партнерство с Украиной, в том числе в вопросах безопасности, жизненно необходимо для многих из них. И не только для тех, кто граничит с нами.

Во-вторых, вопрос безопасности может выглядеть по-разному. Кто-то может поставлять оружие, кто-то коммуникации, кто-то контрбатарейные системы, а кто-то может помочь усовершенствовать весь наш оборонный комплекс до стандартов НАТО — это то, о чем мы договорились с Польшей.

В-третьих, Украина неизбежно идет к формату, в котором наша страна будет выступать элементом логики восточного фланга НАТО. Какие-то вещи произойдут раньше, какие-то — позже. Но это неизбежно. Теперь уже неизбежно. 

— Тем не менее, мы все понимаем, в любой момент войска, которые Россия держит как на оккупированных территориях в Украине, так и на границе, могут пойти вперед. В таких условиях союзники помогут Украине или будут наблюдать?

— Ключевое, что я сказал: по состоянию на сегодня и в сегодняшних условиях за нас воевать не будут. А помогать – безусловно, да. 

— Ведем ли мы переговоры на случай продолжения вторжения российских войск?

— Мы ведем переговоры на случай всех возможных сценариев российских действий. Вдаваться в детали в рамках публичного интервью я умышленно не буду.
Каждый агрессивный шаг РФ — признание документов террористов, какие-то бумажки о признании границ, другие провокации — это московский сценарий, а не случайность. Мы это прекрасно пониманием. В том числе реалистично оцениваем все эти так называемые учения в РФ «Запад — 2017». Все возможные сценарии мы прорабатываем вместе с нашими партнерами на Западе.

— Будапештский формат. Есть ли перспектива в многосторонних переговорах о юридически обязывающих гарантиях безопасности для Украины?

— Кто-то всерьез считает, что Россия не нарушит юридические гарантии? Она уже нарушила все возможные принципы и международные договоренности: устав ООН, Хельсинский акт, конвенции, по которым мы сейчас судимся с ними в Гааге. Сами по себе гарантии могут иметь смысл только в логике системы безопасности вроде НАТО, либо двухсторонних, либо региональных договоренностях о прямой военной помощи. 

И что я вам могу сказать точно — Украина больше не будет никаким мостом между ЕС, НАТО и Россией. Тем более мостом, по которому хотят бегать разные большие звери.

— До безвизового режима осталось недолго. Но есть очень много мифов вокруг этого вопроса. Опишите кратко, как это будет выглядеть для украинского гражданина — что он должен будет сделать, чтобы попасть в страны Евросоюза?

— На самом деле мы должны честно говорить об этом. Потому что то, насколько эффективно будет работать безвизовый режим — зависит от каждого из нас. 

— Разве не от вас?

— Да, но и от каждого гражданина Украины. И вот почему. Механизм приостановления безвизового режима имеет четкие критерии. Представьте себе, что на первых этапах реализации безвизового режима кто-то начнет его нарушать. Например, попробует остаться в странах Шенгенской зоны больше 90 дней. Если таких случаев будет несколько — это одно дело. Если их будут тысячи — попробуйте представить, как будут относиться к украинцам.

Когда-то мы вели переговоры о малом приграничном движении. Тогда было много опасений, что украинцы поедут не на 30 км, а на 330 км, и искать их придется в Вене, Берлине и так далее. Случаи нарушения действительно были, но они были единичными. То есть, у нас уже есть определенный опыт, который вселяет оптимизм.
Но нарушения могут быть. Например, если кто-то начнет неправильно использовать безвизовый режим для подачи заявлений о получении убежища. И такое может быть. И это тоже создаст проблемы для безвизового режима. 

Сейчас к Украине вопросов со стороны ЕС уже нет. И каких-то особых опасений тоже нет, особенно после внедрения механизма приостановления. Но если мы будем использовать безвизовый режим честно — процесс проезда будет очень эффективным. 

Конечно, когда вы дадите свой биометрический паспорт, могут спросить вас о цели поездки, могут еще какие-то вопросы задать. Но если в целом граждане Украины не будут создавать проблем для Европейского Союза, то и вопросов этих будет меньше.
Если нарушений будет много не в масштабах ЕС, а в масштабах конкретных стран, то это может привести к проблемам. Поэтому мы должны, если хотите, ответственно отнестись к безвизовому режиму. Этот режим — уникальная штука с точки зрения коммуникации людей. 

— Как выглядит идеальный вариант?

— На раннем этапе безвизовый режим должен работать без проблем. Разумеется, когда вы едете в страны Шенгена, у вас, как правило, есть билет, могут спросить о цели вашей поездки. Но никаких справок, которые сейчас все вынуждены нести в посольство для получения визы, не будет. Весь этот ворох документов не понадобится. Понадобится биометрический паспорт. По старому паспорту не пройдете. 

Если посмотреть историю безвизовых отношений с другими государствами, то после определенного времени он начинает нормально функционировать. Но давайте честно скажем: мы видели проблему имплементации безвизового режима с некоторыми странами Балкан. Проблемы были. И ЕС знает, какие проблемы были. И нас будут мониторить: первые полгода-год. Если мы будем придерживаться правил — режим станет абсолютно эффективным. И если все будет хорошо, то о цели поездки будут спрашивать, допустим, одного человека из сотни, или одного из двухсот. А если все будет плохо, то могут спрашивать чаще. Это менеджмент процесса, который необходим для того, чтобы шенгенское пространство было безопасным.

— Как часто вам приходится слышать от своих западных партнеров о проблеме коррупции в Украине?

— Часто приходится, безусловно. Коррупцию вспоминают как проблему номер один. И реформирование всей системы верховенства права. Я считаю, что если мы не достигнем фундаментального прогресса в этом направлении, все наши достижения, включая экономические реформы, не дадут результата.

Мы часто с коллегами обсуждаем проблему инвесторов. Многие не приходят в Украину не потому, что у нас сложно работать. Во многих странах сложно работать. Проблема в другом — правовом статусе инвестиций. Увы, истории с тем, что инвестиции через подкупленных судей переходили из одних рук в другие — вот что самое страшное для инвестора. Не сложности в ведении самого бизнеса, а беззащитность перед коррумпированной судебной системой. Вот это то, что мы должны решить немедленно.

— Если говорить о последних событиях, которые обсуждает вся страна — это дело Насирова и процессы вокруг НАБУ в части аудита. Европейские дипломаты ходят на заседания комитетов, чтобы проконтролировать прозрачность происходящего, пишут письма депутатам, выступают с заявлениями. В ответ депутаты президентской фракции БПП упрекают дипломатов Запада в том, что те якобы вмешиваются во внутренние дела Украины. Вы тоже так считаете?

— Я так не считаю. Я считаю, что нам помогают. И лучше бы помогали еще больше. Нам нужно еще больше усилий и помощи для того, чтобы запустить антикоррупционное движение по-настоящему на полную мощь. Я всем привожу в пример Румынию, где более тысячи чиновников посадили за решетку за коррупцию. А руководитель антикоррупционного бюро Румынии [Лаура Ковеси] является настоящей народной легендой. Мы должны стремиться к такому же уровню искоренения коррупции в нашей стране. 

Я считаю, что НАБУ нам надо значительно усилить. Но одного НАБУ не хватит. Нам жизненно необходим эффективный судебный элемент — антикоррупционный суд, который будет достаточно независим, чтобы принимать решения. Иначе у нас ничего не изменится.

Судебная система — наша ключевая проблема. Нам необходимо ее перезагрузить. Но мы все прекрасно понимаем, что в реальном времени ее не перезагрузить. Во всяком случае, это не удастся сделать так быстро, как того требуют обстоятельства. Поэтому наш выход — антикоррупционный суд.

— Но что делать с депутатами коалиции, которые думают не так, как вы? Например, они считают, что та кандидатура аудитора для НАБУ от Рады, которую поддержали ЕС и США в лице Сторча — плохая, неподходящая. И БПП совместно с НФ хотят свою кандидатуру — Брауна. Выглядит так, что власть хочет взять НАБУ под контроль. Этим создается конфликт с Западом, который потратил немало сил, чтобы создать бюро. Возможно, депутатам не хватает вашего мнения?

— Я со многими это обсуждал, кстати говоря. Но, во-первых, этот первый аудит, конечно, будет важным. Но не стоит преувеличивать его значимость. Мы слишком много внимания уделяем этому. Я считаю, что надо больше внимания уделить непосредственной помощи НАБУ, усилению Бюро и всей системы.

 

— Да, Запад почти буквально требует усиления НАБУ. Штат в 150 человек — это как управление СБУ в какой-нибудь из областей. Кроме того, совсем недавно США в очередной раз призвали дать НАБУ возможность вести самостоятельную прослушку. Ведь доходит до парадоксального: НАБУ обращается в СБУ, чтобы организовать прослушку за сотрудником СБУ, а сотрудник СБУ по телефону после этого начинает говорить о том, что его слушает НАБУ — это реальная история. 

— Я не очень верю в то, что прослушка даст много. Все-таки реально люди по телефону мало что обсуждают. Тем не менее, моя позиция состоит в том, чтобы НАБУ помочь получить возможность максимально эффективно работать. Мы должны это сделать. И второе — создать судебную антикоррупционную структуру. Если у нас будет только НАБУ, то дела, переданные ими в нынешние суды, будут так и оставаться лишь бумагой, с которой нужно работать далее. 

Возвращаясь к вашему вопросу о вмешательстве, то, я считаю, что на протяжении ближайших лет нам понадобится очень много помощи США, Европейского Союза и G7. Нам без этой помощи не обойтись. И дальше нам ее понадобится еще больше, чем есть сейчас. Особенно в сфере борьбы с коррупцией и перезагрузки судебной системы. 

— Многие считают, что за процессами в парламенте вокруг аудита НАБУ стоит непосредственно президент Порошенко, который руками БПП пытается создать каналы влияния на НАБУ, и Арсений Яценюк, который руками Народного фронта ему помогает. Якобы президент не слишком заинтересован в том, чтобы у НАБУ оставалась та степень свободы, которая есть сейчас, и которая позволяет открывать дела на главу ГФС, например. Вы обсуждаете тему НАБУ с президентом? Обсуждали с ним реакцию Запада на процессы вокруг НАБУ?

— Конечно, тему поддержки антикоррупционной системы мы обсуждаем. Не единожды и в разных форматах. Но только в контексте того, как мы можем с нашими партнерами помочь антикоррупционному процессу.

Поймите правильно. Понимание происходящего абсолютно трезвое. Если мы всю систему не изменим, то изменить коррупционные правила, по которым сейчас живет общество, не получится.

— Со стороны выглядит так, что президентская фракция добавляет вам работы.

— Поверьте, в президентской фракции есть абсолютно разные люди и мнения. И не только те, о которых вы говорите. И так во всех фракциях. Я общаюсь с депутатским корпусом.

— Возможно, есть смысл пообщаться с фракциями коалиции по последним проблемам? 

— Я это постоянно делаю и по разным темам.

— А с президентом?

— Я скажу простую вещь. Если мы серьезно считаем, что хотим победить в борьбе с Россией, то единственный шанс это сделать — кардинально изменить страну, сделать Украину государством, которое победит коррупцию. За почти три года было много реформ. Но ключевая — в процессе. Наша цель — изменить правила. Без антикоррупционной системы мы останемся там, где мы есть.

— Хорошо, не будем конкретизировать имена и должности. Давайте представим, что кто-то решит саботировать антикоррупционный процесс. Допустим, возьмет под контроль НАБУ, либо добьется проведения нового конкурса на директора, который будет длиться месяцами, либо внедрит такие антикоррупционные суды, в которых в той или иной степени заложит контроль над этими судьями — что тогда будет со всем прозападным курсом Украины, отношениями с нашими союзниками, отношениями с МВФ?

— Вопрос теоретический. Но ответ простой: если мы остановим процесс борьбы с коррупцией, это приведет к фундаментальному изменению ко всем украинцам, ко всем нам. Не будет иметь значения, кто там, в какой фракции имеет какое мнение. 

— Именно это очень многих настораживает. Ведь если это произойдет — все жертвы, которые понесла Украина за эти годы, будут напрасны.

— Сейчас к нам в целом очень позитивное отношение. Да, все прекрасно понимают на Западе, что мы не идеальны. Тем не менее, мы делаем реформы — иногда сами, иногда с помощью, скажем так, стимулов. Но даже тот прогресс, который есть — он уникален. Это все признают. Но если мы сейчас остановимся, если мы решим, что мы не хотим дальше меняться, что нас вот уже все устраивает и усиливать борьбу с коррупцией не стоит — мы потеряем шанс на будущее, на государство, на победу. И это отвернет от нас всех, кто нам сегодня помогает выстоять. 

Конечно, я верю в то, что этого не случится, что разворота назад не будет, и мы продолжим путь реформ и борьбы с коррупцией. Да, многие хотят ослабить процесс, сохранить себе индульгенцию на коррупцию, многие хотят оставить себе какие-то щели. Но так не будет. Мы пойдем до конца и поменяем систему на модель устойчивой демократии. Просто кто-то все еще считает, что это игры. Но мы слишком важная страна, чтобы нас можно было бросить на полпути. Сейчас у нас есть шанс, что западный мир примет нас как своих — и я говорю не просто о каких-то отдельных политиках, реформаторах и гражданах, я говорю о стране в целом. Нас уже воспринимают как своих. Но если мы сейчас позволим этому процессу остановиться — все, до свидания, все закончится моментально, и все будет зря.

— О ваших взаимоотношениях с президентом. Принято считать, что Порошенко подменяет собой МИД. Это действительно так? Президент часто вмешивается в вашу работу?

— Главный ответственный за внешнюю политику в Украине — президент. В условиях войны это абсолютно правильно. В этих условиях должна быть команда, которая имеет одно видение и одно понимание того, как это видение реализовать. Возможно, в будущем ситуация будет другой. Но на войне работает только эта логика. 
Президент, на самом деле, не только не вмешивается, но он доверяет гораздо больше, чем многие считают. У меня контакт с президентом 24 часа в сутки семь дней в неделю. У меня есть возможность в режиме реального времени предоставить президенту свое видение и внести свои предложения, получить необходимые ответы. В нашем деле время играет роль.

— Вы способны сказать президенту: «нет, это плохое решение»?

— У нас бывает много дискуссий. По самым разным вопросам. И мнения часто не сходятся. Вот эта абстрактная мысль, которую я часто читаю, что никто не спорит с президентом — это не так. Достаточно побывать на совещании, которые бывают двух типов: структурные с повесткой дня и по пунктам, по которым надо пройтись — так работает военный кабинет; брейнсторминговые, когда мы без строгой структуры в живом обсуждении между собой пытаемся найти правильные модели решения тех или иных проблем.

— Кто сейчас входит в военный кабинет?

— Это вариант обсуждения текущих вещей. Входят военные, спецслужбы, секретарь СНБО. Это отличная форма обсуждений между заседаниями СНБО. Президент может пригласить на них тех, кто нужен — в зависимости от ключевого вопроса. Например, президент может пригласить пограничников, может пригласить отдельных министров правительства.

— Как принято решать важные вопросы внешнеполитического характера: вы собираетесь вместе с президентом в здании АП, приглашаете Елисеева, решаете все вдвоем или как этот происходит?

— Единого рецепта нет. Есть разные вопросы и это всегда зависит от того, какая тема.

— Ну вот недавно Евросоюз и США выступили с совместным заявлением касательно антикоррупционных процессов в Украине. Как в этом случае происходит — вы звоните президенту, что есть серьезная тема для обсуждения, он вам звонит и спрашивает?

— Это все обсуждается на совещаниях. Но когда мы собираемся, то, как правило, обсуждаем сразу несколько вопросов. Когда нет возможности, а вопрос требует деталей и касается чувствительных тем — есть защищенная связь. 

— Недавно из российских СМИ стало известно, что президент Порошенко вел прямые переговоры с Путиным. В АП были вынуждены эту информацию подтвердить. Хотя где-то за неделю до публикаций в россСМИ я обращался в АП и просил ответить на вопрос, было ли общение с Путиным. Вам не кажется, что это весьма странно, когда Украина узнает о переговорах своего президента из СМИ страны, с которой у нее война?

— На самом деле, было два разговора. Я знаю содержание обоих. Во-первых, обсуждать вопросы политических заключенных и прекращения огня лучше в двухстороннем формате, потому что все решения принимает руководство Кремля. Во-вторых, в рамках этих разговоров ничего другого не обсуждалось. В-третьих, лично я считаю, что если каждый факт переговоров не предавать огласке, то эти факты могут быть использованы Россией в собственных целях.

Например, Лавров на последней встрече министров нормандского формата пытался этим спекулировать. Он говорил: ну, а что такого происходит, ведь президенты-то общаются, вроде бы эти разговоры нормальные. В ответ я сказал, почему эти разговоры ведутся, почему их можно считать «нормальными» только в кавычках. Но я с вами согласен. Россия умышленно спекулирует такими фактами — главным образом, в общении с нашими западными партнерами.

— Это было решение президента — умолчать об этих переговорах? Или ему кто-то посоветовал? Ведь это решение выглядит абсурдно: как можно считать, что Москва не воспользуется таким информационным поводом.

— Не могу ничего утверждать по этому поводу, кроме того, что моя дипломатическая карьера, весь мой опыт говорит об одном: России доверять нельзя. 

— Неужели президент считает иначе?

— Не думаю, что он считает иначе. Но я могу объяснить это тем, что вопросы политических заключенных — очень щепетильная тема, которую Россия не хочет обсуждать и предавать огласке. Нам необходимо достичь результата. Возможно, логика была в том, что дав сообщение о переговорах, мы могли бы навредить освобождению украинских граждан. Я так вижу это. Но, к сожалению, потом Россия эти вещи пытается перекрутить и использовать. 

— Эти два разговора с Путиным были только о заложниках?

— Только политические заключенные, заложники и некоторые вопросы прекращения огня. Но первый вопрос – главный. 

— О ваших деньгах. Если верить вашей электронной декларации, то вы один из самых скромных министров в правительстве. Но ваша жена зарабатывает примерно в два раза больше, чем вы. Чем она занимается? И есть ли у вашей семьи какой-то бизнес?

— Во-первых, это изменилось. Министрам зарплату увеличили и мы сейчас с ней выровнялись. Она работает в Администрации президента. И поскольку она дипломат, то работать под моим руководством она не может — это, кстати, очень жаль. Если поговорите тут в министерстве — лучше не надо, конечно — то узнаете, что мы в чем-то очень необычная семья, потому что мы продолжаем обсуждение многих вопросов дома. И это, увы, реальность. Бизнеса у нас нет — ни отдельного у кого-то, ни совместного.

— Что меня удивило, так это то, что при достаточно скромных доходах семьи у вас достаточно много наличных денег — $100 тысяч, почти€100 тысяч. Откуда такие суммы и почему наличными?

— Ответ простой. Мы, как дипломаты, получали эти деньги за рубежом. Я работал за рубежом три раза, жена тоже трижды. Сейчас мы меняем систему, прорабатываем, чтобы, когда у тебя есть счет, который позволяется иметь дипломату, потом просто легально при возвращении в Украину просто перевести деньги на счет в какой-либо украинский банк. Но поскольку это было достаточно давно, то все эти деньги просто приехали в Украину. Но, конечно, на фоне того, что происходит, на фоне скепсиса в отношении банковской системы, деньги в банк мы не внесли. Но сейчас у нас уже есть такая идея. Выберем один-два банка, разделим риски и попробуем.

— Новую электронную декларацию заполнили?

— Как раз буду на следующей неделе. Правда, у меня мало что изменилось. Хотя, конечно, если вспомнить, что я, как министр, начинал с того, что получал на руки 5000-6000, то сейчас, конечно, это совсем другая сумма. Я вообще считаю, что пока что министры — это в большей степени политики. Но что касается, например, депутатов и топовых чиновников, то зарплаты должны быть значительно выше. Иначе у НАБУ всегда будут клиенты.

Ліга, Міністр закордонних справ України, Павло Клімкін

США не готовы к войне с Россией — Российская газета

По мнению Макгрегора, администрация президента США Джо Байдена либо плохо понимает реальный расклад сил в регионе, либо, «встав в позу», делает голословные агрессивные заявления лишь бы поддержать милитаристскую риторику. При этом, считает автор, в свете вероятного конфликта подобного масштаба, Белый дом не удосуживается делать даже элементарные вещи, вроде попытки объяснить американскому народу, с какой целью Вашингтон поддерживает милитаристские устремления Киева и за что потенциально должны умирать американские военнослужащие. Отставной полковник убежден, что администрация Байдена, готова втянуть американский народ в драку, к которой США не готовы.

Макгрегор считает, что конфликт США и НАТО с Россией может быть неизбежен. «Он [конфликт] становится таковым, поскольку резкие угрозы Киева разрешить кризис на востоке Украины силой оружия [сочетаются] с отказом Вашингтона признать, что Москва действительно имеет законные интересы национальной безопасности на востоке Украины. Не менее тревожно и то, что президент не видит особых причин, по которым он должен объяснять американскому народу, почему готовность Вашингтона поддержать применение силы Киевом против России имеет стратегический смысл для Америки», — пишет автор.

По оценкам отставного полковника, военное преимущество России, вероятнее всего, приведет к победе Москвы над Киевом. И в этой ситуации администрация Байдена и союзники по НАТО, выполняя обещания защитить Киев, могут поддержать Украину наземной, воздушной и морской группировками войск. Однако, считает Макгрегор, сухопутные силы армии и морской пехоты США в Европе слишком слабы, чтобы вмешаться, даже если они будут своевременно усилены бронетанковыми бригадами.

Участие американской и натовской авиации полковник также ставит под вопрос, поскольку США и союзникам неизвестно, насколько эффективна российская система ПВО и РЛС в реальных боевых условиях.

«Некоторые из новейших систем противовоздушной обороны, такие как российский С-500, настолько мощны, что многие чиновники Министерства обороны США в частном порядке опасаются, что даже такие боевые самолеты, как F-22, F-35 и B-2, рискуют быть уничтоженными, если они попытаются проникнуть в российское воздушное пространство», — пишет Макгрегор.

Вероятность использования ядерного оружия в этом конфликте отставной полковник считает низкой и то, лишь в случае ответной реакции Москвы на применение Вашингтоном так называемого «тактического ядерного оружия». Макгрегор предупреждает, что эскалация конфликта до этого уровня со стороны США угрожает зловещими последствиями уже для всей нашей планеты.

В завершение текста Макгрегор констатирует, что в окружении Байдена и в его администрации просто нет взрослого и адекватного человека, который сказал бы «нет» на подобную военную авантюру.

вступив в войну с Россией на стороне Украины, США обрекут мир на «ядерный холокост» — ИноТВ

Обострение напряжённости в российско-украинских отношениях и амбиции некоторых вашингтонских политиков могут привести к войне в Европе, предупреждает ведущий Fox News Такер Карлсон. По мнению экс-конгрессмена США Тулси Габбард, если Джо Байден не положит конец «новой холодной войне», ядерная война с Россией и гибель миллионов людей — лишь вопрос времени.

Пока мы здесь, в Соединённых Штатах, спорим о (гендерных. — ИноТВ) местоимениях и гадаем, почему деревянный брус два на четыре дюйма теперь стоит девять долларов штука, в Европе разворачивается настоящая драма. Градус напряжённости между Украиной и Россией давно не был так высок. И у нас складывается впечатление, что некоторые политические элементы — в основном в Демократической партии, но не только — хотели бы видеть войну в Европе. Что это? И в какой степени это должно беспокоить нас?

Большое внимание этой теме уделила Тулси Габбард, бывший конгрессмен от штата Гавайи. Мы рады, что сегодня она с нами. Большое спасибо, что пришли, госпожа конгрессмен!

ТУЛСИ ГАББАРД, бывший конгрессмен США: Спасибо, Такер.

Этот конфликт движется к войне? Есть ли в правящей элите нашей страны те, кто желал бы этого? Как по-вашему?

ТУЛСИ ГАББАРД: Дело движется в очень опасном направлении. И вопрос для американского народа звучит так: готовы ли мы вступить в войну с Россией на стороне Украины? Нам надо понять, что такая война обойдётся нам дороже, чем мы можем себе представить. Потому что это не такая война, которая… Это будет происходить не с кем-то другим, где-то на другом конце мира…

Верно.

ТУЛСИ ГАББАРД: Нет, это напрямую скажется на мне, на вас, Такер, на каждом из ваших зрителей и на всех, кто нам дорог. Эта война — не игра! Это война, в которой не будет победителей. Потому что тысячи единиц ядерного оружия США нацелены на Россию. И у России есть тысячи единиц ядерного оружия, нацеленных на нас и способных ударить по любому американскому городу менее чем за полчаса.

И потери от этого понесём мы все, это будет мучительная смерть и страдания, о каких мы даже не можем помыслить. Сотни миллионов людей будут умирать и мучиться, видя, как с их костей обгорает плоть. Это даже представить себе невозможно! И это цена, которую заплатим мы все.

Чего ради нам вообще помышлять о войне с Россией? Искренний вопрос.

ТУЛСИ ГАББАРД: Это то, чего нам не следует делать. Именно по этим причинам…

Да.

ТУЛСИ ГАББАРД: Если посмотреть на последствия ядерной войны, это на самом деле конец мира, каким мы его знаем. И наше руководство должно понимать, что последствия таковы, и отнестись к ним серьёзно.

Вот почему президенту Байдену, вместо того чтобы и дальше усугублять напряжённость и продолжать эту новую холодную войну между США и Россией, надо разрядить напряжённость, снизить накал страстей и сосредоточиться на окончании этой новой холодной войны.

Потому что, если он этого не сделает, вопрос будет уже не в том, вступим ли мы в войну с Россией и закончится ли эта война ядерным холокостом, а лишь в том, когда это произойдёт. И если мы не сойдём с того пути, по которому идём сейчас, всё это может произойти гораздо раньше, чем мы все думаем.
Я просто поражён масштабом событий, которых мы все не замечаем. И даже те, кому платят деньги за освещение таких вещей. Особенно эта тема… И я признателен вам за то, какую ясную и мудрую оценку вы дали происходящему. Это нечто ужасающее. Спасибо! С нами была Тулси Габбард из штата Гавайи. Мы вам признательны.

ТУЛСИ ГАББАРД: Вам спасибо.

Дата выхода в эфир 12 апреля 2021 года.

Великобритания упрекает США и готовится к войне с Россией

Выходя из договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, США подставляют под удар своих европейских союзников по НАТО, считают опрошенные ФАН политологи, аналитики и журналисты.

Маневры Британии

Вооруженные силы Великобритании начнут отрабатывать маневры по рассредоточению авиации в связи с существующей вероятностью развертывания Россией крылатых ракет в Калининградской области. Об этом заявил начальник штаба ВВС Соединенного Королевства Майкл Уигстон.

«Мы будем учиться рассредоточению», — заявил военачальник, добавив, что в случае размещения крылатых ракет РФ в Калининградской области Великобритания «будет находиться в радиусе» поражения.

В связи с этим Великобритания собирается проводить учения по рассредоточению авиации, в рамках которых планируются посадки самолетов на гражданские аэродромы и участки автомобильных трасс. Уигстон считает, что подобные маневры отрабатывались в королевских ВВС еще во времена холодной войны.

Упрек в сторону США

Политолог Владимир Карасев считает, что в словах Уигстона звучит серьезный упрек в адрес Соединенных Штатов. Он словно жалуется на то, что теперь, когда американцы Великобританию не защищают, они вынуждены защищать себя сами.

«Поразительно, что он свою стратегию развития ВВС Британии будет строить исходя из бомбежки Перл-Харбора во время Второй мировой войны. Это просто невероятный непрофессионализм! Осталось заявить, мол, я смотрел кино про Перл-Харбор и теперь мы будем учиться рассредоточению. С такими начальниками ВВС британцы, конечно, «далеко уйдут». И главное: каким образом учения о рассредоточении британских ВВС повысят их шансы на спасение на случай атаки? При атаке самолеты должны подниматься в воздух, а британцы собираются свои самолеты прятать? Очень интересная тактика», — пояснил Владимир Карасев.

Британия готовится к войне

Кандидат исторических наук, главный редактор журнала «Архонт» Антон Бредихин отметил, что Лондон готовится к войне. Холодной или горячей. При этом враг обозначен — это Россия.

«Не удивлюсь, если британские учения пройдут на территории стран бывшего СССР. Уигстон хоть и артикулирует фактами Второй мировой и холодной войны, но рассчитывать сценарии будут исходя из нынешних реалий. И вполне скоро британские военные самолеты будут садиться на дороги не только Таллина и Вильнюса, но и Киева с Тбилиси. Думаю, Москве четко дают понять: будут новые договора по сдерживанию вооружения или нет, Запад все равно будет отрабатывать военные действия против нашей страны», — пояснил Антон Бредихин.

Лондон не ценит мирное небо

Политический аналитик, публицист Юрий Голубь заметил: изначально было совершенно очевидно, что, выходя из договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, США подставляют под удар своих европейских союзников по НАТО. Сейчас только добрая воля российского руководства, соблюдающего мораторий на размещение ракет, позволяет англичанам и прочим европейцам чувствовать себя в относительной безопасности.

«Но, как мы видим, нервничать все же приходится. Мирное небо — роскошь, которую Великобритания, судя по непрекращающейся антироссийской риторике, так и не научилась ценить. В результате приходится думать, как избежать возможного Перл-Харбора. Разумеется, никакие учения не избавят британцев от дамоклова меча. Единственный выход — прекратить политическое давление на Москву. Но этот путь закрыт трансатлантической солидарностью, с точки зрения которой поставить на кон жизни миллионов людей — раз плюнуть», — заключил Юрий Голубь.

Ранее эксперты выразили мнение, что Великобритания, затевая войну в Черном море, может серьезно пожалеть. Британцы настроены на повторение провокаций вроде той, которую их эсминец устроил у берегов Крыма.

Коммандос ВВС отрабатывают новые операции на аэродроме

  • Военные США готовятся к потенциальному конфликту из-за сильного противника, а именно России и Китая.
  • Частью этой подготовки является поиск способов распределения сил, чтобы они могли продолжать действовать в случае начала боевых действий.
  • Для ВВС это означает использование новых аэродромов, и их специальные операторы имеют решающее значение для этого.
Идет загрузка.

В конфликте с соседней державой, такой как Китай и Россия, американские вооруженные силы столкнутся с проблемой из-за размера арсенала их соперников и дальности их вооружения.

Китай сейчас рассматривается как «шагающая угроза» США, и сам масштаб его численности и арсенала требует разумного распределения сил, чтобы избежать кошмарного сценария, в котором один удар уничтожает большое количество войск или оружия.

Итак, ВВС готовились рассредоточить свои силы на нетрадиционных, а иногда и импровизированных аэродромах. Решающее значение в этой подготовке сыграли силы специальных операций ВВС.

Воздушные коммандос Америки

Десантники ВВС США садятся на вертолет армии США CH-47F после учений на аэродроме Баграм в Афганистане, 14 марта 2018 года.ВВС США / Тех. Сержант. Грегори Брук

Как воздушный компонент Командования специальных операций США, Командование специальных операций ВВС обеспечивает воздушный транспорт; непосредственная авиационная поддержка; точный удар; а также возможности разведки, наблюдения, глобального доступа и разведки для подразделений специальных операций.

AFSOC также наблюдает за высококвалифицированными боевыми коммандос, которые присоединяются к другим командам специальных операций, объединяя воздушные и наземные силы.

Эти боевые коммандос работают в четырех основных сферах карьеры: параспасатели, которые являются элитными медиками и специалистами по восстановлению личного состава; Боевые диспетчеры, которые координируют операции на аэродроме и непосредственную авиационную поддержку; Летчики отряда тактического управления воздушным движением, спецназовцы, специализирующиеся на нанесении авиаударов; и Операторы специальной разведки, новейшее направление карьеры, специализирующееся на разведке и сборе разведданных.

Хотя они являются важной частью SOCOM, их часто упускают из виду, поскольку они поддерживают другие подразделения специальных операций.Боевые диспетчеры и параспасатели часто прикрепляются к взводам морских котиков или отрядам армейского спецназа. Они работают в своих командах, но не так часто.

AFSOC также активен в воздухе. Он эксплуатирует несколько вертолетных и неподвижных платформ, таких как транспортный самолет MC-130 Commando II, боевой вертолет AC-130 Spooky, самолет с поворотным винтом CV-22 Osprey и дрон MQ-9 Reaper.

Ветры перемен

C-146A Wolfhound готовится к посадке на шоссе в Алпене, штат Мичиган, 5 августа 2021 года.ВВС США / Master Sgt. Скотт Томпсон

Air Commandos недавно провели уникальные учения, отражающие изменение взглядов на военные операции.

Во время учений Northern Strike 21 на севере Мичигана в начале августа воздушные коммандос способствовали первой посадке современного самолета на шоссе общего пользования США. Целью было подготовить пилотов и спецназовцев к импровизированным операциям в суровых локациях.

Во время учений воздушные коммандос отрабатывали проникновение и охрану шоссе, а затем превращали его в аэродром.

Самолеты А-10 и С-146А затем приземлились и взлетели с проезжей части. В реальном сценарии, особенно во время экспедиционных операций, аэродром, превращенный в шоссе, в идеале должен быть близко к линии фронта, чтобы обеспечить быструю и точную материально-техническую и непосредственную поддержку с воздуха для обычных войск и войск специальных операций.

«Мы работаем над концепцией гибкого боевого применения, которая в основном делает войска более гибкими, более маневренными и создает проблемы для наших противников в различных условиях», — лейтенант.Полковник Джефф Фальконе, воздушный коммандос, отвечающий за учения, сообщил в пресс-релизе «».

«Это также увеличивает выживаемость американских войск, поскольку мы можем перемещаться в более непредсказуемые места для пополнения запасов, дозаправки или чего-то еще, что нам может понадобиться», — добавил Фальконе.

Помимо боевых диспетчеров, которые осуществляли управление воздушным движением, параспасатели находились в резерве для оказания медицинской помощи силам на шоссе и вблизи него, как и во время реальной операции.

A-10 приземляется на шоссе в Алпене, штат Мичиган, 5 августа 2021 года. ВВС США / Master Sgt. Скотт Томпсон

Военные США не единственные, кто готовится к таким непредвиденным обстоятельствам.Тайваньские военные используют самолеты на специально спроектированной общественной автомагистрали в рамках учений, имитирующих защиту от китайского вторжения.

Во время такого вторжения китайские военные уже будут знать, где находятся военные и гражданские аэропорты Тайваня, и соответственно нацелить их. Проведение воздушных операций в нетрадиционных суровых условиях затрудняет врагу нацеливание на ваш самолет.

Операции на аэродроме «хлеб с маслом» для боевых диспетчеров, — сказал Insider бывший боевой диспетчер.

«Люди часто ошибочно думают, что наша единственная работа — сидеть рядом с командующим сухопутными войсками SF [армейского спецназа] или [военно-морского флота] SEAL и наносить авиаудары по плохим парням, но на самом деле это очень небольшая часть нашей работы, «бывший диспетчер сказал, добавив, что не все боевые диспетчеры квалифицируются как совместные диспетчеры оконечных атак, что позволяет им вызывать авианалеты

» Основным аспектом нашей работы является эксплуатация аэродромов — определение, оценка, маркировка и управление аэродромами, часто в суровых условиях.Мы первые, кто создает условия для последующих сил. Чтобы добраться до этого места, нужны годы обучения «, — добавил бывший боевой диспетчер.

Это учение в Мичигане показало, что AFSOC адаптируется к новым вызовам конкуренции великих держав.

Генерал-лейтенант Джеймс Слайф, командующий AFSOC, ранее в этом году признал, что воздушные коммандос должны адаптироваться и развиваться, чтобы оставаться актуальными, назвав текущий период «переломным моментом» для командования.

ACE и FARP

F-35 ожидают дозаправки от C-130J во время обучения Agile Combat Employment на Северо-Западном месторождении на Гуаме, 16 февраля 2021 года. ВВС США / старший летчик Джонатан Вальдес Монтихо

Например, в войне с Китаем, вместо того, чтобы полагаться на группу F-35 — две эскадрильи с примерно 50 самолетами — для работы с большого острова, ВВС развернут одну эскадрилью или даже полэскадрилью на одном из островов. остров поменьше.

Agile Combat Employment, или ACE, и передовые точки вооружения и дозаправки, или FARP, не совсем новые операции, но AFSOC вкладывает в них больше инвестиций, поскольку напряженность в отношениях с Россией и Китаем возросла.

ACE нацелена на то, чтобы более крупные военно-воздушные силы оперативного уровня могли действовать в составе более мелких подразделений тактического уровня в случае близкого к конфликту конфликта. Делая это, ВВС усложняют противнику нацеливание на их самолеты и личный состав.

ACE операции также делают ее более непредсказуемой и, следовательно, более эффективной силой.

Летчики специальных операций заправляют F-22 от MC-130J во время учений передового пункта дозаправки на Аляске, 30 января 2020 года.ВВС США / штаб-сержант. Ридж Шан

самолетов F-35 провели именно такие учения в начале этого года, перебравшись со своей главной базы на Аляске на главную базу США на Гуаме, откуда они были передислоцированы на строгий аэродром на небольшом островном государстве Палау для дозаправки.

FARP идет рука об руку с ACE. Самолеты необходимо дозаправлять и перевооружать, где бы они ни находились, особенно если им необходимо в короткие сроки развернуться на удаленных и суровых базах.

«Nightstalkers» 160-го авиационного полка специальных операций армии США и сообщество специальных операций США в целом десятилетиями использовали FARP для поддержки операций на недружественной территории или в тылу врага. В начале 2020 года авиаторы Special Tactics впервые отработали заправку истребителей в условиях сильного холода Аляски.

Ставрос Атламазоглу — журналист по вопросам защиты, специализирующийся на специальных операциях, ветеран греческой армии (национальная служба в 575-м батальоне морской пехоты и армейский штаб) и выпускник Университета Джона Хопкинса.

Следующая крупная война будет «совсем другой», говорит министр обороны США.

Министр обороны США Ллойд Остин наблюдает за совместной пресс-конференцией с Генеральным секретарем НАТО Йенсом Столтенбергом и госсекретарем США Энтони Блинкеном после встречи после США объявили о выводе всех своих войск из Афганистана к 11 сентября 2021 года в штаб-квартире НАТО в Брюсселе, Бельгия, 14 апреля 2021 года. REUTERS / Johanna Geron / Pool

ВАШИНГТОН, 30 апреля (Рейтер) — Соединенным Штатам необходимо подготовиться Министр обороны Ллойд Остин заявил в пятницу в своем первом значительном политическом выступлении в отношении потенциального будущего конфликта, мало напоминающего «старые войны», которые давно охватили Пентагон.

Остин призвал использовать технологические достижения и лучше интегрировать военные операции в глобальном масштабе, чтобы «быстрее понимать, быстрее принимать решения и действовать быстрее».

«То, как мы сражаемся в следующей крупной войне, будет сильно отличаться от того, как мы сражались в прошлые войны», — сказал Остин во время поездки в Тихоокеанское командование США, базирующееся на Гавайях.

Остин прямо не упоминал таких конкурентов, как Китай или Россия. Но его замечания прозвучали в тот момент, когда Соединенные Штаты начали безоговорочный вывод войск из Афганистана по приказу президента Джо Байдена, направленного на прекращение самой продолжительной войны Америки и изменение приоритетов Пентагона.

Остин признал, что он провел «большую часть последних двух десятилетий, ведя последнюю из старых войн».

Критики говорят, что уход из Афганистана не положит конец внутреннему конфликту в азиатской стране, не устранит угрозу терроризма и не сделает ненужным 20-летний опыт борьбы с повстанцами, поскольку такие воинствующие организации, как Исламское государство, распространились по всему миру.

Замечания Остина, похоже, не предписывали конкретных действий или предсказывали какой-либо конкретный конфликт.Вместо этого он, казалось, наметил общие, несколько расплывчатые цели, которыми руководствовался Пентагон при администрации Байдена.

«Мы не можем предсказать будущее», — сказал Остин. «Итак, что нам нужно, так это правильное сочетание технологий, операционных концепций и возможностей, сплетенных воедино сетевым способом, который настолько надежен, настолько гибок и настолько грозен, что заставит любого противника задуматься».

Предотвращение конфликта означало бы создание «преимуществ для нас и дилемм для них», — сказал он.

U.По его словам, ответы С. могут быть косвенными, описывая сценарий, в котором кибервойна может быть использована «для реагирования на инцидент, связанный с безопасностью на море, за сотни миль от него».

Отчетность Фила Стюарта; Редакция Дэвида Грегорио.

Наши стандарты: принципы доверия Thomson Reuters.

Китай — Россия — Америка: наступит ли в 2021 году 1984 год Оруэлла? | Саймон Тисдалл

Возможно, это просто совпадение, что на прошлой неделе Россия оказывала военное давление на Украину одновременно с тем, как Китай шумно бряцал оружием по Тайваню.Весна, чтобы покалечить Теннисона, — это когда фантазия молодого человека превращается в войну — и этот извращенный принцип может даже относиться к стареющим головорезам, таким как Владимир Путин и Си Цзиньпин.

Россия и Китай становятся все более тесными союзниками. Хотя нет никаких доказательств прямого сговора по поводу Украины и Тайваня, президенты Путин и Си, несомненно, полностью осведомлены о действиях друг друга, которые имеют идентичный, взаимно усиливающий эффект: уничтожение непроверенной администрации США Джо Байдена.

То, что сейчас разворачивается, можно было бы изобразить как окончательное исполнение кошмарного видения Джорджа Оруэлла в его антиутопическом романе Девятнадцать восемьдесят четыре мира, разделенного географически, политически и в военном отношении на три соперничающих сверхдержавы: Океания (Северная Америка). плюс Великобритания), Евразия (Россия и Европа) и Остазия (Китай).

Публикация книги Оруэлла в 1949 году совпала с формированием возглавляемой США Организации Североатлантического договора (НАТО) и становлением Советского Союза Иосифа Сталина как державы, вооруженной ядерным оружием. Там же Мао Цзэдун провозгласил Китайскую Народную Республику. Но это были ранние дни.

Предсказание Оруэлла о бесконечной трехсторонней глобальной конфронтации оказалось преждевременным. Китаю нужно время для развития. В конце концов Советский Союз распался. США, провозгласив однополярный момент, заявили о своей победе.Тем не менее сегодня, по некоторым параметрам, трехсторонний мир Оруэлла наконец-то возникает. 2021 год — новый 1984 год.

Если Китай и Россия в настоящее время объединяются против США и их сатрапов, это нормальное явление в мире, где ни одной сверхдержаве не позволено доминировать над двумя другими. В 1972 году Ричард Никсон обратился за помощью к Китаю против Советского Союза. Возможно, США и Россия однажды объединятся против Пекина. Как поет Meat Loaf, два из трех — неплохо.

Вот где кроется поистине глобальная опасность — в туманном разрыве между словами и делами в усиливающейся трехсторонней борьбе между сверхдержавами

Сторонники многополярного мира скажут, что это слишком упрощенно, а стратегический баланс более тонкий и сложный .Скажите это людям в восточном районе Донбасса Украины и в оккупированном Крыму, которые сталкиваются с крайне нелегким наращиванием российской военной мощи вдоль «линии соприкосновения».

Аналитики сходятся во мнении, что Путин не собирается вторгаться. Так что он задумал? Апологеты предполагают, что он был спровоцирован украинским указом в прошлом месяце, объявившим повторный захват Крыма, захваченного Россией в 2014 году, официальной целью правительства, а также возобновившимися разговорами о присоединении Украины к НАТО.

Более банальное объяснение состоит в том, что Москва оказывает давление на Киев, чтобы вывести из тупика так называемый Минский мирный процесс — после того, как последнее соглашение о прекращении огня на Донбассе было нарушено.После аннексии Крыма у Путина был большой, но мимолетный рост рейтинга. В прошлом месяце он использовал масштабный телевизионный митинг, посвященный его седьмой годовщине, чтобы вернуть утраченную популярность.

Похоже, он провалился. Россияне озабочены пандемией коронавируса (и некомпетентными официальными ответами), падением доходов и ухудшением социально-экономических перспектив. Как никогда ранее, путинский проект восстановления советской империи кажется неуместным, особенно для молодежи.

Путин находится под огнем у себя дома сторонниками преследуемого активиста оппозиции Алексея Навального, а также из-за обвинений в коррупции.Согласно недавнему опросу Левада-центра, только 32% россиян доверяют своему президенту. С этой точки зрения наращивание сил на Украине выглядит рассчитанным отвлечением внимания во внутриполитических целях.

И все же Путин, возможно, намеренно испытывает решимость США и Европы. Он не забудет, как Джордж Буш обещал бессмертную поддержку новому демократическому правительству Грузии в 2005 году, а затем отступил, когда в 2008 году вспыхнула война с Россией.

Как отметил на прошлой неделе аналитик Тед Гален Карпентер, Белый дом Байдена также подтвердил «непоколебимость» Поддержка США суверенитета и территориальной целостности Украины перед лицом продолжающейся агрессии России на Донбассе и в Крыму ».В лучшем случае это выглядит как заложник удачи, а в худшем — как жестокий обман.

«Параллели между чрезмерным поощрением Вашингтоном Украины и ошибкой Буша в отношении Грузии мрачны и тревожны», — писал Карпентер. Он предположил, что США и НАТО не пойдут на войну с Россией из-за восточной Украины не больше, чем ради спасения Южной Осетии. А если они это сделали, то это уже третья мировая война.

Вот где кроется поистине глобальная опасность — в туманной пропасти между словом и делом в усиливающейся трехсторонней борьбе между сверхдержавами.Сможет ли Путин, подстрекаемый «убийственным» оскорблением Байдена и многочисленными неразрешимыми спорами, называть президента США блефом? На другом конце света, не так ли?

Угрюмый лидер Китая похож на человека, склонного к задумчивости. Он пострадал от множества обид со стороны Запада, включая обвинения в геноциде в Синьцзяне, жестокости в Гонконге и агрессии в море вокруг Китая. Что движет им сейчас, когда его войска осаждают Тайвань?

Один из ответов состоит в том, что Си может также надеяться отвлечь внимание от внутренних проблем.Возможно, он сталкивается с невидимыми проблемами внутри коммунистической партии Китая. Более вероятно, что он хотел бы отметить столетнюю годовщину основания КПК в июле этого года, наконец, покорив то, что было последним редутом националистов Чан Кайши.

Воссоединение Тайваня закрепит за собой наследие Си. Еще более тесные личные, стратегические и военные связи с путинской Россией означают, что он не столкнется с сопротивлением с этой стороны и получит некоторые аплодисменты. Тайваньцы клянутся сражаться, но не могут победить в одиночку. Только американцы действительно стоят на его пути.

Си просто троллит вашингтонских пролов? Или он бросит им вызов и скоро сделает шаг на Тайвань? Оруэлловским кошмаром для Байдена и Запада было бы одновременное вторжение России в Украину и нападение Китая на Тайвань.

Выбор Океании: война на два фронта или унижение со всех сторон. Добро пожаловать в мир Уинстона.

Не думайте, что США будут сражаться с Китаем и Россией по очереди

Китай и Россия на прошлой неделе провели свое первое совместное военно-морское патрулирование в западной части Тихого океана после совместных учений в Японском море, подчеркнув углубление сотрудничества в области обороны между главными конкурентами Америки.Хотя американские военные планировщики давно надеялись и часто предполагали, что любые конфликты с Китаем и Россией могут возникать по очереди, это предположение становится все более сомнительным и даже опасным.

Если администрация Байдена намерена разработать эффективную Стратегию национальной обороны на 2022 год и создать обороноспособность и потенциал США, которые требуются американским интересам, администрация должна отказаться от устаревших предположений и признать, что Соединенные Штаты могут противостоять китайским и российским вооруженным силам одновременно.

Любой, кто скептически относится к этому утверждению, должен рассмотреть Joint Sea 2021, ежегодные совместные военно-морские учения, которые Китай и Россия провели 14-17 октября. Русские предоставили противолодочный эсминец типа «Удалой», два корвета типа «Стерегущий», два тральщика берегового типа, дизель-электрическую ударную подводную лодку типа «Кило» и ракетный катер. Китай отправил большой эсминец Тип 055, который, как сообщается, служил командиром, плюс эсминец Тип 052D, два фрегата Тип 054А, дизельную подводную лодку и корабль снабжения.Также участвовал контингент морской авиации в составе 12 китайских и российских самолетов и вертолетов. По всей видимости, учения стали первым разом, когда китайский тяжелый эсминец и противолодочная авиация участвовали в учениях за рубежом.

На первом этапе учения российские тральщики сопровождали военные корабли России и Китая в Японском море. Затем военные корабли обстреляли из артиллерии имитацию плавучих мин и буксируемую цель, имитирующую надводный военный корабль.Они также отрабатывали противовоздушную оборону, в которой противостояли российские многоцелевые истребители Су-30СМ и морские вертолеты. В качестве четкого указания на то, что оба вооруженных лица рассматривают возможности американских подводных лодок как главную проблему, российские и китайские корабли при поддержке противолодочной авиации также выследили и захватили искусственную подводную лодку противника.

После завершения учений китайские и российские военные корабли вместе прошли через пролив Цугару — еще один первый — перед тем, как направиться вниз по восточному побережью Японии и обратно в Китай через пролив Осуми.К ним присоединился российский эсминец Admiral Tributs типа Udaloy, который, по утверждениям Москвы, несколькими днями ранее изгнал эсминец типа Arleigh Burke USS Chafee за якобы вторжение в российские воды, закрытые для Joint Sea 2021 (утверждение, которое оспаривают ВМС США). Китайские государственные СМИ заявили, что объединенный патруль «посылает предупреждение Японии, а также США, которые сплачивают союзников для противостояния Китаю и России».

Эти события последовали за очередными совместными учениями этим летом, которые подчеркнули растущее доверие Китая и России и их военную совместимость.В этих учениях Sibu / Interaction-2021, проведенных в августе на севере центральной части Китая, участвовало более 10 000 военнослужащих, и они стали первым разом, когда российские войска участвовали в китайских стратегических учениях.

Китайские и российские войска, как сообщается, впервые действовали под совместным командованием с использованием специально разработанной «совместной информационной системы командования». Российские многоцелевые истребители Су-30СМ, мотострелковые войска и подразделение специального назначения, интегрированные в китайские соединения, проходят подготовку по совершенствованию их возможностей «совместной разведки, поиска и раннего предупреждения, электронного информационного нападения и совместного удара», согласно Министерству обороны Китая.Сообщается, что китайский истребитель-невидимка пятого поколения J-20 впервые участвовал в международных учениях. Российские войска впервые использовали современную китайскую технику (машины поддержки пехоты ZTL-11 и бронетранспортеры ZBL-08), по данным министерств обороны России и Китая, после того, как китайские войска, как сообщается, сделали то же самое с российской техникой на российском Кавказе-2020. упражнения в прошлом году.


Не пропустите:


Помимо создания оперативной и тактической совместимости, Sibu / Interaction-2021 позволила двум военным обменяться ценными уроками.Относительно непроверенные военные Пекина имели возможность перенять боевой опыт России в Сирии и других странах. Минобороны России отметило, что китайские и российские офицеры использовали «опыт [из] современных вооруженных конфликтов» при совместном планировании имитационной контртеррористической операции учений.

Даже если китайским и российским военным предстоит еще много работы с точки зрения возможностей и совместных операций, учащение военных учений свидетельствует о тревожном уровне стратегической координации между великими противниками Америки.Вопреки заявлениям некоторых ученых и политиков о том, что отношения Китая и России носят чисто поверхностный или тактический характер, их стратегическая согласованность, похоже, углубляется. Это особенно беспокоит, учитывая масштабные усилия обеих вооруженных сил по модернизации, которые подрывают преимущество США.

Расходы Китая на оборону резко возросли, поскольку Пекин стремится завершить военную модернизацию к 2035 году и выставить то, что Си Цзиньпин назвал «силами мирового класса», которые могут доминировать в Азиатско-Тихоокеанском регионе и «сражаться и побеждать» в глобальных войнах к 2049 году.Китай построил не менее 12 атомных подводных лодок и ввел в строй свой первый авианосец отечественного производства в 2019 году, а второй, как ожидается, вступит в строй к 2023 году. через десятилетия. Москва добилась успехов в таких областях, как обычные ракеты большой дальности. Обе страны вкладывают значительные средства в различные гиперзвуковые, космические и беспилотные возможности. Более того, обе страны агрессивно выставляют модернизированную ядерную триаду, которая может нанести удар по территории Америки.

Хотя формальный альянс остается маловероятным, Пекин и Москва имеют много общих интересов в сфере безопасности, растущие энергетические и экономические связи и давнее пренебрежение к руководимому США международному порядку, основанному на правилах.

Разногласия с Западом после агрессии России против Украины в 2014 году заставили Москву ускорить поворот в сторону Пекина. Китай участвовал в стратегических учениях России в 2018, 2019 и 2020 годах, а в 2019 и 2020 годах они провели совместное стратегическое воздушное патрулирование в Северо-Восточной Азии.

Правительства также увеличивают продажи оружия. С 2016 по 2020 год Россия обеспечивала 77 процентов общего импорта вооружений Китая, включая такое оборудование, как современные истребители Су-35 четвертого поколения и ЗРК С-400. По мере развития оборонной промышленности Китая Пекин и Москва могут перейти к совместной разработке определенных систем. В 2019 году Путин заявил, что Россия помогает Китаю в создании системы раннего предупреждения о ракетном нападении.

Фактически, по оценке разведывательного сообщества США в 2019 году, «Китай и Россия более согласованы, чем когда-либо с середины 1950-х годов, и отношения, вероятно, будут укрепляться.

Итак, что делать?

На высоком стратегическом уровне американцам следует отметить, что Пекин и Москва дорожат военными партнерами. Соединенные Штаты тоже должны. По мере сближения Китая и России Америка будет нуждаться в ее союзниках и партнерах больше, чем когда-либо.

На стратегическом и оперативном уровнях Пентагон должен срочно оценить соответствующие военные планы и планы действий в чрезвычайных ситуациях. Даже без предварительной координации вполне вероятно, что Пекин или Москва могли использовать военный кризис с участием другой державы для достижения своих собственных целей в Тайваньском проливе или в Восточной Европе соответственно.

Любые планы, которые предполагают, что Соединенные Штаты будут противостоять только одному противнику великой державы, должны быть пересмотрены и обновлены без промедления. Любые выявленные дополнительные мощности и перспективные требования должны использоваться в ходе текущих обсуждений программы и бюджета.

Такая оценка почти наверняка укажет на необходимость увеличения военного потенциала США, что потребует реального ежегодного роста оборонного бюджета не менее чем на 3-5 процентов. Стоит отметить, что это именно то, что рекомендовала двухпартийная Комиссия по стратегии национальной обороны на 2018 год.

Получит ли Пентагон на самом деле деньги для финансирования своих обновленных военных планов — это, конечно, решение Конгресса. Тем не менее, Пентагон несет ответственность за информирование политических лидеров и лиц, принимающих решения, если военные планы все больше отдаляются от реальности и основаны на сомнительных предположениях.

Изменяющиеся реалии должны определять не только военные планы США, но и Стратегию национальной обороны администрации Байдена на 2022 год, запрос администрации на оборонный бюджет на 2023 финансовый год, оценки потенциала США.С. военные потребности и передовые позиции США в Индо-Тихоокеанском регионе и Европе.

В конце концов, в свете растущих возможностей Китая и России противодействовать доступу и блокировать территорию, уже было небезопасно предполагать, что американские вооруженные силы могут безоговорочно и быстро перебросить свои силы из континентальной части Соединенных Штатов в Прибалтику или Тайваньский пролив. . Если бы эти базирующиеся в США силы экстренного реагирования были необходимы одновременно в обоих местах, то у американских вооруженных сил возникла бы еще большая проблема.

При таком потенциальном сценарии упор делается на наращивание дополнительного военного потенциала США и их союзников, которые занимают передовые позиции как в Восточной Европе, так и в Индо-Тихоокеанском регионе.

Пекин и Москва резко увеличивают мощь своих вооруженных сил, а также их стратегическую координацию. Американцам и нашим союзникам было бы разумно обратить на это внимание и действовать соответствующим образом.

Брэдли Боуман — старший директор Центра военной и политической власти Фонда защиты демократий.

Джон Харди — менеджер по исследованиям в Фонде защиты демократий.

Зейн Зовак — исследователь-аналитик Китайской программы Фонда защиты демократий и Центра военной и политической власти.

Почему США боятся воевать с Китаем

Иллюстрация: Лю Руи / GT

Генерал Джон Э. Хайтен, заместитель председателя Объединенного комитета начальников штабов США, сказал в понедельник: «Наша цель должна состоять в том, чтобы никогда не воевать с Китаем, никогда не воевать с Россией.Потому что этот день — ужасный день для планеты и ужасный день для наших стран ». Адмирал в отставке и бывший глава Тихоокеанского командования США Гарри Харрис также сказал, что« очень важно, чтобы мы сделали все возможное, чтобы предотвратить эскалацию. и открытая война »с Китаем.

В последнее время в США все чаще раздаются голоса, подчеркивающие, что США не должны иметь военных конфликтов с Китаем. Это, очевидно, связано с нарастанием напряженности в отношениях между двумя странами.Войска на передовой все ближе и ближе, и США серьезно опасаются случайного и серьезного столкновения между двумя вооруженными силами и даже случайного разряда пожаров.

Риск военного противостояния Китая и США увеличился. Причина в том, что стратегическая враждебность двух стран продолжает нарастать, а их взаимное доверие упало почти до нуля. Образно говоря, если ветер захлопнет дверь сейчас, обе страны поверит, что другая сторона хлопает дверью.Если инцидент, подобный столкновению в полете в 2001 году в Южно-Китайском море, произойдет сегодня снова, обеим сторонам будет сложно остудить инцидент и разрешить его мирным путем.

Кто виноват в такой неловкой ситуации?

Китаю некуда отступать. Принцип одного Китая — это основополагающий принцип, на котором мы должны настаивать. Когда власть Демократической прогрессивной партии хочет продвигать «независимость Тайваня», как мы можем не остановить это? Если США действительно не хотят конфликтов с материковой частью Китая в Тайваньском проливе, есть два пути.Во-первых, это должно оказать давление на власть ДПП, не позволяя ей создавать проблемы. Если и материк, и США будут против «независимости Тайваня», власть DPP пойдет на поводу. Во-вторых, США должны прекратить вмешиваться. Он не должен вмешиваться, если материковая часть Китая начнет нападения на тайваньских сепаратистов. В этом случае никаких конфликтов между Китаем и США в Тайваньском проливе не возникнет.

Но проблема в том, что США подстрекают власти DPP к спровоцированию, постоянно посылая сигналы о том, что Вашингтон предложит поддержку, даже если остров коснется нижней границы, и в то же время они просят материк предотвратить так называемые конкуренция между материком и США превращается в конфликты.Мы должны спросить: является ли то, что Вашингтон сделал в Тайваньском проливе, «конкуренцией»? Советуем Вашингтону внести ясность в свою логику. Тактика политического хулигана не может работать на материковой части Китая.

Чтобы предотвратить военные конфликты между Китаем и США и обеспечить стопроцентную безопасность, США должны отказаться от провокации основных интересов Китая. Поскольку «свобода судоходства» в Южно-Китайском море никогда не была проблемой, почему военные корабли США всегда плавают так близко к островам и рифам Китая? Южно-Китайское море настолько велико, что повсюду дороги.Почему они должны приходить на острова и рифы Китая в поисках неприятностей? Это вовсе не навигация, а откровенные провокации и угрозы.

Китайцы это уже пережили. Мы не можем говорить с США разумно, мы можем говорить с США только силой и действиями. Я заметил, что когда Хайтен сказал, что США никогда не должны вступать в войну с Китаем и Россией, он особо отметил, что «война с ядерной державой — это плохо». Видеть? На самом деле США боятся ядерного оружия Китая и России.

Итак, мой вывод: сильная военная мощь, особенно стратегическая ядерная мощь, вызвала у США глубокий трепет перед противостоянием Китаю. При условии, что Китай не атакует его активно, США знают, что им следует придерживаться чистой прибыли и не подталкивать Китай к войне не на жизнь, а на смерть. Следовательно, пока то, что делает Китай, защищает свои основные интересы, у Китая есть мораль, и ему нечего бояться.

Автор — главный редактор Global [email protected]

Речь Байдена призывает США к борьбе с Китаем и Россией

Президент Байден оправдал свое широкое видение переделки американской экономики как необходимый шаг для выживания в долгосрочной конкуренции с Китаем, гонке на ногах в котором Соединенные Штаты должны доказать не только то, что демократии могут действовать, но и что они могут продолжать опережать инновации и воспроизводить самое успешное авторитарное государство в мире.

Обоснование г-на Байдена — это не просто сплоченный клич, но часть усилий поднять его инфраструктуру и перестроить планы на более высокий, менее партизанский самолет, во многом как президент Джон Ф.Кеннеди сделал это в своей речи «Мы решили полететь на Луну» почти шесть десятилетий назад. Но он также несет в себе идеологическую окраску, поскольку г-н Байден предупреждает, что глубокая поляризация Америки и нападение на Капитолий 6 января подыгрывают аргументам автократов, что «солнце садится над американской демократией».

Это убедительный аргумент, который связывает его амбициозные внутренние планы с его планом по восстановлению американского влияния за рубежом. Однако история недавних попыток американских президентов возродить это объединяющее национальное чувство в лучшем случае неоднозначна; Барак Обама попытался сделать это в своем обращении 10 лет назад, призывавшем встретить «момент спутника нашего поколения».Он упал.

Десять лет спустя, как г-н Байден ясно дал понять в своем выступлении перед Конгрессом в среду вечером, задача становится еще более сложной. Теперь Соединенные Штаты столкнулись с гораздо более способным технологическим конкурентом, гораздо более сложным военным противостоянием и более серьезным идеологическим конфликтом, чем когда-либо после падения Берлинской стены.

«Мы находимся на переломном этапе в истории», — сказал г-н Байден.

Фактически, он столкнулся с худшими отношениями за два десятилетия с очень разными противниками сверхдержавы, которые стремятся использовать видимые разногласия Америки.Таким образом, он утверждает, что страна должна конкурировать с растущей державой в Китае, сдерживая разрушитель в России.

Сможет ли он заставить и страну, и союзников Америки выполнить эту задачу, признают его помощники, вполне может определить его президентство. Но даже некоторые республиканцы думают, что у него есть шанс.

«Это разумный аргумент, который должен получить некоторые голоса республиканцев», — сказал Кори Шак, который работал в министерстве обороны, а сейчас руководит исследованиями внешней и оборонной политики в консервативном аналитическом центре American Enterprise Institute.«Вероятно, это окажет большее влияние, чем президент Обама, потому что поведение Китая становится все более репрессивным внутри страны и агрессивным на международном уровне».

Инфраструктурный план пронизан индикаторами новой эпохи конкуренции «холодной войны», более технологичной, чем военной. Существуют миллиарды на промышленную политику — слова, которого избегает Белый дом Байдена, — например, возвращение передового производства полупроводников в Соединенные Штаты, уменьшение зависимости от китайских поставщиков.Говорят о новых альянсах с Европой в области коммуникационных технологий пятого поколения, или 5G, для сотовых сетей, чтобы сделать Соединенные Штаты менее зависимыми от Huawei, национального чемпиона Китая. Больше денег выделяется на фундаментальные исследования, искусственный интеллект и передовую робототехнику.

Си Цзиньпин, китайский лидер, с которым г-н Байден познакомился десять лет назад, и президент России Владимир Путин относятся к числу тех, кто «думает, что демократия не может конкурировать в 21 веке с автократией, потому что это занимает слишком много времени. чтобы достичь консенсуса », — сказал г.Сказал Байден в своем выступлении в среду вечером.

Даже республиканцы, которые осуждают план Байдена как слишком дорогостоящий, не спорят с его анализом Китая. Когда г-н Байден сказал, что «просто нет причин, по которым лопасти для ветряных турбин не могут быть построены в Питтсбурге, а не в Пекине — ни причины, ни одной», он звучал очень похоже на Джорджа Буша 20 лет назад.

Когда он добавил, что «нет причин, по которым американские рабочие не могут стать мировым лидером в производстве электромобилей и аккумуляторов», он объединил два своих характерных аргумента: что Соединенные Штаты способны опередить Китай, и что зеленая повестка дня создает рабочие места.

И все же технологическая конкуренция, хотя и является главной проблемой, является лишь ее частью. Первые 100 дней пребывания г-на Байдена у власти также ознаменовались противодействием нарушениям прав человека и территориальными угрозами, а также заявлениями о том, что Россия должна отступить от Украины, а Китай должен прекратить угрожать Тайваню. Все это добавляет более темный элемент.

«Я надеюсь, как сказал Байден, что наше соперничество с Китаем может оставаться бесконфликтным, и наши ответы на воинственные действия Путина могут оставаться соразмерными, при этом мы по-прежнему пытаемся взаимодействовать с Пекином и Москвой по вопросам, представляющим взаимный интерес», — сказал Майкл А. .Макфол, политолог из Стэнфорда, который был послом Обамы в России.

«Я боюсь, что вызовы, исходящие от обеих этих автократий, также потребуют более масштабных стратегий сдерживания», — сказал он. «В конце концов, мы конкурируем с Китаем не только на рынках, но и в вопросах безопасности и идеологии, которые имеют тенденцию к более конфликтным результатам с нулевой суммой».

Г-н Байден уже косвенно признал это в своем заявлении о введении в этом месяце санкций против России за кибератаку SolarWinds на федеральные агентства и предприятия, а также за ее усилия по дезинформации во время выборов 2020 года.Но, как заметил г-н Макфол, имея в виду заключенного в тюрьму лидера российской оппозиции Алексея А. Навального, «украинцы, белорусы, грузины и сторонники Навального напомнят вам, что это не единственные две области, в которых Путин ведет воинственные действия против борющихся за свободу. и права человека ».

Из первых месяцев пребывания Байдена у власти и из выступления в среду стало ясно, что он преследует совершенно разные стратегии в отношении Китая и России.

Он явно уважает г.Си в качестве достойного конкурента, который заставит Америку активизировать свою игру — поэтому в его речи основное внимание уделяется образованию, быстрому универсальному доступу в Интернет и партнерству с промышленностью в области новых технологий. Г-н Байден ясно дал понять своим помощникам на длительных сессиях ситуационной комнаты, посвященных стратегии Китая, что его администрация должна сосредоточить внимание страны на экзистенциальной угрозе мира, в котором Китай доминирует в торговле и технологиях и контролирует поток электронов — и идеи, которые они несут.

Напротив, он считает, что г.Путинская Россия как падающая держава, единственная реальная возможность которой — действовать как разрушитель, стремящийся расколоть НАТО, подорвать демократию и проделать дыры в компьютерных и коммуникационных сетях, от которых зависят Соединенные Штаты и остальной мир. Это прозвучало в речи. Хотя он не повторил своего согласия с описанием г-на Путина как «убийцу», он сосредоточился на недавних санкциях. «Он понимает, что мы ответим», — сказал г-н Байден, открывая дверь для новых соглашений по контролю над вооружениями и климату.

Г-н Путин может понять сопротивление Америки, но, если послушать аналитиков собственной разведки Байдена, его это, похоже, не испугает. Эта суровая реальность была прояснена во Всемирной оценке угроз, опубликованной в этом месяце директором национальной разведки Аврил Д. Хейнс.

Он рисует картину России, готовой «использовать целый ряд инструментов, таких как кампании влияния, разведка и сотрудничество в борьбе с терроризмом, для продвижения своих интересов или подрыва интересов Соединенных Штатов и их союзников.

Для г-на Байдена реализация этой двойной стратегии конкуренции с Китаем и сдерживания России будет определяющей внешнеполитической задачей его президентства. Это зависит от того, чтобы убедить американцев сделать необходимые инвестиции в восстановление исчезающего технологического преимущества страны, а не просто вливать деньги в Пентагон. А это означает убеждать союзников в том, что Соединенные Штаты — лучшая модель, но они также будут иметь их поддержку через четыре года, в течение которых ценность союзов регулярно очернялась.

Меры по борьбе с пандемией, предположил Байден, прокладывают путь. Сто дней назад было трудно представить, чтобы какая-либо страна обратилась к США за помощью в связи с коронавирусом; теперь Индия оказывает, и давление на г-на Байдена заключается в том, насколько быстро он сможет внедрить вакцины в остальной мир, в тот момент, когда внутренняя политика подсказывает, что ему нужно сначала вакцинировать всех желающих американцев.

Но когда пандемия уляжется, разногласия в Соединенных Штатах останутся. И он знает, что эти разногласия будут эксплуатироваться мистером.Си и г-н Путин продолжают свои аргументы в пользу того, что Америка находится в окончательном упадке.

Это все еще весомый аргумент, признал Байден, описывая свои беседы с почти 40 мировыми лидерами.

«Я сообщил, что Америка вернулась», — сказал он. «А вы знаете, что они говорят? Больше всего я слышу от них комментарий: «Мы видим, что Америка вернулась, но как долго? Но как долго? »

Америка не готова к войне с Китаем

Соединенные Штаты потратили 19 триллионов долларов на свои вооруженные силы после окончания холодной войны.Это на 16 триллионов долларов больше, чем потратил Китай, и почти столько же, сколько весь остальной мир вместе потратил за тот же период. Тем не менее, многие эксперты считают, что Соединенные Штаты вот-вот проиграют разрушительную войну. В марте адмирал Филип Дэвидсон, тогда командующий войсками США в Индо-Тихоокеанском регионе, предупредил, что в течение следующих шести лет китайские вооруженные силы «превзойдут» американские и «насильственно изменят статус-кво» в Восточной Азии. . Еще в 2019 году бывший сотрудник Пентагона утверждал, что U.Южные военные обычно «получают свою задницу» в военных играх, имитирующих боевые действия с Китаем. Между тем, многие аналитики и исследователи пришли к выводу, что, если Китай решит завоевать Тайвань, Народно-освободительная армия Китая (НОАК) может нанести вред всем силам США, которые попытаются встать у нее на пути.

Принято считать, что эта надвигающаяся буря представляет собой неизбежный результат подъема Пекина и упадка Вашингтона. На самом деле ничего подобного. У Соединенных Штатов есть огромные ресурсы и жизнеспособная стратегия противодействия военной экспансии Китая.Тем не менее, оборонный истеблишмент США не спешит применять эту стратегию и вместо этого тратит ресурсы на устаревшие силы и несущественные миссии. Нынешняя оборонительная позиция Вашингтона не имеет смысла с военной точки зрения, но она имеет политический смысл — и вполне может сохраниться. Исторически сложилось так, что Соединенные Штаты обновляли свои вооруженные силы только после того, как враги выявили их слабости на поле боя. Страна может снова оказаться на пути к такой катастрофе.

Чтобы изменить курс, администрация Байдена должна прямо и постоянно приказывать военным сосредоточить внимание на сдерживании Китая и сокращении других своих миссий.Эти приказы должны быть конкретизированы и кодифицированы в запросах администрации на оборонный бюджет и в ее Стратегии национальной обороны. Кроме того, администрация должна поддержать Тихоокеанскую инициативу сдерживания — программу, которая заткнет бреши в периметре обороны США в Азии. Если Соединенные Штаты не воспользуются этим шансом для обеспечения своего военного преимущества над Китаем, они могут не получить другого.

ДУМАЙ МАЛЕНЬКИЙ

Вопреки распространенному мнению, у Соединенных Штатов есть средства для сдерживания военно-морской экспансии Китая.Расходы Китая на оборону росли на протяжении десятилетий, но Соединенные Штаты по-прежнему тратят почти столько же на свой флот и корпус морской пехоты, сколько Китай на все свои вооруженные силы, за исключением своих внутренних сил безопасности. Американские боевые подразделения несут много бремени, помимо подготовки к американо-китайской войне, но и Китай тоже. Китай имеет морскую или сухопутную границу с 19 странами, десять из которых продолжают территориальные споры с Пекином. Патрулирование этих границ утомляет сотни тысяч китайских солдат и истощает не менее четверти военного бюджета Китая.Хотя Китай будет иметь преимущество на домашнем поле в войне в Восточной Азии, он также столкнется с более сложным набором задач. Рассмотрим конфликт из-за Тайваня, в котором Китаю нужно будет захватить и контролировать территорию, чтобы победить, тогда как Соединенным Штатам просто нужно будет лишить Китай этого контроля — гораздо более легкая задача.

Учитывая эти устойчивые преимущества США, эксперты в области обороны пришли к единому мнению о том, как сдерживать Китай. Вместо того, чтобы ждать начала войны и затем направлять уязвимые авианосцы в Восточную Азию, Соединенные Штаты могли бы установить в этом районе высокотехнологичное «минное поле», предварительно разместив ракетные пусковые установки, вооруженные беспилотные летательные аппараты и датчики в море и на территории союзников поблизости. Береговая линия Китая.Эти рассредоточенные сети боеприпасов было бы трудно нейтрализовать Китаю, и для них не потребовались бы большие базы или причудливые платформы. Вместо этого их можно было установить практически на все, что плавает или летает, включая переоборудованные торговые суда, баржи и самолеты.

У Соединенных Штатов есть огромные ресурсы и жизнеспособная стратегия противодействия военной экспансии Китая.

Оборонные аналитики рекламируют этот подход более десяти лет. Тем не менее, американские военные по-прежнему в подавляющем большинстве полагаются на небольшое количество крупных боевых кораблей и истребителей ближнего действия, действующих с незащищенных баз — именно те силы, которые Китай может уничтожить упреждающим воздушным и ракетным ударом.Что еще хуже, Вашингтон экспортирует эту несовершенную систему своим союзникам. Закупки Тайванем американских истребителей F-16 и танков Abrams, например, истощили фонды армии острова и наземных ракетных сил, которые являются его главной защитой от китайского морского десанта.

По мнению многих военных экспертов, руководство США стоит перед тем, что должно быть легким выбором. Они могут быстро укрепить военный баланс в Восточной Азии, наводнив регион недорогими стрелками и датчиками, или они могут продолжать растрачивать ресурсы на посторонние миссии и дорогостоящие системы вооружения, которые сидят на месте для китайских ракет.Возникает вопрос: почему военный истеблишмент США не видит этого так же?

МИССИЯ КРИП

Проблема начинается на самом верху и перетекает вниз по рангам. После окончания холодной войны президенты США разрешили (и часто поощряли) преобразование Министерства обороны в Департамент всего. В настоящее время военные США выполняют десятки миссий, помимо подготовки к войне великих держав, включая помощь в целях развития, оказание помощи при стихийных бедствиях, операции по борьбе с наркотиками, дипломатическую работу, охрану окружающей среды и безопасность выборов.Американские военнослужащие работают почти во всех странах мира и выполняют почти все мыслимые виды деятельности.

Этот широкий мандат превратил американских боевых командиров в то, что The Washington Post репортер Дана Прист назвала «современным эквивалентом проконсулов ​​Римской империи — хорошо финансируемыми, полуавтономными, нетрадиционными центрами внешней политики США».

Они наблюдают за разрастающимися мини-пентагонами, путешествуют по миру как главы государств и решают широкий круг вопросов.Вместо того, чтобы выступать за относительно дешевое и легкое развертывание крылатых ракет, которое будет иметь решающее значение в войне с Китаем, они вместо этого настаивают на создании крупных воинских частей и массивных военных платформ (таких как авианосцы и эсминцы), которые могут выполнять различные миссии мирного времени.

Как показала эксперт по обороне Маккензи Иглен, командиры комбатантов постоянно просят использовать такие платформы, и службы разорваны, пытаясь удовлетворить эти требования. В результате U.Южные военные поддерживали темп операций военного времени в течение последних двух десятилетий, даже после того, как они отступили от войн в Афганистане и Ираке, при этом некоторые подразделения в настоящее время отправляются на развертывание почти в три раза быстрее, чем рекомендовано Пентагоном. Неудивительно, что количество аварий и механических поломок резко возросло. С 2006 по начало 2021 года число погибших в результате несчастных случаев военнослужащих США — 5913 — более чем вдвое превышало число погибших в боях. В 1986 году расходы на эксплуатацию и техническое обслуживание составили 28 процентов бюджета Пентагона; сейчас они истощают колоссальный 41 процент, что более чем вдвое превышает долю бюджета, доступную для покупки новых систем оружия.Эти тенденции породили порочный круг, в котором Пентагон тратит все больше и больше на поддержание меньшего количества старых и все более устаревших сил.

ЛУЧШИЙ ПОДХОД

Проблема начинается сверху, следовательно, и ее решение. Президент Джо Байден и министр обороны Ллойд Остин должны приказать Пентагону сосредоточить внимание на интенсивных боях с Китаем, особенно в Тайваньском проливе, где угроза войны наиболее высока, и сократить или исключить другие миссии.Эти директивы должны быть изложены в предложениях администрации Байдена по оборонному бюджету и в пересмотренной стратегии национальной обороны. В Стратегии национальной обороны 2018 года приоритет отдается соперничеству между великими державами, но структура вооруженных сил США в Азии существенно не изменилась, потому что она налагала новые задачи, не отказываясь от менее важных. Администрации Байдена теперь необходимо выполнить грязную работу по выявлению и устранению несущественных задач, чтобы высвободить военные ресурсы и сосредоточить внимание на сдерживании Китая.

Первым шагом в этом процессе будет сокращение количества и масштабов «миссий присутствия», которые в настоящее время заставляют сотни тысяч военнослужащих перемещаться, летать, тренироваться и тренироваться по всему миру каждый день. Бурные темпы этой деятельности связывают и изматывают боевые части вооруженных сил и стимулируют закупку больших платформ, непригодных для войны с Китаем. Успокоить союзников и «показать флаг» — важные задачи, но они могут выполняться более легкими подразделениями, такими как бригады поддержки сил безопасности, или Государственным департаментом, а не авианосными боевыми группами.

Администрация Байдена должна прямо приказать военным сосредоточить внимание на сдерживании Китая.

Во-вторых, команде Байдена следует перебросить как можно больше военно-воздушных и военно-морских сил в Азию. Соединенные Штаты объявили о «повороте» в этом регионе почти десять лет назад, но многие из их крупных орудий остаются в другом месте. Например, на Ближнем Востоке Соединенные Штаты обычно используют передовые истребители для нападения на легковооруженных террористов и размещают авианосцы и тяжелые бомбардировщики для отправки сигналов принуждения Ирану.Такие массовые убийства подрывают военную готовность и лишают Индо-Тихоокеанское командование США сил, необходимых для конкуренции с Китаем. Более устойчивый подход мог бы справиться с меньшими угрозами с помощью меньших сил, охоты на террористов с помощью беспилотных летательных аппаратов и подразделений специальных операций, обеспечения поддержки с воздуха с помощью легких штурмовиков и защиты от иранской агрессии, поддерживая в регионе остовную базовую структуру, готовую поддержать прилив сил в случае возникновения крупного конфликта.

Наконец, администрация Байдена должна передать невоенные миссии гражданским агентствам.Например, запрет на наркотики должен осуществляться Управлением по борьбе с наркотиками, безопасность границ — таможней и пограничной службой, безопасность выборов — Министерством внутренней безопасности, содействие развитию — Агентством США по международному развитию и так далее. Переназначение таких миссий и усиление гражданских агентств для их выполнения повысило бы американскую военную мощь и одновременно демилитаризовало внешнюю политику США.

ВОЛК У ДВЕРИ

Реформировать самую крупную бюрократическую систему страны будет сложно, но возможно.Военные — это иерархическая организация с четкими формальными полномочиями. Президент и министр обороны могут отдавать приказы комбатантам и обеспечивать их выполнение посредством своего контроля над бюджетом и личным составом. В свою очередь, боевые командиры и начальники служб имеют существенное влияние на закупки. Они находятся на передовой, поэтому, когда они обращаются с просьбой об оборудовании, члены Конгресса могут лишь настолько сильно сопротивляться — оборонным подрядчикам, как правило, тоже приходится подчиняться.Президент и министр обороны также могут использовать свою задиристую кафедру для изменения политических стимулов, стоящих перед наиболее важными игроками. Например, если президент и министр обороны четко определили приоритет Китая, это предоставило бы членам Конгресса политическое прикрытие для поддержки отмены или сокращения других миссий.

Реформа возможна в теории, но для ее практической реализации потребуется четкое и устойчивое руководство на высшем уровне. Байден и Остин заявили, что сдерживание Китая является их главным военным приоритетом, но Байден также хочет, чтобы Пентагон справился с рядом нетрадиционных угроз безопасности, и Остин вряд ли может быть сторонником идеи «Азия прежде всего», учитывая, что он бывший командующий U.С. Центральное командование, которое наблюдает за американскими войсками на Ближнем Востоке.

Реформировать самую крупную бюрократическую систему страны будет сложно, но возможно.

Однако есть причины для осторожного оптимизма в отношении перспектив реформы. Во-первых, все большее число влиятельных политических игроков поддерживают новый акцент на Китае. В прошлом году Конгресс принял Тихоокеанскую инициативу сдерживания. При полном финансировании эта программа выделит 27 миллиардов долларов в течение пяти лет на рассредоточение и укрепление U.S. базовая структура в Азии и оснащение Индо-Тихоокеанского командования большим количеством боеприпасов дальнего действия и сенсорами. В апреле законодатели из комитета Палаты представителей по делам вооруженных сил написали письмо в Пентагон, в котором призвали сократить количество несущественных операций в мирное время, чтобы высвободить ресурсы для подготовки к войне великих держав. Корпус морской пехоты и армия, две ветви вооруженных сил, наиболее склонные противодействовать военно-морской войне в Азии, разработали планы перехода от борьбы с повстанцами на Ближнем Востоке к потоплению кораблей в западной части Тихого океана.И эксперты в области обороны всего политического спектра теперь в целом согласны с тем, как Соединенным Штатам следует сдерживать китайскую военно-морскую экспансию.

Между тем, антикитайские настроения как в Соединенных Штатах, так и во всем мире достигли самого высокого уровня с тех пор, как китайское правительство устроило резню на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Жесткие отношения с Китаем — одна из немногих двухпартийных инициатив в стране. Соединенные Штаты и Китай, кажется, делают все возможное, чтобы раздувать это пламя с помощью дипломатии «Воина-волка».

В настоящее время в Вашингтоне существует двухпартийная политическая поддержка истинного восстановления баланса в Азии и стратегического консенсуса среди специалистов по оборонному планированию относительно дальнейших действий. Главный компонент, которого не хватает, — это согласованное руководство на высшем уровне, чтобы использовать эту поддержку и претворить эти стратегии в жизнь.

Загрузка …
Пожалуйста, включите JavaScript для правильной работы этого сайта.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

2019 © Все права защищены. Карта сайта